Поцелуй молнии (СИ) - Вешнева Ольга Михайловна

Ломая дерево за деревом, корабль врезался в лес. Достигнув почвы широкой прогалины, пропахал "мордой" борозду в темной влажной почве и остановился, уткнувшись в широкое подгнившее поваленное дерево.

Заливаюший неизвестную местность сильный дождь сбил пламя. Внутренние заглушки не допустили взрыва. Бортовой компьютер отправился от критических показателей и приступил к анализу — определению конечной точки нежданно измененного маршрута. В том, что эта точка во всех смыслах конечная, и продолжения полета ждать не стоит, Лиакс убедился после того, как бортовой компьютер выдал подробную информацию.

Планета Земля. Обитаемая. Относительно пригодная для существования кайлара. Единственная разумная раса "человек".

Мир, не достигший уровня технологического развития, необходимого для перемещения кораблей в гиперпространстве. Оба двигателя повреждены. Для их восстановления на земле нет ресурсов, и необходимого топлива тоже нет.

Лиакс понял: его занесло почти на другой край галактики.

Утешало то, что на Земле вряд ли станут его искать имперские преследователи. Вероятнее всего, истребители направились на Делмеру, ориентируясь на последние заданные вратам координаты.

На Земле кайлар может выжить, дышать и питаться. Климат отчасти комфортен, но погода не всегда похожа на текущую. Большую часть времени воздух слишком сухой, излучение местного солнца небезопасно для кожи и глаз кайлара. А еще тут есть морозные сезоны, когда воздух не только невыносимо сухой, но и холодный.

Лиакс понимал, что должен постараться выжить. Не сдаваться.

Никогда отважный воин себя не чувствовал так скверно, не испытывал настоящего липкого, отвратительного, истощающего силы страха.

Он остался один в чужом неприветливом мире. Один. Как жутко звучит это слово, даже произнесенное мысленно, не вслух.

Лиакс дал слово мудрому наставнику бороться за жизнь вопреки обстоятельствам.

Он сменил доспехи на хранившийся в кабине легкий костюм пилота и отправился исследовать свой новый мир.

ГЛАВА 3. Убежище и первая жертва

Дождь перестал, но молнии в небе продолжали сверкать.

Лиакс неторопливо шел от корабля. Внимательно изучая ночной лес, он осматривался, прислушивался и принюхивался. Глаза кайлара хорошо видели в темноте, нос впитывал интересные непривычные запахи: терпкие и мягкие. Импульсная чувствительность снизилась от общей слабости. После опасного изнурительного полета Лиакс нуждался в пище, воде и отдыхе.

Выйдя к лесному озеру, молодой воин присел на берегу, зачерпнул воды ладонью и попробовал на вкус. К его разочарованию, вода оказалась пресной.

Лиакс понимал, что на пригодной к освоению территории ему не найти соленого водоема. Земной океан так далек от места посадки корабля, что до него не добраться. Нехватка соли в теле кайлара быстро начнет сказываться на состоянии здоровья, и спустя некоторое время приведет к гибели.

Лиакс отступил от края берега прежде, чем в озеро ударила большая молния. Искривленные белые лучи пробежали под водой. В полной силе кайлар мог выдержать такой разряд без вреда для организма, но пока молодой воин чувствовал себя не готовым к риску. Да и бессмысленно рисковать, не имея на то уважительной причины.

Из леса Лиакс вышел на зеленый луг, поросший высокими травами. По лугу тянулся причудливый ряд высоких металлических конструкций, соединенных проводами. Немного в стороне, ближе к одноэтажным темным человеческим жилищам, стояла белая в красную полоску вышка связи. Все вместе эти людские творения создавали комфортный для кайлара электромагнитный фон.

Лиакс поспешил к ним, немного постоял под гудящими проводами, чувствуя себя почти как на покинутой родной планете, затем осмотрел ближайшие деревянные постройки.

