Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор. - Джон Фуллер

Предисловие

Я не ставлю своей целью написать всестороннюю историю недавно окончившейся войны. По—моему, это практически невозможно осуществить на том ограниченном материале, которым мы пока располагаем. Однако, если рассматривать только стратегические и тактические аспекты войны, можно, мне кажется, сделать полезный для читателя обзор. Я думаю также, что если кампании прошлой войны представляют для военных и для любителей из числа гражданских лиц (а в наши дни такие любители в большинстве своем служат в армии или являются потенциальными военными) только исторический интерес, а не что—то большее, то именно сейчас следовало бы подвергнуть анализу ошибки, допущенные в этих кампаниях, и достигнутые успехи. Это особенно важно в наш век техники, когда изменения в применении стратегических принципов и тактических положений происходят так быстро, что факты вчерашнего дня завтра могут потерять всякий интерес. Поэтому я не пытался рассматривать политические, экономические и психологические аспекты войны, несмотря на их большое значение. Более того, я не рассматриваю подробно битву за Атлантику, морские операции на Средиземном море, партизанскую войну в России и в других странах, оккупированных германскими войсками, войну Японии в Китае. Я руководствовался при этом тем, что битва за Атлантику и в несколько меньшей степени действия военно—морских сил на Средиземном море были настолько тесно связаны со всеми сухопутными кампаниями в Европе, что подробное освещение этих вопросов заняло бы слишком много места в ущерб детальному рассмотрению операций, намеченных для описания в этой книге. Что касается действий партизан, то здесь многое еще не ясно, и, кроме того, эти действия, за исключением партизанской войны в России, с моей точки зрения, больше относятся к политической, чем к военной области. И, наконец, японо—китайская война. Для того, чтобы дать более или менее полное представление о ней, пришлось бы вернуться к самому ее началу; к тому же эта война как в стратегическом, так и в тактическом отношении не представляет большого интереса.

Это о книге в целом. Теперь об использованных мной источниках. Они делятся в основном на четыре группы: 1) официальные доклады н отчеты; 2) мемуары и биографии участников войны; 3) статьи и описания военных корреспондентов; 4) документы Нюрнбергского процесса, беседы с солдатами н офицерами противника и другие материалы, вроде тех, которые содержатся в книге майора Шульмана «Поражение на Западе». В первой группе факты обычно излагаются правильно, но эти материалы редко носят критический характер. В них приводятся голые факты без каких—либо комментариев, однако они являются неоценимыми, так как дают общее представление о характере операций. Наиболее важной является вторая группа источников, несмотря на опасность пристрастного освещения фактов. С тем чтобы более или менее приблизиться к истине, необходимо изучить и сопоставить значительное количество фактов из мемуаров и биографий участников войны. Так как пока опубликовано немного таких работ, я был вынужден заполнить пробел материалами из третьей группы. Но и без этого я не мог пройти мимо превосходных в целом книг военных корреспондентов. Однако на русском театре военных действий корреспонденты не смогли написать что—либо интересное, так как их держали вдали от фронта и снабжали лишь официальной пропагандистской информацией; они не могли не только сами наблюдать события, но и услышать лично что—нибудь о них. Быть может, мне не посчастливилось, однако я отыскал только одну книгу, дающую ясное представление о ходе войны в России, — это двухтомная работа У. Аллена н П. Муратова «Война в России». Первый том охватывает 1941–1943 гг., а второй — 1944–1945 гг. Книга выпущена издательством «Пингвин». Из этой работы я и почерпнул большую часть материалов для моей книги, за что выражаю авторам свою благодарность. Что касается четвертой группы источников — документов Нюрнбергского процесса и бесед, хотя они и представляют большой интерес, к ним, по крайней мере в течение некоторого времени, следует относиться с осторожностью. Необходимость такой осторожности объясняется следующими соображениями: 1) хотя документы, предъявленные в Нюрнберге, можно считать подлинным, однако это вовсе не является доказательством того, что все они были целиком или частично проведены в жизнь. Каждый военный знает, что планы и проекты всегда находятся в процессе изменения и уточнения; 2) правдивость побежденных вызывает большие сомнения, так как человеку свойственно преуменьшать свои собственные ошибки и пытаться переложить ответственность на плечи других. Конечно, Гитлер несет ответственность за многие абсурдные решения, но считать, что все промахи совершены только по его вине, — величайший абсурд. На войне, как правило, крупное поражение или победа является результатом действия нескольких людей и стечения многих обстоятельств.

