По следам тунгусской катастрофы - Н. Васильев

И. С. Астапович указывает, что если считать серебристые облака принесенными из Сибири восточными течениями верхней атмосферы, то пришлось бы допустить для них невозможную скорость порядка 400 км/час. Попытки устранить эту неувязку допущением о том, что метеорит летел из Европы в Сибирь, теряя по пути часть своего вещества, вступают в вопиющее противоречие с траекторией полета метеорита, описанной Е. Л. Криновым (с юго-востока на северо-запад). Кроме того, серебристые облака не наблюдались над Северной Америкой, в то время как помутнение атмосферы в этом районе было весьма интенсивным. Наконец, совершенно непонятно, почему свечение неба наблюдалось лишь 2–3 суток после падения метеорита, в то время как изменения прозрачности наблюдались более месяца. Это обстоятельство наводит на мысль, что появление серебристых облаков и ночное свечение небосвода были связаны не столько с изменениями прозрачности воздушных слоев, сколько с весьма интенсивными процессами ионизации верхних слоев атмосферы. Следует добавить, что в последнее время Е. Л. Кринов высказывает мнение о том, что появление серебристых облаков вообще не было связано прямым образом с падением Тунгусского метеорита.

Последние выступления Е. Л. Кринова, В. Г. Фесенкова и их сотрудников в печати и по радио свидетельствуют о серьезном пересмотре ими самых основ их теории: во-первых, отрицается защищавшееся длительное время положение о железном составе метеорита; во-вторых, отрицается факт падения его на Землю в районе Южного болота; в-третьих, берется под сомнение самый факт взрыва метеорита.

В модернизированном виде теория Кринова-Фесенкова представляется ныне следующим образом: Тунгусский метеорит, по расчетам Астаповича, обладал при влете в атмосферу космической скоростью порядка 50–60 км/сек. С подобной скоростью могут двигаться лишь тела, летящие навстречу движению Земли. Такой характер движения несвойственен обычным метеоритам, им могут обладать только кометы. Отсюда делается вывод о том, что Тунгусский метеорит представлял собой ядро небольшой кометки; пылевой хвост в момент удара ее головы о Землю был направлен в сторону от Солнца. Он распространился в северо-западном направлении от места падения метеорита и, рассеявшись в верхних слоях атмосферы, вызвал свечение ночного неба.

По современным представлениям, ядра комет состоят из очень хрупкого силикатного вещества или глыб замерзших газов. Понятно поэтому, что при столкновении Тунгусского метеорита с Землей должно было произойти его полное распыление и рассеивание, чем и объясняется тот факт, что на месте катастрофы не обнаружены осколки метеорита. При этом допускается возможность, что в низших, плотных слоях атмосферы, ядро кометы могло превратиться в уплотненное пылевое облако, которое могло при определенных условиях взорваться. Те разрушения, которые имеют место в районе катастрофы, могут быть объяснены не только взрывом, но и мощной баллистической волной. Ввиду того, что Тунгусский метеорит обладал огромной массой и большой скоростью, энергия его баллистической волны могла быть очень большой и привести к тем разрушениям, которые имеют место в районе катастрофы. Следует отметить, что изложенный выше новый вариант теории Кринова-Фесенкова пока что не детализирован на страницах печати, поэтому о нем можно говорить лишь в самых общих чертах.

Как видно из изложенного, исходным пунктом, на который опирается эта теория, является предположение о чрезвычайно высокой начальной скорости метеорита. Однако известно, что расчет Астаповича, на основании которого была вычислена скорость движения тела, был в свое время подвергнут сомнению в результате работы, проведенной В. Ю. Левиным в 1952–1953 годах. По мнению В. Ю. Левина, расчеты элементов орбиты, сделанные И. С. Остаповичем, ошибочны. Сам Е. Л. Кринов опубликовал в 1958 году в одном из зарубежных журналов статью (см. журнал Chemie der Erde, 1958, № 3), в которой на основании расчетов В. Ю. Левина приходил к выводу, что при том положении радианта, который имел Тунгусский метеорит, последний мог обладать как прямым, так и обратным движением по орбите.

Правда, и в этой статье Е. Л. Кринов высказывал мнение, что Тунгусский метеорит двигался навстречу движению Земли, однако это заключение делалось не на основании расчета И. С. Астаповича, а на основании оценки колоссальной величины энергии, выделившейся в момент столкновения метеорита с Землей. Схематично цепь суждений Е. Л. Кринова была примерно такой: энергия, выделявшаяся при столкновении метеорита с Землей, была колоссальна, поэтому колоссальна была его скорость, следовательно, он двигался навстречу направлению движения Земли. При этом нужно, однако, вспомнить справедливое замечание В. Ю. Левина, который говорил о том, что оценка энергии, выделившейся при ударе Тунгусского метеорита, ничего не может дать для суждения о его скорости, поскольку неизвестна его масса.

Таким образом, очевидно, что основное положение, исходный пункт нового варианта теории Кринова-Фесенкова — огромная, близкая к максимально возможной скорость метеорита — является не фактом, а допущением. Следовательно, и вся теория пока что не может быть признана в достаточной степени убедительной.

Что же касается высказываемого некоторыми сотрудниками Комитета по метеоритам мнения о том, что причиной разрушения в районе Тунгусской катастрофы была баллистическая волна, то нужно сказать, что для доказательства или опровержения этой точки зрения нужно точно знать границы района разрушения, которые, к сожалению, до сих пор окончательно не определены.

Таким образом, мы видим, что даже наиболее детализированная и полная теория, развиваемая Е. Л. Криновым и В. Г. Фесенковым, наталкивается на большие затруднения. Еще в большей степени это относится к ряду других гипотез, число которых весьма велико (гипотеза «удара облака космической пыли» Вернадского, «электризованного метеорита» Соляника, гипотеза «каменного дождя» Вронского и ряд других).

Огромная энергия взрыва, необычная картина раз. рушений («телеграфный лес» в центре катастрофы), отсутствие осколков метеорита и метеоритного кратера, свечение неба, примерно совпавшее во времени с катастрофой, — все это заставляло многих лиц, занимающихся Тунгусской загадкой, искать путей объяснения этого явления в обход привычных представлений.

В связи со сказанным нужно остановиться на группе гипотез, которые в той или иной форме исходят из предположения, что взрыв 1908 года на Подкаменной Тунгуске был ядерным взрывом.

В популярной литературе эти теории обычно отождествляются с нашумевшим предположением известного писателя-фантаста А. П. Казанцева об атомном взрыве марсианского корабля (та же гипотеза несколько в ином плане развивается Б. В. Ляпуновым). В настоящее время существует, по крайней мере, три гипотезы, допускающие возможность ядерного взрыва в 1908 году: гипотеза Казанцева — Ляпунова (1946 г.), гипотеза Ла Паза (1948 г.), гипотеза Зигеля (1959 г.). Лишь первая из них связывает ядерный взрыв с возможным прилетом на Землю разумных существ с других планет. Поскольку вариант гипотезы ядерного взрыва в интерпретации А. П. Казанцева пользуется значительной известностью в широких кругах читателей и является объектом наиболее острой дискуссии, мы должны остановиться прежде всего на нем.

Прежде чем переходить к рассмотрению точки зрения А. П.