Сигнал из прошлого - Бачурова Мила

– Непременно.

– Всего доброго.

Никитин собрал со стола фотографии, закрыл блокнот – в который, кажется, не записал ни слова, – надел куртку и ушел.

Когда за следователем закрылась дверь, Денис опустился в кресло и мысленно сосчитал до десяти. Десяти секунд обычно хватает раздолбаям или хладнокровно-расчетливым тварям, чтобы вернуться, потому что они что-то забыли. Или притворились, что забыли.

Но дверь не открывалась.

Денис опустил голову, обхватил ее ладонями и постарался глубоко дышать.

Голова шла кругом. Казалось, руками ее не удержишь.

Убийство. Реадовский парк. Пропавшие часы – на фотографиях, которые показывал следователь, Денис их не видел, но это ведь ничего не значит. Письмо. Черт… Черт!

Денис тихонько завыл сквозь стиснутые зубы. Безумно хотелось внушить себе, что все это – какое-то нелепое совпадение, что кошмары из прошлого не оживают, это ведь не какое-то дурацкое кино! Двадцать пять лет прошло. И почему именно сейчас? Почему именно он?!

Выдохнул. Так… Ладно. Прежде всего нужно убедиться, что больше подобного не повторится. Дьявол начал свою игру, но он же сам сковал себя правилами.

Денис вышел в приемную, закрыв за собой дверь. Рассеянно посмотрел на Таню, сидящую за столом.

– Пройдусь, – объявил кратко.

– С филиала на Крупской звонили, – осторожно напомнила Таня. – Говорят…

– Знаю. – Денис потер лоб рукой. – Напиши кадрам, чтобы открывали вакансию.

– Поняла… – Секретарь что-то черкнула на бумажке. – То есть сотрудницу увольняем? Всего один прогул…

– Это не прогул. Она больше не выйдет на работу.

Таня непонимающе захлопала глазами. Но от вопроса удержалась, молодец.

– Открывайте вакансию, – повторил Денис.

И быстрыми шагами вышел из приемной.

«Моя работница, – думал, шагая по коридору. – Совпадение? Что из всего этого – совпадение, а что – нет?»

Соблазнительные мысли, но он прогнал их. Денис стал тем, кем стал, не потому, что надеялся на чудо и списывал закономерности на совпадения, а потому, что трезво смотрел на вещи. И действовал так, как того требовали обстоятельства.

Он вышел в зал. До полудня народу здесь немного, и основная масса тянется в супермаркет, за продуктами. Первая и основная торговая точка, открытая Денисом, пустует, продавцы протирают витрины, переставляют товар.

Посмотрев на них несколько секунд, Денис двинулся дальше. Мимо отдела косметики, нижнего белья, спортивных товаров (до сих пор закрыт, парень вечно опаздывает, надо бы сказать Тиграну), чая и кофе, мимо игрового автомата «вытащи мягкую игрушку, потратив на это в три раза больше, чем она стоит в магазине».

Путь через торговый центр неизменно доставлял ему удовольствие – идти среди других людей, даже не подозревающих, что здание целиком принадлежит ему, Денису Белову. Отец гордился своей фамилией, своими предками. Он и собой когда-то гордился – при советской власти занимал у себя в НИИ серьезную должность, а сына прочил в преемники… Не сложилось. Как и у многих. В те годы судьбы летели под откос неумолимо и быстро.

Денис направлялся к крохотному отделу, который всегда открывался вовремя, каждый день – несмотря на то что очереди к нему не стояли. Старой закалки человек. Один из тех, кого Родина выбросила на обочину, не оценив годы, потраченные на службу ее интересам.

Аркадий Михайлович – или просто Михалыч – торговал электроникой. В ней он разбирался, наверное, даже любил ее. Пульты, приставки, радиоприемники – рудименты из навсегда ушедших эпох. А еще – зарядники, бэушные смартфоны и кнопочные звонилки по бросовым ценам и многое, многое другое.

«Лавка» Михалыча напоминала сундук с сокровищами, где было великое множество чего угодно, причем практическая ценность этого «чего угодно» уверенно стремилась к нулю. Аренду в «Астролябии» Михалыч не потянул бы при всем желании, но Денис как старому – еще отцовскому – другу сдавал ему точку за чисто символическую плату.

– Привет, Михалыч, – окликнул, перегнувшись через прилавок. – Как бизнес?