Всего три дома на краю поселения, и все заброшены. В них не чувствовались импульсы жизненной силы хозяев. Один дом — гнилой почти разрушенный, от второго и вовсе остался кривоватый фундамент. Только третий дом, ближайший к спасительным вышкам, пока находился в хорошем состоянии. Лиакс решил использовать его как убежище.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лиакс перемахнул шаткий деревянный забор, приблизился к дому, так давно выкрашенному в голубой цвет, что краска выцвела под солнечными лучами и начала отслаиваться от древесины. Воин обошел вокруг дома, проверяя, нет ли скрытых ловушек. Убедившись в безопасности опустевшего человеческого жилища, он поднялся по ступеням скрипучего крыльца и легким движением руки сломал ненадежный замок.

Дверь открылась с легким шуршанием. Лиакс миновал темную длинную проходную, где когда-то давно хранили сухую траву, и между половыми досками задержались ее остатки. Он в любопытстве смотрел на растянутые по углам ловчие сети мелких шестиногих существ. В одну из таких сетей попался яркокрылый летун, и темно-серый охотник старательно заворачивал его в кокон, чтобы вскоре выпить из добычи все соки.

Лиакс подумал о том, что ему самому пора поохотиться. Но прежде, чем отправиться в город, он поискал в доме соль, и не нашел. Вода из труб текла пресная.

Молодой воин понимал, что внешнее сходство с человеком поможет ему не привлекать нежелательное внимание на городских улицах, но ему не следовало забывать об осторожности. Когда имперские ищейки доберутся до Земли, то проверят местные системы наблюдения. Он должен заранее нейтрализовать импульсной атакой следящие устройства, прежде чем войти в зону их действия.

* * *

Пять утра. Ну кто может заглянуть в маленький продовольственный магазин в такое время? Главные ранние пташки, они же первые клиенты, спешащие опохмелиться, еще не проспались.

Вздремнуть бы за кассой, а сон как назло не идет. Раз написано — по пятницам работаем круглосуточно, значит надо сидеть до прихода сменщицы.

Оксана сидела в тоске, навалившись пышной грудью на край стола у кассового аппарата и подперев пухлую щеку. Краем глаза опасливо поглядывала на застывшего у дверей охранника Федора Ильича.

Ох уж этот Федор Ильич! Никакого покоя с ним. Того и гляди, выскочит из-за товарного ряда, то за бок ущипнет, а то как двинет по попе — так и подпрыгнешь с испуга. Или еще хуже того. Поймает и начнет щекотать своими черными с проседью страшными усами. И зачем ему те усы? А, видать без них он еще некрасивее станет.

Сколько раз говорила ему Оксана: "Не лежишь ты мне, Федя, к душе", а он, этакий неугомонный, знай свое талдычит: "Так не душа, Оксаночка, должна лежать, а тело, и у меня кое-что должно стоять, когда и все срастется". Или вот еще заладит: "Что ж ты брыкаешься, моя кобылка? "

И может не так плох был старый вдовец Федор Ильич, да своими простонародными пошлыми манерами уж очень напоминал Оксане покойного мужа с которым она больше тридцати лет промучилась, пока не опился и не околел.

Уходить женщине было некуда, так и жила под одной крышей с дебоширом, ради той самой крыши над головой. Сын вырос, женился и уехал в Москву. Хорошо, что не пошел в отца по части пьянки. Все радость в жизни.

Заметив мелькнувшую рядом тень, Оксана лениво повернула голову, ожидая увидеть очередного "сизорылого голубя" и вся встрепенулась, приосанилась, заметив перед кассой молодого красавца.

Высокий мужик с приятным волевым лицом и хорошей фигурой пристально смотрел на Оксану. Его глаза холодного светло-синего цвета будто пронизывали женщину насквозь.

— Что вам нужно — сигареты, жвачка или что-то к чаю? — Оксана привычно улыбнулась, потянувшись к рядку презервативов.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Мне нужна ты, — голос молодого красавца, отдававший жесткими металлическими нотками, странным эхом отозвался в ее голове.

Оксана удивленно посмотрела на странного посетителя. Одет вроде прилично, дорого. На нем черный защитный комбинезон, как у байкера. Сам чистый. Темно-каштановые волосы слегка растрепаны, так может, от ветра, раз на мотоцикле примчал. Лицо не пропитое, только малость бледное. Какое-то безжизненное. Но взгляд… полон страсти. На конопатую толстушку в юности так мало кто смотрел, а тут почти уж старость на пороге.