Предатель. Замуж за бывшего - Злата Романова

— Вадиму нельзя в тюрьму, папа! Ты ведь сам знаешь…

— Он сам навлек на себя это, Алиса! Его никто не подставлял, он виновен!

— Все совершают ошибки, папа! Вадим не должен платить за это своим здоровьем или даже жизнью. Это ведь из-за твоей карьеры…

Я резко осекаюсь, понимая, что высказала вслух то, чего говорить не следовало. Папе и так плохо, нечестно обвинять его в том, что у него есть враги. Вадим был бы в безопасности, если бы не ввязался в эту мошенническую схему.

— Вот значит как…

— Нет, прости пап! Я не это имела в виду. Конечно, никто кроме Вадима не виноват в том, что случилось, но нельзя же просто бросить его на произвол судьбы!

— Я помог ему всем, чем мог, Алиса, — сдавленно говорит папа и у меня текут слезы от вины в его голосе. Это я заставила его чувствовать себя так! Почему у меня язык не отсох⁈ — Ты можешь меня не понимать, но я не позволю тебе оспаривать мои решения. Каким человеком я буду, предав свои принципы? Извини, доча, но я не могу.

Он кладет трубку, не попрощавшись, и не отвечает на мой повторный звонок, зато вместо него мне звонит мама и просит дать ему немного времени переварить нашу ссору.

Я понимаю, что если Вадиму не помогу я, то этого не сделает никто. Открыв чаты в телефоне, смотрю на стикер милого, маленького лисенка, которого прислал мне Булат, и пишу ему, прежде чем смалодушничаю и успею передумать.

«Я согласна. Помоги моему брату».

«Отлично. Обсудим подробности завтра», — лаконично отвечает он.

А уже на следующее утро, прежде чем я успеваю открыть глаза, задолго до звонка моего будильника, установленного на семь часов, этот невыносимый мужчина появляется у моей двери и долбит в звонок, заставляя меня подскочить на кровати от испуга.

Глава 2

— Что ты делаешь? — не до конца проснувшись, в шоке смотрю на Булата, который стоит на моем пороге отвратительно бодрый и красивый с утра.

— Доброе утро, Лисенок, — протяжно говорит он, не спеша скользя по мне взглядом.

На мне пижама — голубые шелковые шорты и майка, которые прикрывают достаточно, но Булат смотрит на меня так, словно видит сквозь ткань и я рефлекторно отступаю назад, давая ему возможность пройти в квартиру, прежде чем включается мой сонный мозг.

— Стой! Что ты здесь делаешь? Сколько вообще времени?

— Пол седьмого, — протягивая мне стаканчик с кофе на вынос, говорит он. — У меня сегодня очень плотный график, так что я решил заехать перед работой и проговорить наши дальнейшие действия.

— А предупредить заранее не мог? — хмуро смотрю на него. — Это уже слишком, Булат! Второй день подряд ты ведешь себя так, словно владеешь мной и моим временем. Если ты надеешься именно на такую модель наших дальнейших отношений, то ничего не выйдет.

— Сейчас форс-мажорные обстоятельства, Алиса, я не планировал заезжать к тебе, пока в машине не открыл свой планер и не понял, что у меня совсем не будет другого времени до завтра, а завтра ты мне уже нужна, чтобы пойти на юбилей папы.

— Я и так туда собиралась, меня пригласили.

Конечно, изначально мне не хотелось идти, но Стася уговорила. После нашего разрыва, я видела родителей Стаси и Булата только один раз, но они чувствовали себя слишком неловко из-за поступка своего сына, поэтому я находила отговорки, когда его мама, с которой мы раньше хорошо общались, передавала приглашения через Стасю. Я и подругу-то стала намного реже видеть! Мои родные считали, что мне лучше совсем отсечь всех членов их семьи от своей жизни, но мы со Стасей слишком давно и крепко дружим, чтобы я могла просто забыть о ней. Она-то меня не предавала.

— Я все продумал, — подтягивая брючины серого костюма, садится на кресло Булат. — Я уже некоторое время всем говорю, что встречаюсь с девушкой и у нас все серьезно. Завтра я приведу тебя, с кольцом на пальце, и объявлю о том, что мы женимся.

— Как давно ты придумал этот план с женитьбой, если врешь о своей девушке заранее? — с подозрением смотрю на него, кладя нетронутый кофе на столик и беря крабик, чтобы собрать растрепанные волосы, лезущие в лицо.

— Это никак не связано. О девушке я ляпнул, чтобы мама отстала со своими попытками найти мне новую жену, а Эле мать, — вздыхает он. — Пей кофе, пока не остыл. Это латте без сахара, как ты любишь.

— Уже не люблю, — вру из чистого упрямства, злясь на себя за глупую радость от того, что он помнит, какой кофе я люблю.

Это ничего не значит. У него просто хорошая память, которую он теперь использует, чтобы задобрить меня.

— Ладно. Хочешь мой эспрессо?

— Нет. Забудь о кофе, давай ближе к делу.

— Сегодня у меня встреча с судьей, — многозначительно улыбается Булат. — Через него я смогу договориться еще о нескольких встречах с его… друзьями. А вот завтра, ты, Лисенок, войдешь в дом моих родителей со мной под руку, с кольцом на нужном пальце, и будешь самой счастливой невестой, без этого стервозного выражения на лице, говорящего, как тебе хочется меня прибить.

— Слишком рано, — не могу на это согласиться. — Я не могу объявить о помолвке, не поговорив сначала со своей семьей. Я не могу ткнуть их лицом в уже свершившийся факт.

— Тогда поговори с ними сегодня, — словно это так легко, говорит он. — У меня, как и у твоего брата, мало времени, Алиса. Счет идет на дни. Ты согласилась на эту сделку, не трусь теперь.

— Хорошо, я заеду к ним после работы. Не удивляйся потом, если мой отец будет ждать у твоего дома с ружьем, чтобы пристрелить тебя до того, как я совершу ошибку и стану твоей женой.

— Постараюсь не дать ему себя убить, — усмехается Булат, а потом достает из кармана коробочку. — Кстати, я уже купил тебе кольцо. Хотя, старое у меня тоже сохранилось, но думаю, новые отношения заслуживают нового кольца.

Он не забрал свое старое кольцо после того, как я бросила его ему в лицо, но я все равно отдала его в