Внучка Посейдона - Юлия Обушная

в том числе и волшебными. Я подарил резную шкатулку с огромной морской жемчужиной. Открыв ларец и потерев перламутровую драгоценность, можно вызвать меня. Я прибуду в человеческом или призрачном облике. Это был своего рода портал к Корделии и Джулии, — произнес дух и быстро скользнул к кровати, уселся рядом со мной и продолжил:

— Несколько лет назад жизнь супругов стала идти наперекосяк. В замке стала жить тетка молодого герцога, Патриция Хэккетт. Она вдова, бездетна, без средств к существованию, поэтому Джон и Корделия пожалели ее и пригласили к себе в поместье. Оказалась Патриция вредной, мелочной скрягой, с вечно недовольным лицом и поджатыми губами. Из слуг ее никто не любил. Внучку и мою дочь вдова терпеть не могла, — скрежеща зубами, молвил призрак.

— Год назад умер ещё молодой Джон, отец моей внучки. Я приходил и звал Корделию с Джулией домой, в море. Но они качали головой и продолжали жить в замке, оставшемся без хозяина, — тяжёлым, скорбным голосом заключил дух.

— Я могущественный, но Корделию спасти не смог и не успел. Короче, тетка Патриция отравила мое любимое дитя, чтобы подобраться к деньгам герцога. Я не успел спасти свою любимую девочку, — заплакал бог морей и океанов, могущественный и беспощадный.

— Патриция собиралась властвовать и решать судьбу Джулии. Намеревалась выдать безропотную девушку замуж за мягкотелого дворянина и управлять поместьем, землями и деньгами, — став бледнее и сильнее колыхаясь, прошептал Посейдон.

— Внучка не могла долго противостоять тётке Патриции. Вдова нашла брачного афериста, Генри Кингсли, представила внучке и сообщила, что брак решён, священник ждёт в храме.

— Разговор проходил в кабинете покойного Джона, там где лежала шкатулка с жемчужиной — порталом. Патриция разложила бумаги и документы на земли, поместья. Показывала их почти мужу Джулии. Аферист и вдовица ударили по рукам и потащили внучку в церковь. Прохиндей добивался расположения внучки, но она ему отказала, — хохотнул Дон. — Она успела вызвать меня, потерев жемчужину.

— Мне потребовалось пару минут, чтобы явиться на зов. В это время Патриция и жених тянули внучку в храм. Я озверился и превратил вдову в камень. Джулия кинулась ко мне и стала описывать ситуацию. Я успокаивал внучку. Генри Кингсли быстро сообразил, что дело прогорело. Пробираясь бочком к выходу, извиняясь и улыбаясь, этот гад незаметно украл документы на поместье, родовые бумаги. А главное, мошенник украл шкатулку — портал. Теперь я не могу вернуться в свои морские владения. Я остался призраком, духом, как угодно! Я теряю силы. Моя стихия осталась без присмотра! — заводился бог моря.

— Надо поймать Генри, вернуть артефакт — Большую Жемчужину. Бумаги на собственность Джулии тоже. Внучка хочет вести человеческий образ жизни, — ставя задачи, командовал Дон.

— Джулия, если поможешь в моей проблеме, тогда верну тебя домой с сокровищами. Внучка мне помочь не в силах. Джулия пошла в отца — меланхоличная. Вся эта ситуация выбила ее из колеи. Таким образом, я вытащил тебя из твоего мира себе в помощь. Внучку отправил в Прибрежные воды, на большее сил не хватает, — делился наболевшим дух, перемещаясь по каюте.

— Ты хваткая, пробивная, вернешь мне мое, я отправлю тебя домой к родным, — произнес бог, решивший сам за меня.

«Конечно, пробивная! Три года работы на складе стройматериалов, с мужиками наблатыкалась», — подумала про себя.

— По слухам, афериста видели садящимся на корабль «Ураган», следовавшим до Тортуги. Знаешь что это за место? — поинтересовался Дон.

Я отрицательно покачала головой. От большого количества информации у меня кружилась голова, хотелось пить и вернуться домой.

— Тортуга или «Черепаха» — это остров в Карибском море. Пристанище для пиратов. Там они сбывают награбленное, отдыхают и ремонтируют корабли. Генри Кингсли, видимо, решил продать мой артефакт, не зная его предназначения, — завершил свое повествование Дон.

Глава 3

— Ну, что, матушка, согласна помочь мне? — поинтересовался призрак.

— Не называй меня так, Дон! Я молода и красива! Это ты старше меня на тысячи лет! — возразила я.

«Я вынуждена согласиться. Несмотря на характер балагура и вид мачо, в глазах бога светились искры магии. У него сильный темперамент: вспыльчив и непредсказуем. С ним шутки плохи! Ладно, будем бороться со своими фобиями — проведу свой отпуск на море. Надеюсь, приключения пройдут без катастроф и убийств, родные не успеют потерять меня и сойти с ума», — размышляла я, опустив голову. Приняв решение, о котором я точно пожалею, я кивнула.

Дон засмеялся. Подлетел и уставился в мои глаза. В мыслях возникли картинки того, как я оказалась на корабле с нянюшкой и призраком.

После того, как обнаружилось, что аферист украл артефакт у могущественного бога, призрак заметался в поисках убежища. Как джинн, потерявший свой сосуд, он не мог долго оставаться без места привязки.

На столе лежала любимая курительная трубка Джона. Поворчав и почихав, пришлось призраку поместиться в этом предмете. Дон вылетал из своего убежища и давал указания внучке.

Джулия порылась в ящике и нашла мешочек с монетами. Побежала в свою спальню, побросала вещи в сундук, взяла свои личные драгоценности. Нянюшка помогала собираться, попутно выясняла о причине внезапных сборов. Служанка охала и причитала, грозила и шантажировала, умоляла взять ее с собой. После небольшой перебранки Джулия согласилась, Анна побежала упаковывать свои вещи.

Выезжали из замка в карете, груженой большим сундуком и малыми деревянными коробками. В порту внучка морского бога нашла человека, который был обязан хозяину моря. Это бывший пират, Сидни Лоранс, с его помощью получилось узнать про Генри Кингсли.

Оказывается, аферист успел облапошить и обидеть много женщин и их членов семьи. Жертвы Генри собрались в порту, надеясь поймать его и наказать. Но ему удалось опередить их всего на час и уплыть военным судном до Тортуги.

Дон приказал внучке зафрахтовать торговый корабль, следующий в нужном им направлении. К ним присоединились некоторые люди, обиженные мошенником.

Капитана корабля «Везение» звали Чарльз Парсонс, 30-ти лет. Это был высокий, светловолосый, стройный мужчина с прекрасными манерами и тактом. Лицо его было красивым и волевым, взгляд чистый и прямой.

Чарльз согласился взять на свой борт дочь герцога с нянюшкой, старуху 50 лет, шестнадцатилетнего юнца, пастыря с молитвенником, и женщины