Необыкновенные истории для друзей Любавы - Марина Соколова

Младшая сестра пожелала разделить участь старшей. Любава читала вслух слова из «Энциклопедии», а Наташа старалась их повторить.

Мама решила послушать дочерей. Она вошла в комнату в тот момент, когда Наташа произносила «перпендикуляр». Увы! Слово у неё не получилось. Зато ей удались отдельные слоги. «Пора подключить попугая», – подумала вслух Мама. Зная тяжёлый мамин характер, Любава испугалась за птичку. Но через неделю выяснилось, что совершенно напрасно: попугай подключался к обучению Наташи. Серый африканский попугай оказался настырным и навязчивым. Он приставал к девочке с утра до вечера. Попугая звали Африка. Утром Мама давала Африке установку на целый день. Получив ЦУ, попугай будил Наташу, выкрикивая заданное слово, например, «банан». Девочка открывала глаза в надежде увидеть любимый фрукт. Вместо банана она видела Африку, который устраивался у изголовья и, заглядывая в её заспанные глазки, гундосил: «Ба-нан, ба-нан». Это слово в исполнении Африки преследовало Наташу целый день. В конце концов девочка, вопреки желанию, складывала губки, старательно произнося слово, прилипчивое как банный лист. «Очень способный ребёнок», – хвалила её Мама и в награду вручала банан.

«И долго это будет продолжаться?» – спросила Любава у Мамы. «Что именно?» – уточнила Мама. «Африка». «Попугай у нас на всю жизнь», – ответила Мама. Любава ужаснулась и решила извести Африку. Как-то раз она незаметно подлила ему в чашку перекись водорода. Африка сунул в бесцветную жидкость свой чёрный загнутый клюв, внимательно посмотрел на Любаву и грустно констатировал: «Плохая девочка». Тогда Любава попросила у соседки кошку Нюру. Она не кормила несчастное животное целый день. Кошка бродила по квартире в поисках пищи и набрела на Африку. «Мяу!» – угрожающе мяукнула кошка. «Мяу», – дружелюбно ответил попугай. «Мурр», – ласково отозвалась хищница. «Мурр», – нежно откликнулся попугай. После этого враги стали друзьями. Любава была в отчаянии: планы рушились один за другим. Впрочем, вскоре Мама разгадала намерения дочери и положила конец её преступным замыслам. «У вас, как я погляжу, слишком много свободного времени, и вы не знаете, куда его девать», – укоризненно сказала Мама, обращаясь к обеим сёстрам. «Что ты имеешь в виду?» – насторожилась Любава. «Вместо того чтобы мучить попугая, лучше мойте посуду и чистите ковры». «Это ещё вопрос, кто кого мучит, – рассердилась Любава. – Пусть попугай моет посуду». «Он не умеет», – возразила Мама. «Я тоже», – всполошилась старшая дочь. «Ничего, научишься», – успокоила её Мама. «Зачем?» – воспротивилась Любава. «Чтобы не произошёл обратный процесс – превращения человека в обезьяну», – строго сказала Мама – и стала приучать дочерей к домашнему труду.

Наташа росла живой и непосредственной девочкой, как и положено шимпанзе, и к домашней работе она отнеслась играючи. Однако такая загруженность, хотя и способствовала превращению её в человека, вместе с тем сильно утомляла. Любава утомлялась за компанию с сестрой. Наконец, сёстры не выдержали и взбунтовались. «Хотим отдыхать, хотим гулять», – потребовали они. «Хорошо, – сразу согласилась Мама. – В воскресенье пойдём в зоопарк». «Ура!» – закричала Любава. «Ура!» – вторила ей Наташа, хотя и не знала, что такое «зоопарк».

Сёстры долго и обдуманно готовились к прогулке. Они выбрали самые красивые платья, шляпки и туфельки. Папа вызвался их сопровождать, потому что, по его выражению, «от Мамы в зоопарке можно ожидать любых неожиданностей».

Папа, разумеется, оказался прав. Поведение Мамы превзошло все ожидания. «Идём смотреть обезьян», – заявила она тоном, не терпящим возражений. «Лично я посмотрел бы слонов», – попытался всё-таки возразить Папа. «Я тоже», – сказала Любава, для которой Папа служил непревзойдённым примером. «И Наташа», – добавила она, обняв сестрёнку за плечики. «Да», – подтвердила Наташа, которая, как обезьянка, подражала старшей сестре. «Что, бунт на корабле?» – грозно спросила Мама, подражавшая полководцу Наполеону Бонапарту, с которым, как известно, спорить было абсолютно бессмысленно. Поэтому вся семья строевым шагом отправилась смотреть обезьян.

