Одна Ж в Большом городе - Голубицкая Жанна

– Ни фига себе! – потирает ручонки Катька. – Чувствую, сейчас гульнем!

Поглядывая не без интереса на обслуживающий персонал (из одежды – только плавки), проходим в зал.

«Влюбленный» официант бережно усаживает нас за столик. Оформление зала настраивает на интимность: приглушенный свет, небольшие круглые столики с удобными креслами, ниши с мягкими диванами – все устроено так, чтобы рассматривать других посетительниц было крайне неудобно. Свернув шею, я все же вижу в одной из ниш одинокую полную блондинку лет 30, а за ближайшим столиком – странную троицу, состоящую из двух благообразных старушек и молодого человека. Кстати, из объявления при входе следует, что мужчин-посетителей в заведение пускают только в сопровождении дам. Сцена в стриптиз-клубе напоминает подиум – выдается глубоко в зал и оканчивается ступеньками. Те м временем на ней как раз начинается то, ради чего мы пришли…

Голым пузом нас не взять!

Ритмичная музыка и цветовые эффекты, как на любом танцполе. Выходят сразу трое (голые торсы, а ниже, в отличие от официантов, – блестящие штаны) и начинают двигать в такт музыке своими идеальными телами. Тут Штирлиц в моем лице на секунду воспрял духом и подумал цинично: «Тю, этим нас не удивишь! Что мы, танцующих мужиков с голым пузом не видали?» В самом деле: совершенная геометрия тел, заученная нежность во взгляде, ухоженные лица и профессиональные улыбки – еще не повод для знакомства. Что эти жиголо могут придумать такого, чтобы я – замужняя женщина, обремененная семьей и работой, – вдруг захотела совать им в плавки крупные купюры, как это принято делать на стрип-шоу?

Я уже почти горжусь собственной «непокобелимостью», как вдруг в зал по ступенечкам спускаются два мачо в мексиканских пончо и сомбреро. И прежде чем я успеваю оказать сопротивление, они подходят и под руки вытаскивают меня на сцену. Не знаю, как им это удалось, но уже через минуту мы втроем лихо отплясывали зажигательную самбу! Приходится признать, что «герои-любовники», пусть и фальшивые, для танцев вполне годятся…

Затем, благородно вернув меня на место, знойные «мексиканцы» под ритмы латинской эстрады расстаются сначала с пончо, потом со штанами и, наконец, с трусиками. Правда, оставшись в одних только ковбойских сапогах, они тут же поворачиваются к нам задом, демонстрируя безупречные ягодицы…

В общем, когда к нам с Катькой подходит красивейший из барменов, которые когда-либо обслуживали меня в этой жизни, и обволакивающим шепотом интересуется, что же мы будем пить, – голова уже слегка кружится. Именно поэтому, диктуя ему заказ, мы даже не обращаем внимания, что напротив предлагаемых напитков в меню не проставлены цены…

«Подайте меню… а можно и тебю!»

Шоу продолжается: на сцене, сменяя друг друга, красивые стройные мужики показывают что-то вроде художественной самодеятельности. Выходя в умопомрачительно ярких костюмах, к концу танца они неизменно радуют нас своими голыми задницами. (К слову сказать, за все представление ни одного обнаженного члена я так и не увидела. Может, оно и к лучшему?)

Вдруг Катька визжит:

– Ой, ты посмотри, это ж вылитый Костян! Может, это он? Ну, сейчас я ему отомщу! Узнай-еп, почем этот мужик, – я его покупаю!

Костян – Катькина институтская любовь из разряда несложившихся. Более того, он имел наглость жениться на другой девчонке с нашего же курса. Как потом выяснилось, он просто одновременно встречался с ними обеими. А женщины таких вещей не прощают!

Урезонивать Катьку, знаю по опыту, бесполезно: она жаждет мести – не Костяну, так хоть мужику, похожему на него.

– Иди, попроси прейскурант услуг, – настаивает она. – Я последнее отдам, но он, гад, спляшет у меня тут танец живота! И еще будет пятки мне чесать всю ночь!

