Хонорик и семь чудес света - Владимир Сотников

- Назад, стой, Нюк!

Крыса шмыгнула под штакетинки забора и скрылась. Ребята застыли на месте. Макар машинально погладил Ладошку по голове, чтобы он не сильно испугался, потом пальцем поддернул его подбородок, чтобы закрылся раскрытый от удивления рот.

- Что это было? - шепнула Соня.

- К-крыса. Ничего себе, - прошептал Макар. - Никогда не видел летающих крыс.

Передав поводок Соне, он метнулся к забору, быстро встал на нижнюю перекладину, глянул поверх плотных штакетин. Пусто! Абсолютно пусто было на той стороне, не считая, конечно, травы, по которой и ушмыгнула крыса. Но ведь она не приползла на эту сторону забора, а шмякнулась на землю слышали, слышали ребята этот шмякающий звук! А если она не прилетела, значит... ее кто-то бросил?

Макар побежал к воротам. Пока он выскочил, пока обежал весь забор по периметру, конечно же, прошло какое-то время. А совсем недалеко от участка росли густые кусты... Но лезть туда сейчас почему-то не хотелось.

Макар вернулся во двор.

- Никого нет, - сказал он, отдышавшись. - Никого там нет.

- Может, прекратим наши поиски? - жалобно попросила Соня.

- Прекратим, - машинально ответил Макар. - Не хватало еще летающего крокодила увидеть...

Неудачно он пошутил. Ладошка вздрогнул, да и хонорик, ничего не понимая, прижался к его ногам.

- Только маме, чур, не будем ничего рассказывать, - сказал Макар. Мышей и крыс она боится даже в пересказе. Да и как это рассказать? Сами ничего не понимаем. После этой крысы просто хочется поверить в летающего ангелочка...

Глава IV

ЧУДЕСА ПРОДОЛЖАЮТСЯ

Ангелок, линза, песочные часы, красная лампочка... Никакой связи между этими предметами Макар установить не мог. Да и какая могла быть связь? Если добавить сюда совершенно бесполезный бирюзовый кусочек ткани, то в этих находках и вовсе не было никакого общего смысла. А уж если крысу приплюсовать - и подавно! Крыса вообще казалась прилетевшей из другого мира. Из другой истории.

Макар вспомнил, как давным-давно, еще в первом классе, решал задачи надо было определить, какой из нарисованных предметов является лишним. Изображены были какие-нибудь предметы, связанные между собой общим признаком, а один из них этим признаком не обладал. Нетрудно было решать такие задачи. А вот сейчас, хоть и понятно было, что крыса лишняя, но неизвестно было, как быть с остальными находками? Чем они связаны между собой? Например, линза и песочные часы. Или лампочка и ангелок. Только тем, что найдены во время одной прогулки.

И тут в голову Макару приходила самая простая мысль: а почему эти предметы должны быть связаны между собой? Совсем необязательно, и нет никакого смысла в их объединении. А вот в появлении крысы смысл есть. Такой же неприятный, как и само это мерзкое животное. Б-р-р, - поежился Макар, вспоминая звук, с которым крыса шмякнулась о землю. Крыльев у нее нет, значит, ее кто-то бросил. Вот это - настоящая загадка.

Тем временем родители тоже произвели осмотр дома, и мама захотела пройтись по дачному поселку. По ее радостному лицу Макар понял, что решение о покупке дачи окончательно принято.

- Сейчас пойдем гулять! - торжественно объявила она. - Ведь еще надо успеть познакомиться с нашим поселком.

"С нашим поселком"! Это прозвучало, как самое радостное известие на свете. Макар даже о крысе позабыл от счастья.

- А что это вы такие печальные? - спросила мама Соню и Ладошку. - Не нравится наш домик?

- Нравится, нравится! Наоборот, мы боялись, что тебе не понравится! воскликнул Ладошка и взглянул на Макара, словно демонстрируя свою находчивость.

Наверное, он был горд тем, что состоит в тайном союзе с братом и сестрой. Тайном союзе, скрепленом секретом. Любил Ладошка, когда ему доверяли секреты, особенно такие странные и пока еще не разгаданные, как эта прилетевшая невесть откуда крыса.

- Как красиво! - раскинула руки мама, когда они все вышли на улицу. И лес вдалеке, и речка, а здесь - красивые домики. Точь-в-точь как я мечтала...

Папа тоже улыбался. А вот ребятам почему-то было не до улыбок. Макар заметил, что и Соня, и Ладошка, да и он сам, - все они не смотрят вдаль, а оглядываются вокруг себя, особенно пристально изучая траву. Вот уж эта крыса! Испортила первое впечатление от встречи с дачным поселком... Макар непроизвольно погладил Нюка, которого нес на руках, потому что хонорик тоже не очень-то спокойно вел себя. Во всяком случае, бежать впереди, натягивая поводок, он не стремился.