Перед клеткой с шимпанзе Наташа застыла, широко раскрыв рот. Обезьяны тоже обратили на неё внимание. Вели они себя по-разному. Одни приветствовали Наташу громкими возгласами: «Эх, эх, эх!» Другие корчили смешные рожицы. Шаловливая обезьянка, мусолившая банан, неожиданно высунула его изо рта и запустила в Наташу. Бросок оказался метким, и банан попал в открытый от удивления рот. Наташа насупилась, присела на корточки и подложила левую руку под подбородок. Но шалунью ничуть не обидел этот жест, означавший «грязная обезьяна». Она приложила к зубам большой палец левой лапки, прося у Наташи конфетку. Мама, которая с интересом наблюдала эту сцену, подошла к младшей дочери со словами утешения: «Не сердись на них, родная. Это просто невоспитанные шимпанзе. Пожалуйста, дай им конфету». Наташа выпрямилась во весь рост и бросила в клетку конфету, которую держала в руке. Обидчица поймала лакомство и отправила его в рот. Потом она соединила пальцы верхних конечностей, требуя повторить угощение. К Наташе подошёл человек в униформе. «Девочка, – сказал он, – у нас запрещено кормить животных сладостями. От них болят зубы». Служащий зоопарка с улыбкой наклонился к Наташе… и вдруг вскричал изумлённо: «Обезьяна!» «Это не обезьяна, а моя дочь Наташа», – поправила его Мама. «Простите меня, но она так похожа на шимпанзе», – извинился служащий. «Я с вами не согласна, – разгневалась Мама. – Моя дочь похожа на человека». Служащий исчез. Через несколько минут он вернулся, но не один, а вместе с другими служащими. Отныне Наташа гуляла по зоопарку в сопровождении ошеломлённой свиты. Мужчины, наблюдая за Наташей, время от времени говорили: «Ну и ну!» Женщины делали большие глаза и всплёскивали руками. Одна из них всё-таки осмелилась подойти к Маме. «Я директор зоопарка, – начала она извиняющимся тоном. – Не могли бы вы уделить мне несколько минут?» «Вас, наверное, интересует моя младшая дочь?» – ответила Мама вопросом на вопрос. «Простите, это ваша приёмная дочь?» «Нет». «Но ведь это – шимпанзе?» «Уже нет, – оскорбилась Мама. – Мы очень много работаем». «А как, если не секрет?» – директор задала неосторожный вопрос. «Как надо, – резким тоном ответила Мама. – Может быть, вы желаете посадить нас с дочерью в клетку, чтобы проводить эксперименты?» «Нет, что вы! – замахала руками директор зоопарка. – Мы могли бы организовать для вас симпозиумы, свести вас с журналистами». «Благодарю, – сухо сказала Мама. – Я сама себя сведу с журналистами». «Тогда возьмите мою визитную карточку», – умоляюще произнесла директор. «Тебе понравилась тётя?» – спросила Мама у Наташи. «Да», – ответила девочка. «Вам повезло, – усмехнулась Мама, беря визитку из рук директора. – Вы вызвали интерес у моей дочери». На этом посещение зоопарка пришлось прервать, так как свита увеличилась до небывалых размеров. Казалось, все посетители и работники зоопарка сгрудились вокруг Наташи, чтобы поглазеть на чудо природы.

По возвращении домой выяснилось, что Наташе нравится красоваться в центре всеобщего внимания. Каждый свободный час она использовала для того, чтобы завязать новые знакомства. Она с лёгкостью находила себе друзей как в человеческом обществе, так и в животном мире. Наташа была ловкой, быстрой и прыгучей, как истинная обезьянка. Она приводила в восторг мальчишек, с которыми лазила по деревьям и бегала наперегонки. С таким же успехом она дружила и с девочками. Наташа учила их «языку» обезьян, а они её – человеческой речи. Но больше всего девочке-шимпанзе нравилось общаться с животными и птицами – особенно с теми, которые обладали музыкальными способностями.

Наташа оказалась настоящей меломанкой. На музыку она реагировала очень чутко. Например, от джаза у неё повышалась температура, а от музыки Моцарта – появлялись новые таланты. Мама тщательно подбирала подходящую мелодию. И её усилия увенчались успехом: под «Времена года» Чайковского девочка продекламировала стихотворение Пушкина «Я помню чудное мгновенье…» А в другой раз, услышав «Дубинушку», стала подпевать Шаляпину и выучила песню наизусть.

С тех самых пор у Наташи появился большой секрет. Её часто можно было увидеть задумчивой и вздыхающей. На расспросы она не поддавалась. Наташа вздыхала целый месяц. Потом перестала вздыхать – и явилась домой в сопровождении целой толпы артистов. Это были представители как человеческого, так и животного мира. «Что это такое?!»

– в один голос вскрикнули опешившие родители. «Хор», – коротко ответила Наташа. Разношёрстный хор с трудом разместился в гостиной. Кого здесь только не было! Мальчики и девочки, дворняжки, кошки, голуби и певчие птицы. Была даже одна рысь, которую Наташа отыскала в подмосковном лесу. Их всех объединила любовь к пению. «Что будете петь?» – дрожащим голосом спросила Мама. «Дубинушку», – ответила Наташа. «Ав, ав», – подтвердила овчарка из соседнего двора. Мама села за пианино. Запевалой, разумеется, был соловей. Хор звучал на удивление слаженно и красиво, хотя каждый пел на своём языке. Папа и Любава с удовольствием присоединились к поющим. «Надо подумать о выступлении на публике», – мечтательно произнёс Папа, когда все разошлись, разбежались и разлетелись по своим домам. «Я позвоню директору зоопарка. Она обещала…» – вспомнил он. Но Мама уже пришла в себя: «Никаких публичных выступлений. Девочку пора готовить к школе. Правда, меня беспокоит, как сложатся её отношения с репетитором».