Экстремальная Маргарита - Наталия Левитина

— Девушка позвонила, через минуту калитка зажужжала, щелкнула и открылась. И блондинка пошла к дому.

Илья заволновался:

— Нажала вон на ту кнопку звонка?

— Да! — хором ответили ребята.

— И на нее после уже никто не нажимал? — осторожно предположил Здоровякин.

— Как же! — засмеялась жестокосердная молодежь, лишая Здоровякина надежды заполучить четкий «пальчик» девицы. — Врачи из «скорой» втроем нажимали, потом еще куча народу. Она же все время захлопывалась…

* * *

Несмотря на поздний час, Валдаев и Здоровякин все никак не могли расстаться. И в конце концов решили вообще не расставаться, а отправиться ночевать к Илье.

Новое убийство поглотило их мысли. Трагически оборванная кем-то чужая жизнь становилась на какое-то время, пока дело не будет закончено, закрыто или отдано в другие руки, частью их собственной. Привычки Никиты Кармелина, круг его знакомых, родственников и коллег, его увлечения и страсти — в этот неизвестный мир должны были безжалостно вторгнуться сейчас Саша и Илья, вывернуть его наизнанку, изучая с лупой и пинцетом, отметая условности, невзирая на слезы и всхлипывания, выведывая подноготную, вытаскивая на свет самые неприглядные факты. Единственный способ докопаться до истины.

Начать с того, что мокрая и красная, как размороженный бифштекс, жена Кармелина на вопрос о таинственной блондинке смогла только невразумительно шмыгнуть малиновым носиком и в недоумении пожать плечами. «Вы путаете, Саша, — нервно сказала она Валдаеву. — Никто к нам не приходил. Какая блондинка?! Никита решил сегодня устроить себе полноценный выходной. Побыть в одиночестве…» Действительно, лучше бы Никита Кармелин прислушался к совету жены и провел часы отдыха в одиночестве. Возможно, тогда бы не пришлось эксперту констатировать, что смерть наступила в результате отравления цианидом.

— Елки-палки: — воскликнул вдруг Здоровякин и громыхнул кулаком по столу. Если бы на столе лежала парочка грецких орехов, то они превратились бы в пыль. — Я опять забыл купить кефир.

Ежедневно заботливый папаша Илья покупал в гастрономе напротив Управления внутренних дел два литра кефира и полкило творога. Учитывая количество потребляемых кисломолочных продуктов, из маленьких ушек здоровякинских пацанов уже должен был бы сыпаться чистый кальций.

— А если в ночном ларьке спросить, Санька? — с сомнением посмотрел он на друга. — Там есть кефир?

— Ага. С ликером.

— Эх, придется бежать в восемь утра.

— Сочувствую. Ты уже собрался?

— Пошли домой.

— Постой, я позвоню соседке, чтобы накормила Пульсатиллу…

Через пару минут, когда добрая соседка Валдаева уже была обременена просьбой выдать ужин Пульсатилле, Валдаевскои кошке, друзья закрыли кабинет и отправились по лестнице вниз, к выходу.

— Ты проверил видеокамеру над входом в дом? — спросил Илья.

— Конечно. Результат нулевой, так как сегодня она была выключена. Настасья Кармелина сказала, что они включают ее, когда дома никого не остается.

— Что еще она сказала?

— Что, отправляясь на бизнес-практикум в областную администрацию, она посоветовала мужу полноценно расслабиться, — усмехнулся Саша.

Илья тоже саркастически ухмыльнулся.

— А у мужика губа не дура, — сказал он. — Спровадил жену и пригласил девочку по вызову.

— Ты действительно так думаешь?

— А что?

— Ерунда.

— Почему? Судя по описанием моих юных свидетелей, девица выглядела как самая настоящая проститутка. Розовая юбочка — набедренная повязка, из серии «ищи меня с лупой». Красная майка-лифчик.

И так далее.

— Ну и что? Мало ли кто как выглядит. Ты, например, после разноса Зуфаралимыча выглядишь взволнованным тушканчиком, но я-то знаю, что ты сильный, волевой мужчина, способный усмирить превосходящие силы противника или не моргнув глазом пятьдесят раз выжать двухпудовку.

Илья зарделся.

— Поэтому предположение о случайно приглашенной девочке по вызову отметаем сразу. Как ты себе представляешь? Заказал мужик по телефону девицу, а она, вместо того чтобы приехать и честно отработать гонорар, ни за что ни про что травит клиента? Да и потом, кто будет для проститутки откупоривать шампунь за двести долларов? У богатых, конечно, свои причуды, но они тоже не чужды рациональности.

— Сдаюсь, сдаюсь, ты прав. Значит, это была подружка Кармелина.

— Они заранее договорились о встрече. Но так как у подружки давно вырос на любовника зуб, скорее целый бивень, то она принесла в сумочке начинку для шампанского.