На Катькины крики очень оперативно реагирует красавец-менеджер. Он вручает нам «крейзименю» – список самых «отвязных» фантазий, какие только могут взбрести в голову женщине по отношению к влюбленному в нее пажу. О том, что любой каприз стоит денег, в тот момент опять как-то забывается. В «крейзименю» есть все: начиная от приват-танца (танец стриптизера лично с тобой) за 1500 рублей и заканчивая возможностью выкупить мальчика за двадцать пять тысяч у клуба на целые сутки и распорядиться им по своему усмотрению. Можно даже принять душ с молодым человеком на глазах у публики – прозрачные душевые кабинки с подсветкой расположены тут же, в глубине зала. Пока Катька «чахнет» над «крейзименю», я продолжаю осматриваться.

Подтянулись откуда-то две девчонки: из их возбужденного диалога следует, что одна собирается подарить другой «мальчика» на день рождения. Они тычут пальцами в стриптизеров и громко обсуждают их достоинства. Прямо как на лошадином рынке. Полная блондинка, что одиноко потягивала коктейль в нише, уже вовсю танцует сразу с двумя мальчиками. Они лапают ее за разные части пышного тела, и на ее лице читается явное наслаждение. На остальных присутствующих дама не обращает ровно никакого внимания: видно, что пришла сюда исключительно ради себя. Две милейшие старушки продолжают сидеть на своих местах, но… на коленях у каждой уютно разместилось по стриптизеру! Жиголо старательно извиваются по дамам, а те с невозмутимым видом потягивают шампанское. Сопровождающий пожилых проказниц юноша (который, видимо, и прикупил им это развлечение) от души веселится и подбадривает обеих… Катька наконец выбрала «каприз» (разговор в отдельном кабинете) и теперь уходит туда со своим «Костяном». «Слабая женщина! – думаю я, глядя ей вслед. – Купилась на поддельную любовь!» Но ровно через минуту «глючит» и меня…

Оргия с привидением

Я вдруг вижу танцующим на сцене своего любимого актера Патрика Суэйзи! Как минимум его точную копию… Главное, что этот мужчина – признанный обладатель самого роскошного тела в Голливуде, так виртуозно влюбивший в себя Деми Мур в фильме «Привидение», – доступен мне всего за 1500 рублей! Это фантастическое чувство, скажу я тебе!

Через секунду я с замиранием сердца заказываю приват-танец. «Патрик» упруго приближается ко мне, пристально глядя в глаза, и с ходу заключает в объятия. Придавая нужные векторы моему телу, он изгибает меня под музыку в самые немыслимые позы. (Со стороны, как потом доложила Катька, видевшая нашу «оргию» из своего «нумера», все выглядело как слаженный парный стриптиз. Отлично, похоже, знает свое дело жиголо «Суэйзи», раз даже меня, балерину не шибкую, так искусно вовлек в свой «танец страсти».)

Однако это еще не все сюрпризы. В процессе танца я чувствую (а потом и вижу!), что стриптизер меня… хочет! Когда он (и как будто абсолютно искренне!) шепчет мне на ушко что-то нежное – по моей коже буквально бегут мурашки. «Да я ему и впрямь нравлюсь! – доходит до меня. – Может, я еще ничего?» Меня тоже охватывает дикое возбуждение. Каюсь, была секунда, когда мне захотелось отправить в плавки этого Аполлона не только 1500 рублей, но и все, что имелось в кошельке. Но тут из недр души снова всплыл бдительный Штирлиц: «Стоп! Вы оба на службе!» И я в самый неподходящий момент кричу красавцу в ухо:

– А как вы стали танцором стриптиз-клуба?

В ответ «Патрик» мотает головой и молчит. Я продолжаю настаивать. В итоге мои попытки проинтервьюировать стриптизера прямо во время приват-танца безжалостно пресекаются менеджером. Заметив, что я достаю их сотрудника расспросами, он приближается и многозначительно шипит:

– Извините, но нашим артистам запрещено разговаривать с клиентками.

– А если он мне понравился? – возмущаюсь я. – Что ж, я теперь и имени его спросить не могу?

– Заказывайте «общение в кабинете» и там спрашивайте, о чем хотите…

Секс как гарнир

И вот я тоже в «нумерах»!.. Это помещения на втором этаже, специально предназначенные для «бесед наедине» клиенток со стриптизерами. Напольные бра с красноватой подсветкой, мягкие уютные диваны, через застекленную витрину видно, что происходит внизу, в зале.

– Только для интервью? – удивляется «Патрик». – А жаль… – добавляет он, окидывая меня оценивающим взглядом. – Ты классная! Чаще бывает наоборот: страшная толстая тетка тащит сюда далеко не для интервью!