Бумеранг желаний - Иван Диго

Она принялась укачивать и убаюкивать дитя, объясняя попутно, что надо поспать и тогда силы обязательно появятся, что чем лучше выспишься, тем больше будет сил и завтра всем можно будет помочь. «Переживает за всех, все чувствует! – думала Лера про себя. – А еще говорят, что дети ничего не понимают».

Уложила и сама обессиленная пошла спать, легла и провалилась в глубокий сон.

2

2.1

Я проснулась от того, что Селентий щекотал мой носик. Он снова позеленел и даже, казалось, искрился золотистыми и изумрудными искорками. Он такой смешной! И почему его больше никто не видит? Даже Катя. Точнее, она чувствует, что он здесь, но не видит его так, как я. Это так грустно! Он такой симпатичный и смешной! Было бы так весело поиграть вместе… А еще я его дразню и называю «полкарандаша», потому что он ростом ровно в половину моих фломастеров. Полкарандаша злится, отворачивается и показывает язык. Но мы всегда миримся, и он снова начинает смешно подпрыгивать и кружиться. Я нашла его летом в траве на даче. Я ловила кузнечиков и бабочек. Сначала мне показалось, что это такая стрекоза. Он блестел, как золотой кузнечик. Он сливался с травой, и его было не заметно. Я случайно махнула сачком в сторону блеска, гляжу, а в сачке он. Уф! Ну он и разозлился! Вцепился в сетку руками, трясет! А я его в банку, и крышкой сверху. Ну я подумала, что это такая необычная бабочка. Принесла Кате – показываю, а она его не видит, говорит, что я все выдумываю и обманываю. Я на него показываю – а она не видит. Я обиделась. Пошла к маме, показала банку, спрашиваю, видит ли она маленького кузнечика. И она не видит. И тут я поняла, что он мой… только мой…

2.2

Будильник! Опять этот будильник, ну почему опять? Еще так рано! Лера чувствовала себя совершенно разбитой. С трудом поднялась с постели, побрела в ванную, дети спят, муж тоже. Умылась, зубы почистила, прибрала волосы, чуть помассировала лицо, пытаясь сбросить заспанный вид.

Лера идет в соседнюю комнату, смотрит, как Катя за ночь перевернулась на постели и теперь подпирает одной ногой подушку. Вид такой, будто дочка во сне лезет по простыне, как по отвесной стене, опираясь на подушку, как на камень, из этой стены выступающий. А Диана, наоборот, всегда спит на одном месте, всегда аккуратно укрыта одеялом, голова на подушке, носик чуть вверх и сопит. Как же не хочется их будить.

– Котятки, подъем! В школу пора, в садик пора.

Диана, как всегда, первая отрывает голову от подушки и послушно вторит:

– Маматька! Я фейтяф, я уже поснулась.

Катя автоматически пытается глубже залезть под подушку. А подушка в ногах. Она ищет ее руками. Наконец натягивает на себя одеяло и делает вид, что она улитка, что она в домике. Лера гладит ее через одеяло, тормошит, говорит, что пора вставать. Диана прыгает на кровати:

– Я уве! Я уве!!!

Лера подошла к младшей, поймала ее в очередном прыжке.

– Ну кто тут у нас маму ночью испугал? Диана, раз прыгаешь, значит, все хорошо.

Дочь посмотрела на маму, потом вздрогнула, посмотрела в сторону окна, будто рассматривая снег, повернулась к Лере:

– Я фоофо, Фелентий повеленел и фнова пыгает. А Бойка – он белый и не говоит, он как в пелене, ни там, ни вдефь, нигде… Маматька, мне фтвафно.

«О господи, я же сама опять начала», – расстроилась Лера.

– Диана, все будет хорошо! Ты, главное, сама настройся на лучшее – все будет хо-ро-шо!

– Ладно! Я попвобую! – Диана улыбнулась, и Лере тоже стало легче.

Когда маленькая Диана веселится, такое впечатление, что вокруг нее образуется искрящийся вихрь из блестяшек и золотинок. Золотистые волосы скачут невпопад, образуя сплошной золотой водопад, голубые глаза сияют, как звезды. Никто из взрослых никогда не мог оторваться от этого чуда. Бабушка так всегда и говорит: «Ну это чудо что за ребенок». Все родители, воспитатели и няни всех групп знают Диану, здороваются с ней. При встрече все невольно тянутся к ее золотистым пушистым волосам, чтобы погладить, приласкать. Поэтому видеть, как этот чудо-ребенок грустит, – невыносимо. А если еще это твоя дочь…

Через полчаса все традиционно лезли на заднее сиденье дедушкиной машины со словами:

– Деда Коля, привет!

2.3

Леонид поднялся на пятнадцать минут позже обычного, не в девять, а в девять пятнадцать. Будильник как будто и не звонил. Леонид с удивлением посмотрел на телефон, проверил, во сколько он должен был звонить. Все как всегда – телефон звонил, но он не слышал. В голове ощущение было, как будто он лег спать в шесть утра после ночного клуба.

