Г.Р.О.М. 4 - Никита Киров

Сибиряк и остальные пацаны находились в Грозном, и засели как у больницы, прямо у морга. Воняло сильно хуже, потому что окна были выбиты, а холодильник не работал, да и помимо старых трупов было много других, свежих, только что застреленных…

Воспоминание слишком реалистичное, вспомнился даже холод, ветер, запах гари, дерьма и мертвецов. От этого воспоминания Глеб даже вспотел несмотря на холод. Брезгливым он не был, но морги не любил и перешёл из УГРО в РУОП с радостью — там-то на каждый труп с бытовухой ездить уже было не надо.

Но сейчас — работа. Он вытер лоб. Запортачит — всё, конец. Вот уже и тело.

Грудь коммерса рассечена, видно её содержимое. Извлечённая пуля уже лежала в металлической чашке. Глеб посмотрел на ту, что принёс с собой — чуть отличается форма, нос деформирован сильнее, но судмед — не баллист, он смотрит на тела, а не на пули.

Убившую коммерсанта пулю Глеб забрал, забросил в чашку другую. А перед тем как уходить, коротко глянул на саму мертвецкую. Одно тело встревожило.

— Ну и капец, — шепнул он, — пишите письма.

Будто кто-то упал в механизм, или его разорвал дикий зверь, настолько много было ран.

Про себя Сибиряк решил, что на всякий случай расскажет об этом случае. А пока же отошёл в дальнее помещение, открыл окно изнутри и прыгнул в кусты. Тихо, только слышно, как у входа Паланян материт пропавшего грузина. Вскоре судмед вернулся внутрь и хлопнул дверью.

Глеб выдохнул. По крайней мере, на Коршуна теперь не повесят убийство, твёрдых улик не будет. Но могут быть свидетели, и над этим надо работать.

Он достал телефон, позвонил в пейджинговую компанию и оставил сообщение Коршунову-старшему. А потом пошёл в сторону оставленной поодаль машины. Всё ещё морозило, то ли от морга, то ли от тех недавних воспоминаний, внезапно нахлынувших прямо там.

Но едва сел в машину, как показал ждущему за рулём Косте Левитану и курящему Алибеку пулю. И настроение сразу стало лучше.

— Пошло дело, — Глеб усмехнулся.

Глава 3

У Монгола есть охрана, так просто она меня к нему не пустит. Да и ему самому нет резона со мной говорить, он вор в законе, а я даже не сидел.

Впрочем, и причин не говорить со мной у него нет. Не будет он говорить с ментами и чекистами, на людях, по крайней мере, тут вопрос, насколько хорошо он знает, как я связан с ними. Но опять-таки, он хоть и упёртый, но самые упёртые поборники воровских понятий давно уже на кладбищах, причём многих из них мочили свои, лишь бы не мешали бизнесу. Да и с ментами ему говорить точно иногда приходится, хотя бы со своими прикормленными уж точно, просто он это не афиширует.

Поэтому мне надо говорить так, чтобы он не проявлял своё упрямство и чтобы недооценил меня, чтобы подумал, что ему выгодно помочь, что в будущем это сыграет ему на руку. Ну а то, что он, скорее всего, захочет всё у нас отнять, ему выйдет боком.

Его дом на отшибе, он легко может нас с Валеркой пришить, если что-то его напугает, и закопать в лесу. Так что мне надо сразу заинтересовать его, чтобы он выслушал, а дальше — делал, как нужно мне. Он же в курсе замеса последних недель, и не дурак, должен изучать, что происходит в городе, ему обязательно нужно быть в курсе всех дел.

Есть надёжный способ его заинтересовать — деньги или бизнес, который эти деньги приносит. Бабки он любит, хотя никогда не признается в этом на людях. Но он осторожен, и разговор надо вести аккуратно, тщательно следя за каждым словом. Это бандит, один из самых опасных в городе. Но в нашем деле от него будет толк.

И в итоге не только вытащим Ярика, но и тем, кто нам мешает, будем вставлять палки в колёса чужими руками. Но на данный момент надо прикрыть Ярика в СИЗО и не дать повесить на него обвинение в убийстве. Иначе всё будет сложно.

Первый этап я доверил остальным, все должны понимать, что не должно быть повода подключить следователя прокуратуры по обвинению в убийстве, не должно быть твёрдых улик убийства. Вдруг дело отдадут Николаю Степанычу Юдину, так он живо может выяснить многое, а то и вообще выйти на нашу группу. Хоть и возможностей для этого мало, матёрого следака недооценивать нельзя, я же у него учился своему делу.

Лучше до такого не доводить, пусть будет незаконное ношение и хранение оружия, и тут разберёмся. Да и вообще, лучше обойтись без прокуратуры, но в самом начале она будет, раз считают, что Ярик пришил того коммерсанта. Но потом, если не будет явной доказухи, следак переключится на другие версии. Да и мы эти версии подбросим, а то и виновного найдёт.

Докажем, что ствол подкинули, найдём, кто именно это сделал, а другой пистолет, который после подмены пули станет «мокрым», сами будем держать, как важную улику, которую раскроем в нужный момент.

Пока же мы ещё собираем данные и действуем по обстоятельствам. Я здесь, а команда без дела не сидит, случайных людей я к себе не брал. Кого-то знал по первой жизни, кого-то узнал только в этой, но каждый из них оказался на своём месте. И утром, когда мы все соберёмся, у нас уже будет с чем работать.

— Кто там приехал? — раздался окрик из-за ворот.

Я вылез из машины и встал в свет фонаря над воротами, Валера рядом. Он вытащил руки из карманов, когда я ему подсказал. Немного нервничал, но внешне оставался спокойным. Я тоже вытащил руки, хотел показать, что у нас нет пушек, зато есть кое-что полезное — информация.

Да и пока не требуется стрелять. Требуется, чтобы стреляли друг в друга они.

— Коршунов это, — громко сказал я. — Старший брат Ярослава Коршуна. Это он сказал, чтобы я сюда пришёл.

— Который под Атаманом ходит? — отозвался кто-то из-за ворот, оставаясь в тени. Не особо в курсе текущих перестановок у конкурентов, но пахан о таких вещах знать должен. — И чё нужно?

Ну что же, идём ва-банк, как совсем недавно, когда играли в карты с Веселовским. В этот раз ставки выше, потому что тогда мы играли на своей территории, а в этот раз я захожу на чужую.

— Есть