Хэлвуд - Антон Алексеевич Лазарев

болтались в невесомости. Каждый был пристегнут страховочным тросом к своей “каракатице”, – продолговатой, овальной формы машине, спереди которой находились длинные манипуляторы, напоминавшие щупальца, отчего они и получили свое прозвище.

– Все готовы? – капитан осмотрел коллег.

– Давай уже командуй на старт! – Евген, используя маневровые двигатели на джетпаке скафандра, запрыгнул в специальную нишу на “каракатице”, пальцы в белых перчатках обхватили рукоять на корпусе.

– Готов.

– Готов.

Лениво отчеканили остальные, последовав примеру Евгена.

– Дария, начинаем! – распорядился Анте.

Колыхнули слабым голубоватым свечением дюзы позади роботов. Четверо членов команды, оседлав “каракатиц”, двинулись к станции.

– Надо было выпить для храбрости, – произнес Бишар, настороженно рассматривая проявляющиеся детали научного городка, написавшего в обзоре глаз механической, угрюмой горой.

– Нам и так алкашей в команде хватает, – резко отозвался капитан.

– Интересно, о ком это он? – послышался удивленный возглас Стифана.

– О Дарии, естественно, – хохотнул Талас.

Четверо странных, космических всадников притормозили вблизи главного, верхнего кольца, толщиной этажей в десять. Их силуэты отражались тусклыми серебристыми огоньками в панорамном остеклении.

– Охренеть… – очарованно прошептал Бишар, взглянув вверх. – Вот же строили раньше с размахом.

– Зайдем там, – Анте указал на широкий, зиявший, рваный разлом в поблескивавшем, стекольном фасаде.

Команда ответила ему согласным молчанием. Заискрили дюзы и “каракатицы” скользнули в темный проем, образованный, судя по выгнутым наружу стальным балкам, взрывной волной, прорвавшейся в космос. Внутри их встретила абсолютная, непроглядная чернота. Звезда находилась по обратную сторону станции, потому ее свет сюда не проникал. Зажглись прожектора на каракатицах и наплечные фонари на скафандрах. Столпы света выхватывали серые балконы, расположенные по периметру. С одного из них свисала до самого пола какая-то черная ткань. Блики от фонарей зловеще маячили по остеклению за балконной оградой. Команда оказалась в просторном атриуме, объединявшем пять этажей. Мертвая тишина, разбавленная лишь тихой дрожью двигателей “каракатиц”. Члены команды крутили головы из стороны в сторону, затаив дыхание, будто боялись проявить признаки жизни в этом могильном безмолвии. Пол был устлан осколками стекла и пластика, искореженными металлическими деталями, которые не удавалось идентифицировать, и прочим всевозможным мусором. В центре атриума луч фонаря Вейна пробежал по чему-то странному, громоздкому. Ему показалось, что на него кто-то смотрел из темноты. Штурман словил секундный ужас и вздрогнул, вернув луч на место. То была высокая фигуристая статуя женщины.

– Зараза! – выругался в эфир Бишар.

– Что случилось? – послышался тревожный голос капитана.

– Да напугала меня эта красотка.

Еще три луча направились на грациозное изваяние, высветив большие глаза на застывшем лице девушки, обреченно раскинувшей в стороны руки. На сгибах всех конечностей виднелись зазоры. Это была динамическая статуя, некогда способная менять фигуру. Она осталась запечатленной в танце, но в этом мрачном окружении складывалось ощущение, что она молила о помощи.

– М-да, – протянул Талас. – Действительно выглядит жутковато.

– Хочу напомнить, что здесь погибло множество людей, и мы можем неоднократно наткнуться на их трупы. А вы статуи испугались… Соберитесь! – Анте подлетел к скульптуре и что-то щелкнул на наручном коммуникаторе. – Ставлю тут первую метку. Если что, здесь будет общий сбор.

Дождавшись, когда остальные соберутся кругом, он произнес:

– Стифан и Евген, с вас карта и метки на опорные балки. Бишар, нам с тобой нужно найти лаборатории.