«Однако давно забытые ощущения, – подумал Леонид. – Либо отпуск, либо больничный пора себе выписать».

Мысль, как он себе выписывает больничный, реально позабавила. Выписать себе больничный вместо того, чтобы просто позвонить секретарю в офис и отменить все встречи и совещания, – это весело. Он хмыкнул. Решил принять долгий горячий душ, а далее уже посмотреть по обстоятельствам. Значит, больничный… а-ля с похмелья. Еще можно домой участкового терапевта позвать из поликлиники… Хе!

Такая мысль еще больше развеселила. Он зашел в душевую кабину, включил горячую воду, с удовольствием намылил волосы, с ожесточением массируя голову, сгоняя с себя сон. Десять минут душа и как новенький! Побриться, почистить уши, обязательно лосьон после бритья и чуть крема от морщин. Ну, последнее, конечно, не афишируется. Типа, настоящему мужику притирки не нужны. Хотя на самом деле все не так. Настоящему современному бизнесмену моложавое холеное лицо, не изможденное морщинами и синими кругами вокруг глаз, может помочь заработать нелишние в наше время миллионы. Так что крем…

Завтрак – ничего лишнего, кашка, яйцо всмятку, бутерброд с сыром и кофе. За кофе можно и нужно быстро посмотреть электронную почту. И в офис. Черт! Машина!

Машина для большинства мужчин – это любимое дитя. Если ее царапнули, ощущаешь, что это тебя полоснули, если ударили, то это у тебя синяки и переломы. Мысль о том, что машина не заводится, разом вернула плохое настроение.

– Палыч, привет! Когда будешь? – Леонид позвонил Палычу.

Александр Палыч был первым водителем Леонида еще лет десять назад. Уже тогда Палыч был пенсионером. Он пришел в контору после работы в КГБ и такси. И там и там он был водителем. Еще раньше он был автогонщиком. Но, как водится, после первой же серьезной аварии страсть к автогонкам притупляется и люди переходят на более мирную работу, например в КГБ. Леонид последнее время начал с сожалением замечать, что Палыч сильно стареет. Но даже сейчас это был самый надежный и незаменимый в конторе человек.

– Палыч, алло! Когда сможешь быть? Уже внизу? Супер! Спускаюсь!

Палыч уже пятнадцать минут как внизу. Чему удивляться? Он же сам вечером сказал быть в 9.45.

С легким сердцем Леонид отдал Палычу ключи от «мерса» и документы на машину. Дорога в офис с Палычем тоже всегда без приключений.

Приключения ждали в офисе. В приемной сидели главбух и юрист, и вид у них был слегка помятый, будто их автобус переехал. Когда видишь такую картину, можно и струхнуть. Вид у них – «все пропало, шеф, а мы еще и выносить помогали!». Леонид собрался с силами, бодро прошагал в кабинет, на ходу коротко сказав: «Заходите». Главная особенность любого российского бизнеса в постперестроечное до-и-после кризисное время – это сплошное сидение на пороховой бочке. А рванет или не рванет – этим и характеризовалась успешность или провальность бизнеса. Рвануть, как правило, пыталось минимум раз в полгода. Снаряд мог прилететь откуда угодно – поставщики, клиенты, всякие органы, воры, бандиты, собственные сотрудники. Леонид мысленно сосчитал время с последней попытки поломать бизнес – пять с половиной месяцев. Да, пора! Статистика – великая вещь!

Друзья Леонида, которым удавалось сколотить пять – десять миллионов зеленых американских денег, часто не выдерживали этой гонки с препятствиями, продавали бизнес, квартиры, машины и уезжали в Черногорию, Испанию, кто-то – в Германию, некоторые в Штаты или в Канаду. Один свалил в Панаму, но это больше из разряда экзотики. Другие продавали или переводили на менеджеров бизнес без особой надежды что-либо заработать, сдавали в найм свои жилые и нежилые помещения, а сами пускались в путешествия или курили траву где-нибудь на Гоа. Леонид никак не мог добраться до заветной пятерки, хотя пару раз уже после серьезных перипетий тоже серьезно подумывал завязать и свалить.

И вот опять что-то произошло.

– Проходите! Внимательно вас слушаю!

Начала Маргарита Ивановна:

– Леонид! Сегодня пришло письмо. На нас подали иск в арбитраж. И знаете кто? Эти наши бывшие клиенты – офисный центр «Айком» – требуют от нас пятнадцать миллионов рублей плюс всякие издержки.

Леонид от изумления не знал, смеяться или плакать. Это «Айком», которым они произвели работ на 10 миллионов, которые не заплатили им за услуги, с которыми они уже судились и выиграли суд, которые заплатили им по суду всего пять миллионов, а пять так и остались должны. И им еще что-то надо?