Битва за Кёнигсберг. Восточно-Прусская кампания 1944–1945 гг. - Геннадий Викторович Кретинин

существовал природный рокадный барьер — река Неман, разделявшая боевые порядки войск, а 3-му Белорусскому фронту пришлось осуществлять самостоятельное, по сути, изолированное наступление частью своих сил, соединения 39-й армии также вышли на границу Германии на участке Таураге — Сударги. Успешно развивала наступление и 5-я армия, преодолевшая «Восточно-Прусскую позицию» южнее 39-й армии.

Успех на стыке двух фронтов создал благоприятные условия для последующего наступления войск 3-го Белорусского фронта вглубь Восточной Пруссии. Немецкое командование верно оценило складывающуюся ситуацию на своем северо-восточном участке фронта. Могла измениться вся стратегическая обстановка в Прибалтике, причем в худшую для Германии сторону.

К. Н. Галицкий в своей работе «В боях за Восточную Пруссию», оценивая действия противника, сообщает, что в начале октября немцы были вынуждены спешно перебросить из Германии управление парашютно-десантного корпуса «Герман Геринг» со 2-й парашютно-моторизованной дивизией, из 9-й армии — 1-ю танковую дивизию «Герман Геринг», которую впоследствии переименовали в 1-ю парашютно-танковую дивизию. 1 октября в Восточной Пруссии был сформирован парашютно-танковый корпус «Герман Геринг». Усиление обороны немцам пришлось осуществлять выдвижением на опасные направления разрозненных частей и соединений. Так, в район Шилленен в первую линию была введена прибывшая из 4-й армии 349-я пехотная дивизия и один из полков 367-й пехотной дивизии, главные силы которой остались в полосе действия 2-го Белорусского фронта. На это же направление были направлены из резерва части 20-й танковой дивизии (сама 20-я танковая дивизия находилась на доукомплектовании в районе Иоганнисбурга и участия в Восточно-Прусской операции впоследствии не принимала. — Г. К.). В район Гумбиннена к 14 октября прибыла из Курляндии 61-я пехотная дивизия. Ценой огромных усилий немецкому командованию удалось в начале октября 1944 г. стабилизировать линию фронта, за которой непосредственно находилась Восточная Пруссия[22].

Здесь необходимо отметить, что немецкое командование не без оснований рассчитывало на подготовку провинции к ведению боевых действий именно в обороне.

Строительству оборонительных сооружений в Восточной Пруссии в Германии всегда уделялось особое внимание. Практически вся вторая половина XIX в. прошла под эгидой строительства крепостей, фортовых сооружений и приспособления местности для ведения оборонительных боев. После Первой мировой войны в оборонительном строительстве в провинции наблюдался застой, что было естественным для страны, проигравшей войну и оказавшейся в сложной экономической ситуации. Тем более что по условиям Версальского мира 1919 г. в военных вопросах для Германии существовали значительные ограничения.

Так, Германия имела возможность возведения укреплений в Восточной Пруссии, но на значительном удалении от границы.

Если очертить на карте район, на который не распространялись ограничения, он будет похож на треугольник с вершиной возле города Хайльсберг (две другие вершины располагались на побережьях заливов Фришес-Хафф и Куришес-Хафф). Здесь и началось в 1932 г. строительство множества небольших оборонительных сооружений, хорошо скрытых, приспособленных к местности, защищенных от артиллерийского огня. Сооружения обеспечивали взаимную огневую поддержку, были обеспечены средствами связи. Широко использовались проволочные заграждения, возводились железобетонные огневые точки (доты).

Хайльсбергский оборонительный район стал основой обороны центральной части Восточной Пруссии, или, как его называли немцы, «крепостью Замланд» («Festung Samland»)[23].

Впоследствии немцы возвели еще ряд оборонительных позиций, и к 1939 г. провинция уже представляла собой единый укрепленный район.

В 1943 г., потерпев поражение на Волге и под Курском, гитлеровское командование развернуло оборонительное строительство в приграничной полосе и приступило к совершенствованию старых оборонительных рубежей. Приближение войск Красной армии к границам Восточной Пруссии еще более активизировало этот процесс.

В середине июля 1944 г. по инициативе гауляйтера Восточной Пруссии Коха примерно в 20 км к востоку от границы Германии началось строительство так называемой «Восточно-Прусской оборонительной позиции». В обиходе ее называли «вал Эриха Коха». Предполагалось, что она пройдет от Вилкавишек через Науместис и далее на север. Для строительства этой позиции были мобилизованы десятки тысяч людей. Мероприятие было запоздалым, так как позиция возводилась тогда, когда в ее северной части уже шли бои. Несмотря на то что позиция местами осталась недооборудованной, она все же представляла собой известную преграду для советских войск.

В частности, перед 11-й гвардейской армией «Восточно-Прусская оборонительная позиция» состояла из одного основного и двух промежуточных рубежей.

Первый основной оборонительный рубеж глубиной 3–5 км состоял из двух-трех, а на некоторых участках из четырех линий траншей. В 30–40 м от траншей были установлены проволочные заграждения, усиленные противотанковыми минами, а перед ними в 15–20 м на танкодоступных направлениях — противотанковые минные поля. Основу этого рубежа составляли опорные пункты и узлы сопротивления. Между ними поддерживалась тесная огневая связь. Перед передним краем была подготовлена сплошная огневая завеса большой плотности. Система огня строилась на основе огневых групп, включавших по два-четыре станковых пулемета. Огонь станковых пулеметов дополняли ручные пулеметы. Противотанковая артиллерия эшелонировалась в глубину и располагалась на замаскированных огневых позициях[24].

На удалении 8-10 км от основного рубежа проходил первый промежуточный оборонительный рубеж, который имел две-четыре траншеи полного профиля, соединенные ходами сообщения. Траншеи были оборудованы стрелковыми ячейками и пулеметными площадками. На отдельных направлениях рубеж был прикрыт проволочными заграждениями и минными полями. В 3–7 км от первого промежуточного рубежа проходил второй промежуточный рубеж обороны. На участке Кибартай — Шаки имелись заболоченные участки местности, непроходимые для танков, а на виштенецком направлении передний край проходил по восточным скатам высот, откуда противник имел хороший обзор и обстрел. Кроме того, на оборонительных рубежах через каждые 30–40 м были установлены железобетонные огневые точки[25].

Их еще называли «горшками Коха» — цементная труба с бетонной крышкой. Труба закапывалась в землю, в ней мог находиться один человек, который вел огонь по танкам и пехоте противника. Надо сказать, что немцы не любили эти сооружения, так как они создавали эффект своего рода мышеловки[26].

Советские войска, вклинившись в расположение «Восточно-Прусской позиции», были вынуждены остановить наступление, совсем немного не дойдя до границы Германии.

Однако эта позиция представляла собой всего лишь предполье в системе обороны Восточной Пруссии. Долговременная оборонительная система на территории провинции состояла из зон, полос и укрепленных районов, отдельных укрепленных позиций и значительного числа полевых рубежей. Всего в Восточной Пруссии было оборудовано шесть укрепленных районов, из них три (Хайльсбергский, Ильменхортский и Летценский) располагались в полосе наступления 3-го Белорусского фронта. Кроме того, в этой же полосе находилась и крепость Кенигсберг, на подступах к которой в целом находилось девять укрепленных полос, эшелонированных в