Любовное зелье любви не помеха - Лира Алая

же теперь по четыре человека в одну комнату запихнули благодаря доброте нашей директрисы, чтоб боевикам было где спать.

– Ну а куда им деваться, Клэр? Они и так ночевали в походных шатрах, пожалей бедных мальчиков, – сказал Вэл.

– Бедных? – фыркнула я. – Судя по списку заказанных зелий, Вэл, эти мальчики чрезвычайно богаты. Заказов у меня теперь практически вдвое больше, поэтому никто не удивится, что я ночую не в общежитии, а у себя лаборатории.

– Главное, чтобы никто комендантше не нажаловался.

– А если и нажалуется, то что? – вздохнула я. – Отправятся к нашему куратору, а ты знаешь, как она ко мне относится?

– К единственному перспективному зельевару, умнице, красавице, разумнице, с которой всем надо брать пример? Единственной надежде факультета на славу и процветание? – патетично воскликнул Великий. – Знаю. Хорошо, если не отравит.

– Довольно разговоров, Великий, давай поспим, завтра предстоит непростой день.

– С чего ты взяла? Заказов как обычно…

– С тех пор, как ребята из боевого факультета присоединились к нам, ни один мой день не был легким, – раздраженно пробормотала я. – Это уже традиция. Завтрашний навряд ли станет исключением. Поэтому давай-ка хорошенько выспимся.

Глава 3

Я была полностью права: день уже с самого начала не задался.

Во-первых, Великий снова принес парочку писем.

– Проверишь? – спросил он.

– Ни за что. – Я укрылась одеялом поплотнее. – Выкинь.

– А вдруг там что-то важное? – сказал Вэл.

Ехидненько так. Ага, знала я, что там такое важное: или шутки, или приглашение на свидание (и никакой гарантии, что не в шутку), или заказ чего-то запрещенного. Раньше я их разбирала, там даже пару раз хорошие заказы попадались, но чем дальше – тем бесполезнее были все эти письма. Точку на проверке этой макулатуры поставило письмо, внутри которого был… приворотный порошок. Это же как надо меня недооценивать, чтобы мне приворотку подсыпать? С тех пор я попросту выкидывала все в мусорное ведро, которое безопасным способом уничтожало бумагу.

– Признание в любви? – нервно хихикнула я.

Вчера мне хватило одного.

– А почему бы и нет? – заметил Великий. – Ты очень красивая Клэр. Знаешь, сколько этих боевиков тебе в след смотрит?

– И сколько спорят, натуральный ли у меня цвет волос, размер груди, талия, длина ног и цвет глаз, – буркнула я.

– Золотистые волосы в сочетании с такими темными изумрудными глазами – редкость, чего ты удивляешься? – фыркнул Великий. – А насчет остального… Ты мне скажи, кто там такой смелый и бесцеремонной. Я вот тоже проверю, все ли у них натуральное, что болтает между ног.

С этими словами Вэл демонстративно выпустил когти. Смотрелось жутковато. В конце концов, мой фамильяр – отнюдь не котик по происхождению. Потому когти у него относительно кошачьи. По форме – да, по размеру – раз в десять больше. Еще и магические.

– Не убей никого, – посоветовала я. – Мне Ивар сказал, что тут трупы негде прятать.

– Как негде?! – возмутился Великий. – Ты ему скажи, если он мне в моем благом деле помочь хочет, я ему покажу, что и куда засунуть…

Я могла лишь помолиться, чтобы Ивар и Вэл никогда не встретились и не сошлись на почве общих интересов.

Во-вторых, появился он.

В дверь лаборатории постучали, после чего бесцеремонно подергали за ручку, кажется, даже попытались силой открыть дверь, но безрезультатно (не зря вчера все защитные заклинания активировала), после чего громко прокричали:

– Клэр, ты там? Пошли вместе сходим на завтрак.

Нет, это был не Ивар. Признаюсь, что лучше бы он, чем тот, кто за дверью.

Лэйтон. Ученик предпоследнего курса боевого факультета, входящий в десятку лучших студентов на своем факультете, симпатичный и высокий, с развитой мускулатурой и еще более развитым самомнением.

Столкнулись мы совершенно случайно, когда я шла мимо полигона в сторону небольшого сада, где давно заприметила одну хитрую травку для чрезвычайно редкого зелья. Когда я впервые ее опознала, то она еще не выросла достаточно, а вот сейчас должна была дорасти до оптимального состояния.

Какой-то парень из студентов боевиков выскочил передо мной совершенно внезапно. В глаза бросились золотистые волосы и ехидная ухмылочка, которая как по мановению волшебства сменилась на более приличную для встречи с девушкой.

С девушкой, на которую поспорил. Я была уверена в этом практически на все сто. Поэтому, поздоровавшись в ответ, я попыталась прошмыгнуть мимо него. Честно, если бы он мне не мешал, то я бы ни за что не распылила в воздухе порошок травки-почесуну, а так… Распылила и сбежала. А на обратном пути, увидев, что несчастный студент-боевик умудрился уже до крови расчесать руку (даже дети знают, что этого делать нельзя, надо всего-то подождать тридцать минут, чтобы прошел эффект!), я не выдержала и облила его противоядием, не забыв как следует отчитать. Парень, видя мое отношение, не вспылил, а заявил, что его никто никогда не ругал, я одна такая, поэтому я ему очень нравлюсь. И намерен сделать всё, чтобы меня добиться. Как позже показала практика «ся» в слове «добиться» было лишним.

– Клэр, открой, иначе я спою тебе серенаду о любви, – рассмеялся Лэйтон.

Хорошая угроза. Действенная, если вспомнить его пение.

В целом, нельзя сказать, что Лэйтон был слишком плох для боевика. Бывали экземпляры и похуже, но все-таки все раздражающие черты боевых магов – наглость, самоуверенность, доставучесть, непонимание чужие границ, отсутствие такта, бесцеремонность – он в себе собрал. Чем и раздражал неимоверно.

– Может, это… траванем его? – вкрадчиво предложил Великий.

Я с удивлением воззрилась на моего фамильяра:

– А тебе-то он что сделал?

– Почему сразу сделал? – обиженно спросил Великий. – Я разве не могу ополчиться на него за любимую хозяйку, которую он уже достал?

Я выразительно подняла бровь и чуть улыбнулась краешком губ. Великий сдался через несколько секунд:

– Ну ладно, ладно! Он меня достал со своими заказами! Ты знаешь, я принимаю все заказы, потому что в нашем положении выбирать не приходится. Над и штраф платить, и за аренду лаборатории, и корм мне хочется хороший, а