— Сумочки не было, дети не заметили.

— Ну, в кармане. Много, что ли, надо, не килограмм же несла.

— Ты телефоны проверил? Куда был сделан последний звонок?

— Проверил. Мобильник Кармелина автоматически регистрирует последние десять входящих-исходящих звонков. Сегодня Никита сделал всего один звонок — в Москву. Маме своей звонил.

— Откуда ты знаешь, что маме?

— Настасья сказала. Свекровь в Москве, в командировке. И номер, по которому звонил Никита, ее телефон в гостинице.

— Ясно.

— На обычном телефоне зафиксирован последний набранный номер — это оказался парикмахерский салон «Л'Ореаль». Настасья звонила утром, записывалась.

— Постой, а милицию они что, не вызывали?

— Вызывали. По сотовому Настасьи.

— У Кармелиных не дом, а филиал «Билайна».

Эх, Саня, нам бы с тобой одну «сотку» на двоих.

Ладно, поехали дальше. Пусть эта блондинка была его знакомой. Любовницей. Значит, они договорились о встрече. Только, Саша, мне кажется, что у такого крутого мужика и любовница должна быть поприличнее. Не выглядеть как вульгарная проститутка.

— Опять ты за свое. Слушай, а нам из лаборатории, случайно, не звонили?

Задав последний вопрос, Валдаев явно не рассчитывал на положительный ответ. Илья посмотрел на друга как на идиота:

— Звонили! Спрашивали, не желаем ли мы узнать результаты экспертизы! Раскатал ты, брат, толстые губешки! В понедельник сам сбегаешь и все узнаешь.

— Спасибо за добрый совет. Не терпится узнать про отпечатки пальцев.

— Санька, я, конечно, не микроскоп, но сам могу тебе все рассказать про отпечатки. Будет обнаружена целая тележка старых отпечатков жены и домработницы и свежие отпечатки Кармелина — на бутылке, фужере, столике и т. д. И все. Спорим? Кстати, Саня, мне пришла в голову гениальная идея. А если это самоубийство? Любовница так расстроила чем-то Кармелина, что он достал припрятанную граммулечку цианида и выпил с шампанским. И откинул тапочки. Как тебе, а?

— Размечтался.

— Ладно, это я так. Предположил. А что там с предприятием Кармелина? Кто-то выиграет от его смерти?

— Компанией «Пластэк» активно интересовалась итальянская фирма «Лукас Милан». Ее представитель Маурицио Бартолли битый месяц сидит в гостинице «Звездная». Время от времени он атаковал Кармелина предложениями о взаимовыгодном сотрудничестве. Кармелин неизменно отвечал ему отказом, так как не собирался отдавать компанию в руки иноземцев. И без них прекрасно жили. Некоторое одобрение безумным идеям Бартолли выражал вице-президент компании, заместитель Кармелина. Его зовут Кобрин Ярослав Геннадьевич. Угадай с трех раз, какое у него прозвище?

— Кобра! — радостно отозвался Илья.

— Умный мальчуган! Теперь, после смерти Кармелина, новым президентом «Пластэка» станет, вероятно, Ярослав Кобрин. Сто процентов.

— Если вокруг «Пластэка» плетутся такие интриги, то, вполне возможно, девица вовсе не была долговременной подругой Кармелина. Ее подослало враждебное окружение.

— Интересно, что и мать Никиты Кармелина Юлия Тихоновна тоже является топ-менеджером компании и акционером с правом голоса. И она тоже не имеет ничего против, чтобы «Пластэк» сотрудничал с итальянцами и постепенно перешел в их владение.

— Мамашка! Против собственного сына! Ну и дела.

— Бизнес, мой дорогой, — жестокая игра.

— Но ты же, Сашок, не скажешь, что Юлии Тихоновне может быть выгодно убийство собственного сына? Не кощунствуй.

— А вдруг она ему не родная мать?

— Твоя фантазия беспредельна.

— Угу. Как материальные запросы депутатов Госдумы. К сожалению, с мамашей мне сегодня встретиться не удалось. Как ты понял, она в Москве. Ей сообщили о трагедии, должна прилететь. Если сердечный приступ не хватит.

— А жене выгодно было укокошить мужа? Анастасии?

— По паспорту она Настасья. Выгодно ли — пока не знаю. Сам выяснишь. Но Кармелин человек далеко не бедный. Один коттеджик чего стоит. И все имущество, да плюс наличность на счетах, наверняка у него не один счет в банке, да плюс разнообразные кубышки и, возможно, недвижимость за границей — все это баснословное безумство отойдет теперь Настасье.

Если она непричастна к убийству и скорбит о смерти мужа, то материальные блага, доставшиеся ей, вряд ли смогут облегчить ее горе. Бери, Кузьмич, Настасью себе на растерзание.