Внучка Посейдона - Юлия Обушная

28 лет с 7 мальчиком. Это были люди, обманутые Генри Кингсли. Но корабль зайдет во французский порт за оставшимися членами команды — плотником, коком.

Чарльз расположил нас в свободные каюты. Пока не было кока, его обязанности вызвалась исполнять старуха, взошедшая с нами на борт. Помогать ей будет юнец, сестру которого обидел аферист.

Джулия в расстроенных чувствах поселилась в каюте и постоянно лежала в кровати. Не обращая на уговоры деда и нянюшки, пройтись и подышать на палубе, поесть и пообщаться с пострадавшими от Генри Кингсли. Девушка не реагировала. Тогда Дон собрал последние силы и взмахом руки переместил внучку со мной.

— О том, что я на корабле, знаете и видите меня только ты и Анна. Всегда бери курительную трубку с собой и я буду помогать по возможности, — предупредил Дон, прячась в атрибуте для курения.

Как раз в это время вошла няня с элегантной чайной парой с горячим напитком, над которым струился пар.

— Вас ждут в капитанской столовой на ужин, Ваша Светлость! — подавая мне кружку. — Выпейте и согреетесь, мисс! Я сейчас провожу Вас в кают-компанию на ужин. А то удумали ничего не есть, не гулять. Так и в могилу себя загнать можно! — причитала Анна, вытирая набежавшие слезы.

Я выпила чаю. Кстати, весьма горячего и вкусного. Встала с кровати, подошла к двери и взглянула на себя в маленькое зеркало. В отражении на меня смотрела высокая, почти стройная девушка 23 лет. Черные, кудрявые волосы тугой спиралью красиво обрамляли мое белокожее лицо. Зелёное платье с золотой вышивкой выгодно оттеняло мои зелёные глаза. «Кукла!» — как часто называла меня соседка Софья Афанасьевна, живущая в соседней квартире.

Нянюшка поправила выбившийся локон, сняла невидимую пылинку, сунула в руки веер. Анна открыла дверь и мы направились в кают-компанию. Я вспомнила про курительную трубку и послала за ней няню. Та удивилась, покачала головой, но принесла требуемое. Я положила трубку в глубокий карман платья. И мы продолжили свой путь по качающемуся кораблю.

Кают-компания представляла собой небольшое помещение с окном, длинным столом на восемь человек, скамьями. У открытого сейчас окна стояло кресло.

За накрытым столом уже сидел капитан, просматривая карты. При моем появлении Чарльз встал, поклонился и пригласил пройти в помещение. Одновременно со мной в каюту вошёл священник в черной сутане. Он представился Робертом Питерсом, 38 лет, но выглядел на 60 лет. У него было красное, обгоревшее лицо и желтоватые зубы.

Он вкратце поведал причину своего нахождения на корабле: его молодая прихожанка, мисс Розалинда Уилкинсон, истинная верующая, попала под чары Генри Кингсли. Аферист обесчестил юную девушку и обобрал до нитки. Святой отец узнал об этом на исповеди мисс Уилкинсон. Отец Питерс успокаивал отчаявшуюся Розалинду, они вместе читали молитвы, он обещал написать письмо своему другу, чтобы устроить юное дитя на хорошо оплачиваемую должность в соседнем городе. Очень хотел спасти девушку от позора. Юная мисс благодарила и обещала прийти к отцу за рекомендательным письмом через три дня.

— Через два дня я узнал, что тело молодой Розалинды нашли в бухте. Она сорвалась со скалы. Не пожелала жить в статусе бедной жертвы. Я перед святыми иконами поклялся отомстить мошеннику. Хоть это и грех, но юная Розалинда была яркой звёздочкой в этом темном мире. Она была сиротой и за нее некому отомстить за поруганную честь и оборванную жизнь, — объяснил отец Питерс.

Я поблагодарила его за честность и за смелость. Ведь не всякий человек решится пройти такой тяжёлый путь в поисках обидчика.

— С божьей помощью и молитвами мы пройдем это испытание, — успокаивая и пожимая мою руку, произнес священник. Я кивнула и тихо попросила капитана представить мне вошедшую женщину с подносом.

Полноватая старушка пятидесяти лет поставила пару тарелок на стол и повернулась к капитану:

— Ужин подан, сэр! — спокойно произнесла пожилая женщина.

Капитан Парсонс кивнул даме и представил мне:

— Ваша Светлость, разрешите представить Вам миссис Джудит Дадли. Она милостиво согласилась помочь нам в приготовлении пищи, пока у нас не появился кок.

Миссис Дадли сделала книксен и робко рассматривала меня.

— Спасибо вам большое за заботу на кухне, миссис Дадли. Ароматы приготовленных вами блюд умопомрачительные!

Джудит улыбнулась и поделилась:

— Благодарю Вас, Ваша Светлость! Я почти всю жизнь работаю поварихой у господ. Мне нравится готовить и я радуюсь, когда людям по нраву моя стряпня.

— А куда вы направляйтесь? — поинтересовалась я, поигрывая веером.

— Я, как и почти все на этом судне преследую мерзавца Генри Кингсли. Ваша Светлость, он снасильничал мою внучку Агату, обещая жениться, обокрал ее и сбежал. Я не могла допустить мерзавцу спуску грехов. Погналась за ним, чтобы сдать властям. Так, оказывается, мне в очередь пришлось встать. Уж, очень много желающих нашлось добраться до его шеи, — хохотнула повариха.

Тут подоспели и остальные жертвы афериста Кингсли. Капитан быстро представил вошедших.

Миссис Элис Стэндиш с сыном Максом хотели найти Генри и выпустить из него весь дух. Аферист отобрал у них деньги и бумаги на небольшой коттедж, обещая вложить в выгодное дело и получить большие барыши.

Молодой Питер Берри преследовал Кингсли, чтобы отомстить за сестру, влюбившейся по уши.

Вот такой дружной компанией с жаждой мести мы сели за стол, чтобы предаться чревоугодию. У миссис Дадли были золотые руки. Еда была сытной, вкусной, ароматной — сырный суп, тушёное мясо с овощами, пирог с джемом.

После десерта, за милым разговором, неожиданно раздался необычный крик. Я вздрогнула. Капитан улыбнулся, вытер салфеткой рот и произнес:

— Леди Стофтон, Вы не знакомы ещё с одним членом команды — Джеком.

Чарльз вышел из-за стола и подошёл к открытому окну. Вытянул руку и посмотрел на меня. Я утонула в его глазах, цвета шоколада. Что не заметила, как на руку капитана уселся огромный попугай.

Это была большая птица! Кажется, этот вид носит название «Ара». Попугай был красного цвета с белым клювом, а перья на крыльях — сине, желто, зелёные. Завершал образ длиннющий синий хвост! Красавец!

Но, если честно, я до ужаса боюсь птиц. Мне нравится, когда я их не вижу и не