Евген вытащил небольшую капсулу из кармана рюкзака, набрал комбинацию клавиш на высветившемся экране и из коробки выпорхнули маленькие, тускло фосфоресцирующие красным цветом шарики. Рой сканеров быстро рассеялся по разным направлениям, скрывшись в темноте. Стифан повторил операцию, высвободив устройства из своей капсулы.

– Эти малютки мигом построят нам карту.

– Да. – бодро поддакнул Гилев. – Через пару часов у нас будет план всей станции.

– Отлично. – закивал Анте. – Бишар, чтобы не терять время, предлагаю двинуться на разведку вон туда.

Капитан направился к широкому проему, ведущему в один из коридоров.

– Может, дождемся карту? Зачем блуждать наугад? – в голосе штурмана слышалось легкое замешательство.

– Вот ты трус! Лучше бы Дарью с собой взяли…

– Мне и здесь хорошо. – в эфире тут же разлился приятный женский голос. Дарк добавила с насмешкой: – Бишар ссыкунишка!

– Да я не боюсь! – воскликнул Вейн неуверенно. – Просто я за рациональный подход к делу…

– Полетели уже, рациональный ты наш, – усмехнулся капитан. – Оценим своими глазами.

Вейн махнул рукой.

– Ладно. Я за тобой.

Две фигуры в яйцеобразных черных шлемах, тандемом, верхом на продолговатых, казалось, придремавших роботах, вытянувших вперед свои эластичные манипуляторы, плыли во мраке просторного коридора. Прожектор впереди идущей “каракатицы” капитана озарял однотипные развилки, галерейные арки, украшенные композицией из геометрических фигур и непонятных иероглифов. В свете луча искрились мириады крупинок льда, парящих в невесомости.

Анте поднял руку вверх и остановился. Позади плывущий Вейн, с выключенным прожектором и приглушенным светом наплечного фонаря, чтобы не слепить капитана, в последний момент потянул ручку тормоза и чуть не впечатался манипуляторами в дюзы “каракатицы” Грина. Послышалась матерная ругань в эфире.

– Какого дьявола? – Анте обернулся.

– Да я чуть не протаранил тебя! Можно сообщать заранее, если хочешь остановиться?

– Я же поднял руку вверх. Ты куда смотришь?

– А голосом можно? Я эти ваши офицерские штучки не понимаю!

– Ты же говорил, что служил на флоте?

– Да, но мы не учили там язык жестов, – продолжил ворчать Вейн.

– Это же понятно и по наитию, – уже с иронией произнес Анте. – Смотри! – он поднял руку и вытянул указательный палец. – Вот эту команду хотя бы знаешь?

– Ха-ха-ха! – театрально изобразил смех Бишар.

Капитан развернул прожектор вправо, осветив пространство за арками. Выделенный лучом участок засиял переливавшимися кристалликами. На полу виднелись извилистые дорожки, выложенные каменной плиткой. Они огибали пустые бассейны и некогда зеленые парковые зоны с ветвистыми деревьями. Могучие стволы растений почернели и высохли. Некоторые сохранили густые кроны из черно-коричневых, закостенелых листьев.

– И красиво, и жутко, – прошептал Вейн.

– Согласен, – зачарованно прохрипел в эфире Грин.

Они зависли на месте какое-то время, вращая прожектора по дальним углам, любуясь сказочной картиной мертвого леса в слепившем отблеске вездесущих, серебрящихся льдинок.

Анте Грин дернул ручку управления и “каракатица”, с едва ощутимой, монотонной вибрацией, двинулась дальше по коридору вглубь станции.

Вдоль одной из стен стояли вендинговые автоматы с едой и напитками за стеклянными дверцами. Внешне они казались вполне пригодными для употребления.

– Может, зацепим по баночке “Колы”? – улыбнулся Бишар. – Как думаешь, срок годности еще не истек?

– Электричества нету, а так бы я с радостью, – отшутился Грин.

– Давай стекло разобьем, – штурман подлетел к аппарату и уже было замахнулся молотком, вынутым из ложемента с инструментами на машине.

– Ты с ума сошел? – вскрикнул Анте. – Стой!

– А, что? Да я пить не собираюсь, просто как сувенир…

– То есть тот факт, что жителей