Как переспать с лучшим другом и не разрушить всё (СИ) - Тэя Татьяна

Меня охватило необычайно чувство лёгкости и комфорта, когда я рухнул на неё сверху, пытаясь совладать с дыханием и ощущая, как вздымается её грудь подо мной. Я вроде как придавил её, но Лили не возражала и, когда я попытался отстраниться, чтобы лечь рядом, не выпустила из объятий. Да и мне самому не хотелось отдаляться от неё.

Я целовал её в шею, то ли благодаря за наслаждение, то ли просто действуя по инерции. На самом деле, мне хотелось осыпать поцелуями её всю до самого утра. Но я ограничился лишь тем, что, приподняв голову, посмотрел на неё, взглядом спрашивая, всё ли между нами в порядке. Но на её глаза была ещё накинута пелена гормонального безумства, в которое мы оба угодили сегодня, поэтому я решил, что она пока не совсем осознала, что только что произошло между нами.

Пытаясь успокоить, в первую очередь, самого себя, я прижался к её рту, скользя языком между губами и углубляя поцелуй. Она расслабленно поцеловала меня в ответ. Я перекатился на бок, потянулся за одеялом, сбившимся куда-то в изножье кровати, и накрыл нас им, затем заключил Лили в объятья, притягивая ближе. Она не сопротивлялась. Её пальцы принялись перебирать мои волосы, и я закрыл глаза.

Глава 4. А по утру они проснулись

Честер Бейл

Моя ладонь касалась чего-то мягкого и тёплого. Я слегка сжал пальцы, чувствуя гладкую кожу и твёрдую вершину возбуждённого… соска? Ну да, я сжимал женскую грудь. Мягкая, нежная женская грудь покоилась в моей ладони. Меня окутывал хорошо знакомый возбуждающий аромат. Член тут же сказал: "Доброе утро", придя в боевую готовность.

Не открывая глаз, я глубоко вздохнул и, притянув девушку ближе, поцеловал в шею. Её волосы защекотали мою щёку и нос, это заставило меня окончательно проснуться, а лежащую рядом со мной девушку заворочаться и снова затихнуть.

Утренний свет больно резанул по глазам. Я уставился на тёмное облако волос и полуобнажённое плечо, прикрытое моей рубашкой. Взгляд прошёлся по знакомой обстановке. Хм, я в спальне у Лили.

Твою мать!

Я отскочил от неё, как ошпаренный, перекатываясь к самому краю кровати. Какого хрена я трогал её грудь?

За первым удивлением в моей голове образовалась целая логическая цепочка вопросительных знаков, которая, проносясь с астрономической скоростью, уткнулась в реальность.

Я трахнул свою лучшую подругу. Что в этой жизни может быть хуже?

Шлёпнув себя ладонью по лбу, я громко застонал, но тут же заткнулся. Ещё не хватало разбудить Лили, пока я сам не разобрался в произошедшем, и в том, как теперь ко всему относиться.

Что вообще на хрен произошло?

Я помнил, как Лили пришла ко мне, как мы пили пиво, сначала с Пэгги, потом вдвоём, затем виски, как я проводил её до дома, как утешал на этой самой кровати, а потом всё получилось как-то само собой.

Она поцеловала меня, а я, казалось, ждал этого знака всю свою жизнь. В общем, моё утешение перешло ту грань, которую я поклялся себе никогда не переходить.

Я хреновый друг. Я воспользовался её состоянием. Алкоголь? Интересно, мог бы он служить ничтожным оправданием моего поведения?

Но вчера мне казалось, что я абсолютно трезв. Неужели меня так унесло всего с полбутылки виски? Хорошего виски, — добавил я про себя. — Ага, и ещё нескольких… вернее, довольно большого количества, если быть честным, банок пива.

В моих мозгах царил настоящий хаос. Картинки прошедшей ночи мелькали одна за другой, и, конечно, я не мог не реагировать на них. Вернее, моё тело не могло оставаться равнодушным.

И тут я вспомнил ещё кое-что.

После секса, который, к слову сказать, был, чуть ли не самым охренительным в моей жизни, пусть даже в моих руках находилась мало что соображающая девушка, но это, чёрт побери, была Лили, — и уже этого было достаточно, — когда я наслаждался ощущением её пальцев в моих волосах, её нежностью, я почти заснул. И был разбужен её горячими поцелуями. Постепенно от моего рта она перемещалась ниже, к груди, затем к животу и ещё ниже, до тех пор, пока её нежные губы не сомкнулись на моём члене.

