Жаркое прикосновение - Райли Морс

Она улыбнулась.

— Эти вопросы похожи на стандартный психологический опросник.

— Правильно.

— С помощью этого опросника вы сразу же избавляетесь от ненужных кандидатур, — сказала Адриенна, намеренно отвечая на его загадочный взгляд самым невинным взглядом.

Вместо ответа он рассмеялся, отчего она должна была бы почувствовать себя свободнее, но этого не случилось. Он не верил в экстрасенсов, о чем ясно сказал в «Форуме Фионы». Так что же, интересно, он думает о ней?

— Мой ассистент-аспирант делает корреляционные матрицы как часть своей кандидатской диссертации, — пояснил Дейтон. — Результаты проведенных с вами экспериментов мы сравним с имеющейся у нас информацией.

— Вы имеете в виду, что будете сравнивать, как мои экстрасенсорные способности соотносятся с умственной нестабильностью? — спросила она, чувствуя, как в душе закипает протест.

— Адриенна, здесь, в конце концов, физическая лаборатория, и мы, конечно же, проводим физические исследования, — сказал он.

Он встал и слегка коснулся рукой ее плеча. Она почти не почувствовала этого прикосновения, но тем не менее ее охватил трепет при мысли о том, что он ее коснулся.

Дейтон стоял совсем близко, и она ощущала тепло, исходившее от его тела.

— Цель наших исследований заключается в том, чтобы установить взаимодействие сознания человека с физическими явлениями, — произнес он тоном профессора, читающего лекцию. — Наши исследования не касаются таких понятий, как вера или неверие, но в какой-то степени они могут оказать влияние на эффективность физического взаимодействия.

Адриенна кивнула головой и неизвестно чему улыбнулась.

— Понимаю, — сказала она, хотя в действительности ничего не поняла, но почувствовала удивительное умиротворение от звука его голоса, действующего гипнотически.

Дейтон продолжил свою краткую лекцию, пристально глядя на нее темными глазами, к взгляду которых она начинала привыкать, правда, с трудом. «Должно быть, он на всех смотрит таким критическим взглядом», — сказала себе Адриенна. В конце концов, она в глазах ученого всего лишь подопытный кролик. И все-таки от его пристального взгляда горячая волна пробегала по всему ее телу, несмотря на все усилия взять себя в руки.

Наконец он замолчал и задумчиво приложил указательный палец к ямочке на подбородке.

— А не начать ли нам эксперименты прямо сейчас, Адриенна?

2

Адриенна проходила один тест за другим. Все они были предназначены для проверки ее способностей угадывать число, заставлять крутиться прутик или сдвигать с места мячик.

С этими тестами она не справилась. Ни с одним.

Дейтон, казалось, не обращал внимания на отрицательные результаты. Его разочарование фиксировалось лишь в банке данных компьютера. Слава Богу, что ее уже не будет в лаборатории, когда он придет к заключению, что она оказалась еще одной неподходящей кандидатурой.

Наконец он подвел ее к другому столу и пододвинул ей стул. Ободряющая улыбка не сходила с его лица. Адриенна села за стол, на котором стоял прямоугольный ящик размером три на два фута и высотой в несколько дюймов. На той стороне ящика, что была обращена к ней, находился ряд шифтов, прикрытых стеклом.

Дейтон положил руку на небольшой рычажок наверху ящика.

— С помощью этого рычага открывается ящичек со стеклянными шариками, — объяснил он и нажал на рычаг.

Адриенна увидела, как шарики, выкатившись из ящика, падают вниз, ударяя по шифтам, и попадают в один из трех поддонов, находящихся внизу ящика.

Она обернулась и увидела, что Дейтон наблюдает за ней, в задумчивости приложив палец к ямочке на подбородке. Видимо, этот жест был для него привычным.

— Большинство шариков падают в средний поддон, — сказал он, улыбнувшись, а затем, отскочив, попадают в левый или правый.

Адриенна тяжело вздохнула и спросила:

— Вы хотите, чтобы я вам предсказала, сколько шариков попадет в поддон?

— Нет.

Она на мгновение прикрыла глаза.

— Я так и подумала.

— Я хочу, чтобы вы заставили как можно больше шариков попасть в боковые поддоны, — объяснил Дейтон.

— Понятно.

— И мне бы хотелось, пока вы выполняете это задание, сделать энцефалограмму.

Адриенна невольно широко открыла глаза, услышав скрип колесиков пододвигаемого аппарата.

— Вы не возражаете, если я прикреплю несколько датчиков на голову и запястья? — спросил он. — Знаю, это не совсем приятно, но…

— О, пожалуйста, — сказала она без энтузиазма. — Если это нужно.

— Боюсь, они могут вас немного отвлечь, но мне необходимо сделать это именно при данном эксперименте. Таким образом, мы получим больше информации для корреляционных матриц.

Дейтон говорил все это почти извиняющимся тоном, но она почувствовала, что он не сомневается в ее согласии. Да и какая ей разница, будет он делать энцефалограмму или нет.

— Конечно, — кивнула она. — Делайте все, что необходимо.

Он хмыкнул, затем взял небольшой тюбик с тележки, на которой стоял аппарат.

— Я собираюсь смазать вашу кожу гелем, чтобы контакт был лучше, — предупредил Дейтон, выдавливая из тюбика гель на кончик пальца.

Когда он поднес палец к ее виску, Адриенна вся напряглась и уставилась на свои крепко сжатые руки, лежавшие на коленях. Не почувствовав прикосновения к своей коже, она подняла глаза и увидела, что он держит палец в нескольких дюймах от ее лица и пристально смотрит на нее.

— Не бойтесь, это не причинит вам вреда, — сказал он голосом, который, к ее удивлению, прозвучал почти ласково.

Едва ощутимыми прикосновениями Дейтон начал смазывать ее правый висок, но даже от этого мгновенного контакта у нее сжало горло, и она чуть не задохнулась.

Он удивленно поднял брови.

— Я… — Адриенна не могла говорить. С трудом глотнув воздух, все же сказала: — Я… боюсь щекотки.

Дейтон кивнул, не поднимая глаз. Кажется, он не поверил в ее объяснение.

— Постараюсь запомнить, — сказал он, медленно, мучительно медленно поднося палец к левому виску и не сразу прикасаясь к коже.

Нет, это уж слишком большое испытание при том, что все нервы у нее были напряжены.

— Пожалуйста, продолжайте, и поскорее покончим с этим, — резко сказала она, с трудом переводя дыхание.

Уголки его губ растянулись в улыбке, а брови вопросительно поднялись. Сейчас его лицо выражало любопытство ученого, но чувствовалось, что за любопытством скрывается насмешка. Как бы то ни было, но это раздражало ее.

Когда Дейтон начал смазывать гелем лоб, то его движения были медленными и осторожными, но она с каждым движением все сильнее ощущала прикосновение его пальца. Хотя гель был холодным, но кожа под пальцем Дейтона становилась все горячей, и от этой точки на лбу тепло разливалось по всему ее телу.