Предатель. Замуж за бывшего - Злата Романова

руки Стаси, попросив вернуть брату. Никогда в жизни больше не хочу видеть это украшение!

Сейчас он протягивает мне грушевидный прозрачный бриллиант, совсем не похожий на квадратный розовый камень, который дарил в прошлый раз. Оба кольца баснословно дорогие, на уровне Булата Исаева, но эмоции, с которыми я принимала то первое кольцо, не сравнимы с тем чувством тошнотворной горечи, с которой я нехотя надеваю на палец второе.

— Куда ты спешишь, Алиса? Я собирался сам надеть его на тебя, — с насмешкой смотрит на меня Булат. — Может, ты даже отблагодаришь меня, как в прошлый раз.

— Не надейся! — фыркаю, чувствуя расползающийся по лицу румянец. — Я никогда больше не лягу с тобой в одну постель!

Да, его прошлое предложение руки и сердца закончилось горячей ночью в моей кровати, но мне не стыдно ни за свою наивность, ни за слепую любовь к нему. В конце концов, это тоже уроки жизни. Если кому-то и должно быть стыдно за себя, так это Булату, но вряд ли этот мужчина способен испытывать чувство вины или стыда за свои поступки. Он слишком эгоистичен для этого.

— Не нужно было так шутить, — неожиданно серьезно говорит Булат. — Извини. У нас будут сугубо деловые отношения, не стоит вмешивать в них наше прошлое. Так что, мне заехать за тобой завтра?

— Да, заезжай, — чувствуя неловкость, бормочу я. — Если мы обо всем договорились, то… Мне нужно собираться на работу.

— Намек понял, ухожу, — встает он с кресла. — Я напишу тебе перед тем, как заехать.

— Хорошо. Пока.

Он уходит и только закрыв за ним дверь я позволяю панике взять над собой верх. Блин, как мне объяснить все это родителям⁈

* * *

Вечером, не заезжая домой после работы, я сразу еду к родителям. Маму я предупредила с утра, так что меня встречают умопомрачительные запахи выпечки, как только я захожу в родительскую квартиру.

— Алисочка, ты припозднилась, — обнимает она меня, как только я переступаю порог. — Я жду тебя уже полчаса.

— Прости, мам, пробки, — целую ее в щеку. — Чем так вкусно пахнет?

Моя мама далека от образа жизни домохозяйки, так как она всю жизнь была трудоголиком, но когда она берется за дело на кухне, то все готовы пальцы проглотить от ее кулинарных шедевров.

— Я приготовила твой любимый вишневый пирог, — говорит она. — А на ужин у нас борщ и салат. Давай сразу на кухню, твой отец голодный, как волк, но не хотел садиться за стол без тебя.

— Он уже остыл? — шепотом спрашиваю я.

— Лучше, — подмигивает мне мама. — Его взяло чувство вины, так что можешь сегодня просить у него что угодно.

Мне от этого не легче. Я всегда была папиной дочкой, он ненавидит со мной ссориться и вообще редко ругал меня, но то, что я сообщу ему сегодня, выведет его из себя.

— Доча, — сразу же обнимает меня папа, как только я захожу на кухню.

— Привет, папуль, — целую его в чисто выбритую щеку.

Вот и помирились. У нас не принято вслух признавать ошибки и извиняться за небольшие ссоры. Мы просто обнимается и забываем об обидах.

Ужин очень вкусный, мы обходим стороной тему моего брата и его заключения, но мне кусок в горло не лезет из-за нервов, потому что я очень боюсь предстоящего разговора. Когда мама достает вишневый пирог, еще теплый, как я люблю, я разливаю чай и окончательно собираюсь с духом.

— Мне нужно сообщить вам важную новость, — срываю пластырь одним махом. — Знаю, время сейчас неподходящее, но мне сделали предложение и я его приняла.

— В смысле? — удивленно смотрит отец. — Замуж что ли?

— Да.

— Как? — округляет глаза мама. — Ты же говорила, что не хочешь пока встречаться.

— Я просто не хотела знакомиться с сыном твоей подруги, мам. Я уже какое-то время встречаюсь с одним мужчиной. Не знала, как вам об этом сказать.

— Что с ним не так? — сразу же хмурится папа.

— Женя! — шикает на него мама.

— Она никогда раньше не боялась признаться нам, что встречается с кем-то. Если сейчас побоялась признаться, значит, он нам точно не понравится. Так что с ним не так, Алиса? — строго смотрит на меня папа.

Все. Дороги назад нет. Борясь с желанием испуганно зажмуриться в ожидании неминуемого взрыва, я на одном дыхании выпаливаю признание:

— Это Булат.

Наступает долгая пауза, пока папа пытается переварить эту мысль. А потом, он весь багровеет и рычит, как больной медведь:

— Исаев⁈

— Да нет, не может быть, — с нервной улыбкой смотрит на меня мама. — Не заводись, Женя, просто имена совпали.

— Нет, мама, это тот самый Булат, — иду до конца. — Мы снова вместе.

— Ты, б*** в своем уме, Алиса⁈ — кричит папа. — Как ты можешь? Этот подлец бросил тебя ради другой бабы, б***!

Папа не позволяет себе материться в присутствии женщин, так что сейчас я понимаю, что он в крайней степени гнева. Никогда в жизни я не видела его таким сердитым.

— Алиса! — хватается за сердце мама. — Ты же не можешь говорить серьезно. Как можно было поверить этому человеку снова? Зачем ты вообще снова с ним встречалась?

Я вытираю текущие по щекам слезы, не в силах ничего сказать в свою защиту, потому что они правы. Правы во всем.

— Мне жаль, что я вас разочаровала, но это случилось, — всхлипываю, не в силах смотреть им в глаза. — Я не могу объяснить почему и как. Я тоже думала, что никогда не смогу его простить…

— Тогда почему простила? — не может успокоиться папа. — Почему вообще подпустила его к себе? Не нужно было с ним даже разговаривать! Видишь его — и идешь сразу в другую сторону! Что вообще у тебя в голове, Алиса? Где твое самоуважение?

— Я не знаю, — в отчаянии качаю головой, рыдая навзрыд. — Так получилось.

— Он просто задурил ей голову, — обращается к папе мама. — Успокойся, Женя, мы все исправим. Она не может серьезно говорить о браке с ним. Девочка запуталась, так бывает.

— Я не запуталась, мама, — заставляю себя пойти в