Судя по тропинкам, которые извивались вдоль заборов, летом здесь кипела бурная жизнь. Эти тропинки были отшлифованы многочисленными подошвами до такой степени, что казалось, будто они асфальтовые. Но сейчас на всей коротенькой улочке, если можно было так назвать пространство между домами, никого не было.

- А где же шар? - удивилась мама, посмотрев на небо. - Улетел?

Ладошка засмеялся:

- Он же на веревочке! Улететь не может! Он же не ангелок и не кр...

Макару пришлось срочно вмешаться. То есть дернуть Ладошку за ухо, чтобы он не удивил маму странным сравнением воздушного шара с крысой.

- Кр-крылатый самолет! - смеясь, закончил за Ладошку Макар. - Да?

Ладошка молча кивнул, виновато опустив глаза. Вот так, увлекаясь, можно и проговориться. А мама ведь знает, что просто так, ниоткуда, слова не появляются. Если произнесено "крыса", значит, ее видели совсем недавно. Или говорили на эту тему. Во всяком случае, несколько назойливых вопросиков мама обязательно задала бы.

- Вон наш шарик, - показал рукой Макар. - Лежит себе на травке. Правда, он сдутый.

"Шарик" представлял собой огромную бесформенную кучу материи. Похоже было, что это туша поверженного великана, который делает последние вздохи.

- Вот и помощники! - воскликнул выскочивший из-за этой кучи маленький вертлявый человечек с торчащими в стороны усами.

Усы были настолько велики, что казалось, будто человек зажал между губой и носом пучок травы. Или целый веник - потому что усы были неправильной формы. С одной стороны ус был длинным, а с другой... Видно было, что с усом произошло что-то неприятное, потому что человек то и дело щупал его и отряхивал ладонью, сокрушенно вздыхая.

- Наконец-то появились помощники, - повторил усатый не очень-то радостным голосом. - Где же вы раньше были? Приезжаете, приезжаете, а ни разу не пришли помочь...

Веселовы растерялись и стали удивленно переглядываться между собой. Разве они о чем-то договаривались с этим человеком? И разве они вообще встречались раньше?

- Мы... первый раз здесь, - неуверенно сказала мама. - Может быть, вы нас с кем-то путаете?

- Жду-жду кого-нибудь, - продолжал ворчать усач. - Все летать хотят. А лебедку некому покрутить. А у меня управление заело. Сижу наверху в корзине, нажимаю кнопку - и ничего! Не включается лебедка!

- А как же вы спустились? - спросил Ладошка. - На парашюте?

Усатый опять потрогал свой неполноценный ус и вздохнул:

- Этого еще не хватало! Я не парашютист. На ручном управлении спустился, на аварийном. Можно было, конечно, просто ждать, и шар сам опустился бы. Но уж пришлось поспешить, потому что надо взглянуть на себя... Простите, - обратился он к маме, - у вас нет случайно с собой зеркальца?

- Нет, - удивленно ответила мама.

- Я так и знал! - воскликнул человечек, будто ему сообщили о чем-то страшно неприятном. - Ну ладно! Покараульте мой шарик, чтобы он не взлетел, а я сбегаю домой, посмотрю, как обгорели мои усы...

И человечек убежал. Веселовы, как по команде, фыркнули смехом. Совершенно одинаково.

- Как в цирке! - сказал папа. - Странный тип.

- Человек, летающий на воздушном шаре, и должен быть странным, сказала Соня. - И смешным.

- Очень смешно, - хмыкнул папа. - Если у него обгорели усы, значит, не до смеха. Интересно, как это он умудрился свой ус в горелку сунуть?

- Ничего удивительного, - продолжая хихикать, сказал Макар. - Таких длинных усов я в жизни еще не видел...

- Уса, - подсказал папа. - Теперь уже надо говорить: такого длинного уса.

- И вам не стыдно смеяться над человеческим горем? - сказала мама. Если человек сумел отрастить такие усы, значит, дорожит ими. Хорошо еще, что все закончилось благополучно...

Ветра не было, и Веселовы с интересом осматривали корзину и горелку, которая, по всей видимости, была источником горя усатого пилота.

- Вот как плохо летать в одиночестве! - услышали они за спиной и обернулись. Веселый человечек смотрелся в маленькое зеркальце и подкручивал уцелевший ус. - Поэтому очень вас прошу: никогда не летайте в одиночку. В крайнем случае, по двое. Впрочем, моя "Красота" больше и не поднимет.

- А почему вы изменили этому правилу? - спросил папа. - Вы же поднялись в одиночку?

- В одиночку, - вздохнул усач. - Потому что уж больно скучно. Соседи не приехали, и вдруг так тихо и пустынно стало в наших "Чудесах"... Дай, думаю, поднимусь и окину взором всю эту осеннюю скуку! И вот, повернулся неловко, ус-то мой и обгорел. Сколько раз я думал о том, что рычажок дросселя надо подальше от сопла отвести! Вот потянул за рычажок, а пламя мне и фыркнуло чуть ли не в нос.