Михалыч бросил на Дениса недовольный взгляд. Всегда так смотрел, когда его отрывали от работы. Сейчас ковырялся во внутренностях старинного телевизора «Рассвет». На столе стояла старенькая «цешка», лежала отвертка.

– Потихонечку, – сказал Михалыч, пожав руку Денису.

– Это что, еще у кого-то такие остались? – кивнул Денис на телик.

– Представь, – хмыкнул Михалыч. – У дамы одной на кухне стоит. Третий раз уж делаю.

– А чего цветной не купит?

– Глаза у нее от цветного болят, говорит. И потом, сколько твой цветной стоит? А этому лампу сменить – три копейки.

– Скоро, говорят, все телевидение в цифру переведут, – сказал Денис.

– Слыхал. Ну… заставь дурака богу молиться, – вздохнул Михалыч.

Посчитав светские приличия соблюденными, Денис как бы невзначай начал разговор, который привел его сюда.

– Михалыч, а помнишь те часы? Ну, которые я у тебя покупал неделю назад. Дурацкие такие, вроде пейджера, ты их еще «приветом из девяностых» обозвал. Не осталось больше?

В тот день Денис впервые за долгие годы ощутил, как земля уходит у него из-под ног. Он шел на обед через зал, но вдруг остановился, услышав резкий, немелодичный писк. Повернул голову и увидел их в руках Михалыча. Часы. Те самые часы…

– Да ну, – покачал головой Михалыч. – Откуда? Те-то случайно попались. Их уже сто лет не производят.

– Точно? – Денис не выдержал, уставился на старого приятеля так, будто хотел пронзить взглядом насквозь.

– Да на кой они тебе? – изумился Михалыч. – В телефонах же сейчас всё. Ну или купи себе эти, как браслет которые. Они тебе еще и пульс замерят, чтобы знал, живой еще, нет ли.

– Не… – Денис заставил себя рассмеяться. – Этого не надо. Я мыслю – значит, я существую.

Михалыч отчего-то смеха не поддержал.

– Существовать – дело нехитрое, – проворчал он. – Все существуют. А вот жить – тут задачка потруднее будет. – И вздохнул чему-то своему.

Глава 4

«А может быть, я просто их потерял?»

Денис весь день ворочал в голове одни и те же мысли. Понимал, что загнал себя в беличье колесо, из которого не вырвешься, как ни беги, – но и прыгнуть в сторону не мог.

Трое часов. Он купил у Михалыча трое часов – больше не было – и принес их домой. Положил в ящик стола у себя в кабинете. Одни часы пропали, одно убийство произошло. А ему в почтовый ящик бросили письмо с распечатанной во весь лист цифрой «1»…

Денис потряс головой. Огляделся и будто только сейчас сообразил, что опять сидит за рулем автомобиля, во дворе. Сколько уже он так сидит? Темнеет…

– Не сходи с ума, – приказал себе Денис. – Убийца пробрался к тебе домой и украл одни часы. Одни! А когда он захочет убить снова – проберется еще раз, да?

Издав истерический смешок, он распахнул бардачок. Вытащил все, что там было, включая инструкцию по эксплуатации с припрятанным внутри конвертом. Перерыл все, что вытащил, убедился, что бардачок пуст.

Часов не было. Да это и не удивительно, ведь он не клал их туда! Совершенно точно. Положил в карман пиджака, а дома – в ящик. А все эти поиски – попытка ухватиться за соломинку… Хотя, может, одни часы выпали? Завалились за подкладку?

Ощупывая полы пиджака, Денис поймал себя на ощущении дежавю. Сколько раз он уже сегодня это делал?!..

Так, спокойно. Выдохнули.

Часов было трое. Одни – пропали. Одно убийство. Остальные двое он размазал по асфальту, раздавил колесами внедорожника. Других нет. Их не производят. Можно найти еще на «Авито» или «Юле», но на это он уже никак повлиять не может.

Денис вышел из машины, хлопнул дверью. Направился к подъезду. Не оборачиваясь, нажал на брелоке кнопку блокировки. Автомобиль пискнул и щелкнул у него за спиной.

И все-таки, куда исчезли третьи часы?

Мороз по коже.

Если бы у следователя было хоть что-то, например отпечатки пальцев на часах, он бы не ушел просто так. Черт, да он бы и не приходил к нему сам! Прислал бы опергруппу. Это ведь так делается?