Жаркое прикосновение - Райли Морс

Адриенна надела брюки и фланелевую рубашку цвета лаванды, доходившую почти до колен. Хотя рубашка была старенькая и вся в пятнах от краски, но этот наряд был самым удобным и очень подходил к ее настроению в этот вечер.

Теперь единственное, чего ей недоставало, так это хорошего обеда. Но надеяться на скорое утоление чувства голода было бесполезно. Кармен всегда подавала обед ровно в семь часов. Старая кухарка придерживалась строго установленного порядка, как и мать. Адриенна с детства сопротивлялась рамкам режима, с наслаждением позволяя каждому дню следовать своим неповторимым чередом. Но со временем она изменилась. Вынуждена была измениться.

Она остановилась у открытой двери спальни матери. Радио продолжало работать, но в приемнике слышался такой треск, словно он вот-вот выйдет из строя.

— Тебе следовало бы приобрести приемник получше, — сказала она, входя в комнату и вдыхая знакомый аромат роз.

— Это, должно быть, помехи из-за грозы, — сказала Марсель, приподнимаясь с подушек.

Адриенна взяла худую, холеную наманикюренную руку матери, отметив про себя, что лак на ногтях ярко-красного цвета. Еще одна маленькая деталь, которая с годами не изменилась, и это придавало ощущение надежности.

— Посиди со мной, — попросила Марсель, и ее серые глаза часто замигали. — Я хочу, чтобы ты послушала это. — Она перевела взгляд на старенький радиоприемник, стоявший на прикроватной тумбочке.

Адриенна услышала женский голос, звучавший отчетливо, несмотря на помехи, которые перемежали почти каждое слово.

«— Она не для вас, — сказал женский голос.

— Но я встречаюсь с ней уже три года, — послышался ответ.

— Вы никогда не подойдете ей, потому что глубоко в душе знаете, что не можете дать ей того, чего она хочет».

Адриенна подрегулировала ручку настройки.

— Что это за передача? — спросила она, присаживаясь на край кровати.

— «Форум Фионы». Ее называют медиумом века, — пояснила Марсель, наклоняясь вперед и позволяя дочери поправить подушки. — Клянусь, ты ничуть не хуже ее.

— Нет, мама, не думаю.

— Ты ведь совсем недавно обнаружила свой дар, дорогая. Со временем, когда у тебя будет больше практики, ты, безусловно, сможешь многое.

— Ничего подобного, — сказала Адриенна, и в голосе ее прозвучала твердость. — Я уже сказала тебе, что никогда больше не воспользуюсь своими способностями.

— Передача Фионы построена на звонках слушателей, — сказала Марсель, не обратив внимания на слова дочери. — Эта женщина может найти подходящую пару любому человеку. А что, может быть, и ты могла бы…

— Мама, пожалуйста, постарайся понять. Не знаю, что со мной происходит, но это не то, с чем мне хотелось бы играть.

— Понимаю, значит, у тебя из-за этого дара были неприятности, — понимающе сказала Марсель, рукой коснувшись ее щеки. — Дорогая, никто не может прожить жизнь, не совершив ошибок. Ты должна научиться извлекать уроки из своих ошибок.

Адриенна пожала плечами. Она уже и так многому научилась.

— У твоей прабабушки был тот же талант, что и у тебя, — сказала Марсель ласково. — Уверена, со временем ты свыкнешься с ним.

Адриенна посмотрела на свои руки. Они выглядели обычными, почти как у матери, только без длинных накрашенных ногтей. На ее пальцах ногти были коротко острижены, потому что ей приходилось много работать руками. Было время, когда она тоже красила ногти. Но то время прошло.

— Лучше бы мне остаться такой, какой я была, — с горечью сказала она.

— Ты не можешь повернуть время вспять, Адриенна. Теперь это часть тебя. Ты должна использовать этот Божий дар, а не отвергать его.

В радиоприемнике раздался гул, и звук стал на несколько децибелов громче.

«Я вижу в вашем будущем совсем особую женщину…»

— Дай себе шанс, — сказала Марсель, беря руку дочери и поднося ее к приемнику. — Попробуй, ну, ради меня.

— Четыре фута десять дюймов, — сказала Адриенна, глядя прямо в глаза матери. — Гимнастка.

«…невысокого роста, но спортивного сложения», — прозвучал уверенный голос Фионы.

— Замечательно! — воскликнула Марсель.

Адриенна глубоко вздохнула и не убрала руку с приемника. Видения стали необычно ясными, нахлынули на нее с такой силой, что воздух в комнате казался наэлектризованным.

«Когда я ее встречу?» — спросил взволнованный тенор.

— В субботу, в десять, в прачечной самообслуживания, — уверенно сказала Адриенна.

Мать в ответ улыбнулась.

«Очень скоро», — сказала Фиона, но не стала уточнять времени и места встречи.

— Она найдет его белье в сушилке. На белье будут дырки. — Адриенна невольно хихикнула. — Он — рыжеволосый и от смущения станет красным, как помидор, чем бесповоротно завоюет ее сердце.

«Спасибо за звонок», — поблагодарила Фиона.

В приемнике послышался бодрый мужской голос.

«Фиона, на линии еще один звонок. Этот счастливчик уверен, что получит информацию, которая в корне изменит его жизнь», — сказал этот голос, чей тон, напоминающий циркового зазывалу, резко отличался от сдержанного, убедительного голоса Фионы.

— Давно существует эта передача? — спросила Адриенна.

— Несколько месяцев. В Пайн-Форест она стала очень популярной.

— Никогда о ней не слышала.

— Потому что на два года похоронила себя в этой колонии художников, Бог знает где. Не понимаю, почему ты решила, что сможешь писать лучше там, где нет ни электричества, ни удобств…

— Но я вернулась, — сказала Адриенна, прекрасно понимая, к чему может привести такой оборот в разговоре, а потому решив быстро сменить тему. — Расскажи мне о Фионе Александер, мама.

— Она замечательная, — воодушевилась Марсель, клюнув на наживку, подброшенную дочерью. — Очень талантливая. Она специализируется главным образом на сердечных делах.

— Да? — сказала Адриенна, ответив намеренно сдержанной улыбкой на многозначительную улыбку матери. Если судить по имеющемуся у нее опыту, то сердечные дела не по ее части.

— Передачи Фионы всегда посвящены отношениям мужчины и женщины, — увлеченно продолжала рассказывать Марсель. — Никогда не знаешь, что она преподнесет в следующий раз, но люди не пропускают ни одной ее передачи. Иногда она приглашает на передачу гостей. Возможно, ты могла бы…

— Ни за что, — решительно сказала Адриенна. — Даже не думай об этом.

Мать нахмурилась.

— Ты не можешь вечно скрывать свой дар.

Совсем близко сверкнула молния, и комната озарилась бело-голубым светом. Звук в радиоприемнике снова пропал, и Адриенна торопливо покрутила ручку настройки, стараясь не обращать внимания на пристальный взгляд матери.