Шестнадцать надгробий. Воспоминания самых жестоких террористок «Японской Красной Армии» - Фусако Сигэнобу

Озаки должен закалить себя, приняв участие в кулачном бою с другими бойцами. Против него выставили гораздо более сильного бойца, и он соответственно пострадал. Раз за разом поднимаясь с земли, он получал ещё и ещё. Товарищи хладнокровно наблюдали за избиением. Когда у Озаки не осталось сил, он стал благодарить Мори за данный ему шанс исправиться, но его слова были истолкованы так, будто он хочет добиться снисхождения от лидера. Его опять избили, вытащили на улицу, на мороз, и привязали к столбу.

Всю ночь и весь следующий день Озаки провел на улице, привязанный к столбу. Мори объявил, что молодой человек ещё не показал достойного характера и мужества быть настоящим солдатом Японской Красной Армии. Продолжались избиения. В конце концов парень скончался от побоев и переохлаждения.

Смерть Озаки оказалась неожиданностью для других членов группы. Ведь они хотели его исправления, но не его смерти. Так или иначе, они все принимали участие в расправе и прямым или косвенным образом были виновны. Товарищи потребовали у лидера объяснений.

Мори пришлось задействовать весь свой талант, чтоб объяснить произошедшее. Озаки не смог найти и собрать в себе силы для того, чтобы вершить революцию. Столкнувшись с трудностями на своем революционном пути, он предпочел смерть. Не мы убили его. Он сам виноват. Мы лишь помогали ему осознать свою слабость. Озаки не хватило выносливости для борьбы. Он сделал свой выбор. Слабые не выживут. Они должны быть выявлены и удалены. Дело продолжается!

Синдо Рюзабуро, 22 года, бывший студент стал следующим. Он был членом Сэкигун и флиртовал с боевыми подругами, что было ну совсем не к лицу настоящему революционеру. Его смерть была схожа со смертью Озаки. Все по такому же сценарию. Вскрытие показало многочисленные синяки, поломанные рёбра и лопнувшую печень.

Объединённая Красная Армия была крайне озабочена сексуальным поведением участников. Бойцы, до этого состоявшие в Сэкигун-ха, по вопросам феминизма особо не заморачивались и придерживались традиционных взглядов на отношения между полами. То есть — пока мужчины проводят акции на передовой, женщины обеспечивают тыл. Интимные отношения не были запрещены. А вот участники Кэйхин — совсем другое дело. По их мнению, секс должен быть подчинён делу революции. А положение женщин в тылу сама Нагата считала для себя и своих соратниц унизительным.

Следующие жертвы — студент Като Ёситака, 22 года, и студентка Кодзима Казуко, тоже.

У Като было два младших брата в Объединённой Красной Армии. Во время массовых беспорядков ему пришлось побывать под арестом, но он был благополучно выпущен на свободу. Однако, во время допроса в полиции, он раскрыл некоторую информацию. После возвращения в группу Като решил не сообщать руководству о своём нарушении, но вскоре проговорился.

Кодзима принимала участие в похищении и убийстве двух дезертиров — Хайки и Мукаияма. Она была водителем машины, которая доставила обоих к месту казни. Причастность к убийству её бывших соратников в конце концов вызвала у нее сильное эмоциональное напряжение. Она призналась в своей слабости лидерам группы, рассчитывая получить помощь и совет, но Мори и Нагата интерпретировали слабость Кодзимы как потенциальную угрозу революционному делу.

Като и Кодзима получили наказание — они должны были изложить в письменном виде свои размышления насчёт себя и насчёт революции. До тех пор, пока они не осознают свою слабость и неполноценность, им было отказано в еде и общении с товарищами. Дело дошло до того, что у Кодзимы произошел нервный срыв, и она заявила, что Като, ее собрат по несчастью, который ночью спал с ней рядом, домогался её. В хижине возникли шок и замешательство. Мори приказал избить обоих — ведь если бы Кодзима не спала рядом с Като, то ничего бы не произошло. Негодование Нагаты сосредоточилось на Като, так как он желал интимной близости вместо того, чтобы сосредоточиться на достижении революционной зрелости. Като был из первоначальной группы Нагаты, и она была обескуражена, что один из её последователей продемонстрировал менее революционное поведение, чем последовательница Мори.

После избиения Като и Кодзима сознались в сексуальных преступлениях. Мори воспринял эти вынужденные признания как крупное достижение. Если небольшое наказание сумело доставить столько информации, то более жесткие меры наверняка приведут к еще лучшему результату. Родные браться Като тоже принимали участие в избиениях. Они пытались добиться снисхождения от Мори, но безуспешно. Им оставалось только следовать приказам и надеяться на лучшее. Като и Кодзима были выведены на улицу, привязаны к столбу и оставлены замерзать на жутком холоде. Като стоически перенес это испытание. Кодзима же подавала признаки упорствующего ослушания, подобно другим бойцам, которые не могли соответствовать высоким стандартам настоящего революционера. Ее продержали под морозным ветром гораздо дольше, и она замерзла насмерть. Като перенесли в хижину, чтобы отогреть, но вновь подняться на ноги студент так и не смог. Вскоре умер и он тоже.

Далее по списку была Тояма Миеко, двадцатипятилетняя студентка университета в Мейдзи и давняя участница Сэкигун. Под псевдонимом «Сасаки» она писала революционные статьи. В студенческие годы она была близкой подругой Фусако Сигэнобу.

А вот Нагата просто люто ее ненавидела и постоянно критиковала. Она полагала, что Тояма слишком женственна, чтобы считать себя борцом за революцию. Тояма пользовалась косметикой и часто расчесывалась. Это раздражало Нагату. По утверждению Нагаты, вызывающее поведение Тоямы отвлекало внимание мужчин от постижения основ марксистской теории. Тояма была девушкой одного из заключенных членов Сэкигун и стала активным участником после его ареста. Такая мотивация, по мнению Нагаты, была недостаточной. К тому же её подозревали, что она тайком занимается сексом с другим старым участником движения — бывшим студентом Намеката Масатоки.

Недостаточная мотивация и нерешительность в выражении революционного рвения могла быть смертельной. Не было никаких правил или стандартов — любое решение зависело от Мори или от Нагаты. Стоило Тояме и Намекате попасть под подозрение — и их судьбы были решены.

Мори приказал Тояме бить себя по лицу в течении получаса. До смерти перепуганная молодая женщина четко выполнила указание. Намеката признался под давлением, что думал сбежать. Мори приказал переломать ему ноги, чтоб устранить возможность для побега. После этого Намеката был вытащен на улицу и привязан к столбу. Избитая Тояма была привязана рядом. Холодный морозный ветер превратил их тела в глыбы льда. Их раздели и закопали, их участие в революции было закончено.

Кто на очереди? Нагата не щадила и тех, кого она привела в группу с собой.

Тераока Коити — настоящий ветеран Кэйхин, он вступил в группу во время её создания в 1969 году. Он принимал