Боже, мне тогда казалось, что нет ничего лучше на этом свете, чем находится в Лили, но я ошибался. Чувствовать скольжение её мягких губ, влажность её рта, то резкие, то ласковые выпады языка, было не менее ошеломительно, чем всё, что происходило этой ночью. В итоге я полностью потерял контроль над собой и кончил во второй раз, и она не отвернулась, не выпустила моего члена изо рта, пока мой оргазм не утих.

Мне стоило бы стыдиться всего произошедшего, но я не стыдился. И помимо других прочих чувств: раскаяния, голоса совести, злости на самого себя, мне просто было так хорошо, словно бы всё то, что мы натворили, было неизбежным, и рано или поздно всё равно случилось бы между нами.

Лили завозилась, перетягивая одеяло на себя (она постоянно так делала, сколько я её помню), затем перевернулась на живот и, словно птица, раскинув руки в стороны, засопела.

Чудесно, меня сместили к самому краю кровати. Может, это знак, что пора вставать? И для начала наведаться в сортир. А это значит надо выйти из комнаты.

У Лилиан с Грэгом была одна ванна на двоих, и это вносило некое неудобство, особенно с тех пор, как Лили подросла. Правда, она не страдала манией, как моя двоюродная сестра Фиона, и не просиживала там часами, лелея собственную красоту.

Выскользнув из кровати, я первым делом занялся поисками своих сброшенных в спешке боксеров. Они обнаружились с другой стороны, вместе с джинсами, зацепившимися за спинку кровати и свисающими до пола.

Моя рубашка была на Лили, но это не смущало меня. На самом деле, в её шкафу было полно моей одежды, накопившейся за те дни, когда я оставался ночевать у своей подруги на вполне законных основаниях. Я снова тяжело вздохнул и открыл шкаф. И улыбнулся. В отличие от вещей Лили, находящихся в полном беспорядке, полка, на которую она складывала мои вещи, пребывала в идеальном порядке. Она заботилась обо мне.

Она всегда заботилась о других больше, чем о себе.

И чем я отплатил ей? Предал её доверие.

С содроганием я подумал о том, что предстоит пережить нам, когда Лили проснётся. Надежды на то, что она не вспомнит ничего, что произошло между нами этой ночью, не было. Да, и сказать по правде, я вовсе не был уверен в том, что желаю её внезапной амнезии.

Мудак Бёрт ей изменил. Это плохо.

Она не простила его, и как бы уже номинально свободна. Это хорошо.

Не испытывай она ко мне вообще никаких чувств, вряд ли сегодняшняя ночь имела бы место быть, даже после некого количества спиртного. А это значило, у меня появлялся шанс повернуть ситуацию в свою пользу.

Чёрт.

Я выдернул с полки красную футболку с какой-то тупой надписью и расправил её, собираясь одеть.

Пэгги.

Я совершенно забыл про неё.

Ну, что ж, нам придётся поговорить, и я объясню ей, что… Что? Что я переспал с Лилиан? Сомневаюсь, что моя подруга обрадуется моей откровенности.

Натянув футболку, я подхватил с пола свой ремень и продел его в петли джинс, застёгивая пряжку.

Буду решать проблемы по мере их поступления, — рассуждал я, приближаясь к выходу из комнаты. Скоро мне предстоит непростой разговор с Лилиан, а для начала стоило сходить туда, куда я собирался.

Я распахнул дверь и быстро закрыл её.

Блять, — мысленно выругался я. Там стоял шеф Айден.

Глубокий вдох. Спокойствие, Честер, — внушал я себе. — Ты такой же частый гость в этом доме, как и сам Грэг.

Да, я тут чуть ли не чаще его околачиваюсь. Он то вечно на своих грёбанных дежурствах.

Собрав волю в кулак, я вышел в коридор.

— Привет, Честер, — поздоровался первым Грэг.

— Доброе утро, шеф Айден, — кивнул я, пытаясь делать вид, что сегодняшнее утро ничем не отличается от любого другого. И что это вовсе не я ночью трахал его дочь. — Уже уходите? — Я заметил куртку в его руках.

— Да, поспать нормально так и не удалось.

Ебать. Надеюсь, он не слышал нашей возни в спальне Лилиан.