Когда я оцениваю кампании, подробности которых достаточно выяснены, что дает возможность подвергнуть их критическому рассмотрению, то прекрасно понимаю, как легко быть умным теперь. Однако лучше быть таким после совершившегося, чем никогда. Если бы историки н другие деятели более критически оценивали факты со времени 1919 г., мы бы не оказались настолько психологически неподготовленными в 1939 г. В оправдание критики, содержащейся в этой книге, я хочу обратить внимание читателя, если он возьмет на себя труд ознакомиться с тем, что я написал в годы войны, в том числе и с моими другими книгами, что большая часть моих критических замечаний была высказана до описываемых событии, во время них или сразу после их окончания. Я, например, всегда придерживался мнения, что война является крайним средством и что воевать следует только тогда, когда поставлена здравая политическая цель. Цель войны заключается не в убийстве людей и разрушении, а в том, чтобы вразумить противника. Стратегические бомбардировки, начатые по инициативе Черчилля, являлись ошибкой не только с моральной точки зрения, но н не оправдывались военными соображениями, а политически означали самоубийство. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на положение в Центральной Европе сегодня.

Идеологические войны бессмысленны, и не потому, что идеи неуязвимы для пуль, а потому, и это всегда так было, что чем справедливее война, тем ужаснее ее результаты. Бомбардировки на уничтожение, к которым прибегали многие генералы, были не только жестокими, но и не оправдывали себя. Искусство ведения войны требует смелости и ума, а не только превосходства в технике и численности войск. В силу хотя бы только географического положения Британии наша стратегия основывалась на военно—морских, а не на наземных силах. С 1914 г. Соединенное Королевство пыталось играть роль континентальной державы и неизменно попадало в глупое положение. И, наконец, следует сказать, что, принимая во внимание все эти обстоятельства и независимо от того, как ведет себя ваш противник, выгоднее вести войну как подобает джентльмену, а не как мужику, ибо мужицкая война и закончится мужицким миром, который таит в себе опасность новой войны. Так поступать, по—моему, глупо.

Хочется сказать несколько слов еще об одном, а именно о численности армий и потерях. Обычно противники стремятся преуменьшить свои силы и преувеличить силы противника, потому что в этом случае победы выглядят более блестящими, а поражения — менее тяжкими. Поэтому я не могу поручиться за точность данных о численности вооруженных сил, приводимых в книге. Почти все официальные данные о потерях просто—напросто «состряпаны». Например, как быть в таком случае? В августе 1940 г. немцы сообщили, что они сбили 143 британских самолета, а на следующий день — 65, потеряв при этом соответственно 32 и 15. В эти же дни англичане сообщили, что они сбили 169 и 71 германский самолет, потеряв соответственно 34 и 18. Чтобы быть беспристрастным, следует сказать, что обе стороны были посредственными математиками. Это видно из таблицы на стр. 27 о потерях германской авиации в 1940 г.

Сообщения о потерях в сухопутных боях также противоречивы; зачастую сообщаются невероятные цифры. Однако есть хорошее правило, которое помогает разобраться в этом. Согласно «Статистическому сборнику британской армии за 1914–1920 гг. «потери в войну 1914–1918 гг. распределялись следующим образом: убитые и умершие — 19,94 %, раненые — 66,29 %, пропавшие без вести и пленные 13,77 %. На одного убитого приходилось 3,3 раненых и 0,7 пропавших без вести. Таким образом, соотношение выглядит как 1:3:1. Следовательно, если в сообщении указывается, что было убито 10 тыс., то общие потерн достигают примерно 50 тыс. Поскольку в коротком сражении максимальные потери могут составить до 20 % от численности войск, принимавших непосредственное участие в боях, значит, всего в войсках, понесших указанные потери, должно быть 250 тыс. человек. Но так как в настоящее время на одного солдата на фронте приходится два солдата в тылу, то общая численность армии составит примерно 750 тыс. Такой простой подсчет помогает быстро определить степень достоверности сообщаемых сведений. Однажды я прочитал, что, «согласно надежной информации», в одном коротком сражении немцы потеряли 200 тыс. убитыми на сравнительно небольшом участке русского фронта. Если руководствоваться нашим правилом, тогда получится, что в сражении участвовали германские войска общей численностью 15 млн. человек, что в три раза больше численности всех германских вооруженных сил, находившихся в России.