Вторая мировая война 1939-1945 гг. Стратегический и тактический обзор. - Джон Фуллер

Характерно также, что главу, озаглавленную «Германия теряет инициативу», автор заканчивает не разгромом немецко—фашистских войск под Москвой, Сталинградом или Курском, а… летним наступлением немецко—фашистских войск в 1942 г. на советско—германском фронте (?!).

При этом автор не совсем правильно представляет себе замысел немецко—фашистского наступления в летне—осенней кампании 1942 г.

Упоминая об «упорных требованиях» со стороны Советского Союза открыть второй фронт, автор не находит нужным напомнить читателям о невыполнении американо—английским командованием обещания открыть этот фронт еще в 1942 г.

Основной «ошибкой» немецко—фашистского командования автор считает то, что оно не смогло лишить Советскую Армию подвижности, что, по его мнению, можно было сделать, захватив Москву.

В шестой главе, озаглавленной «Япония теряет инициативу», рассматриваются стратегические проблемы, вставшие перед американо—английским командованием после сражения у острова Мидуэй в связи с началом наступательных действий вооруженных сил США и Англии на этом театре.

Основными целями военных действий на Тихом океане в то время автор считает прорыв внешнего и внутреннего обводов японской океанской крепости и создание условий для овладения в конечном итоге ее цитаделью — собственно Японскими островами. Подчеркивается значение удержания морских сообщений в Индийском океане в руках американо—английских вооруженных сил как фактора, отделяющего силы фашистского блока, действующие в Европе и Африке, от сил на Тихом океане. Однако автор преувеличивает, когда ставит в зависимость от этого факта чуть ли не исход всей войны, в том числе боевых действий на Северном Кавказе (?!).

Описание военных действий на островах Тихого океана и в Бирме автор заканчивает выводами о значении воздушной мощи, подчеркивая роль самолета не только как носителя бомб, но и как транспортного средства, повышающего маневренность войск. Он считает, что «возможность не считаться при передвижениях с шоссейными и железными дорогами… и характером местности упростила войну». В соответствии с этим автор подчеркивает значение захвата и удержания военно—воздушных баз. Основными задачами авиации автор считает содействие увеличению подвижности своих войск и воспрещение передвижений войск противника.

В седьмой главе автор говорит о том, как государства антигитлеровской коалиции захватили стратегическую инициативу на Западе.

Характерно, что эту главу Фуллер начинает с анализа значения стратегических бомбардировок Германии американо—английской авиацией, затем описывает наступательную операцию 8–й английской армии под Эль—Аламейном (Северная Африка), десантную операцию американо—английских войск во французском Марокко и Алжире, Тунисскую операцию и только после этого описывает разгром немецко—фашистских войск под Сталинградом.

Всячески превознося значение операции под Эль—Аламейном, Фуллер называет ее «пока самым решающим сражением, окончившимся победой дела союзников». Не умаляя значения победы под Эль—Аламейном в 1942 г. для достижения перелома в военных действиях в Северной Африке, нельзя в то же время не отметить, что разгром немецко—фашистских войск под Москвой, происшедший почти за год до Эль—Аламейна, безусловно, был значительно более решающей победой, чем операция под Эль—Аламейном, в которой участвовало не более чем по 12–14 дивизий с каждой стороны.

Операция под Эль—Аламейном являлась переломной в борьбе за захват стратегической инициативы в Северной Африке американо—английскими войсками. Однако приобрести такие значение она смогла только в результате отвлечения основных сил и резервов фашистского блока в район Сталинграда. Именно поэтому гитлеровское командование отказало Роммелю в присылке подкреплений и резервов, что сыграло решающую роль в исходе операции под Эль—Аламейном. Коренной перелом в ходе всей войны начался не под Эль—Аламейном, а под Сталинградом, где была окружена и уничтожена основная ударная 330–тысячная группировка немецко—фашистских войск.

Давая подробное описание последующих военных действий в Северной Африке, автор не вскрывает действительных причин, почему, имея подавляющее превосходство в силах и средствах, американо—английские войска вели боевые действия в Тунисе в течение шести месяцев. Этот вопрос в книге остается без ответа.

Говоря об освобождении Северной Африки от немецко—фашистских войск, автор не показывает зависимости этих событий от исхода Сталинградской битвы и дальнейших военных действий на основном советско—германском фронте.

Описывая захват советскими войсками стратегической инициативы под Сталинградом, автор считает, что она была вырвана «внезапно». Борьба за захват и удержание стратегической инициативы советскими войсками не являлась каким—то однократным действием, внезапно возникшим. Эта борьба велась на протяжении всего времени с момента вероломного вторжения немецко—фашистских войск в пределы Советского Союза. В битве под Москвой советским войскам удалось захватить инициативу. Однако враг сумел вернуть ее себе летом 1942 г. В битве под Сталинградом и окончательно в битве под Курском советские войска захватили стратегическую инициативу и удерживали ее вплоть до безоговорочной капитуляции фашистской Германии и империалистической Японии. О «внезапном» захвате стратегической инициативы советскими войсками под Сталинградом можно говорить только в смысле внезапного для противника перехода советских войск в контрнаступление под Сталинградом.

Многие фактические данные о действиях советских войск в этой и других главах даны не точно, а зачастую и неверно. Так, например, замысел сталинградской операции состоял отнюдь не в том, чтобы заставить противника отступить, как это уверяет автор, а преследовалась другая, решительная цель — окружение и уничтожение сталинградской группировки врага ударами по сходящимся направлениям.

В этой главе автор выступает как противник требования безоговорочной капитуляции фашистской Германии. Его, как выразителя взглядов реакционной части правящих кругов Великобритании, по—видимому, больше устраивало закончить войну устранением Германии как опасного конкурента на мировом рынке, но с сохранением ее в качестве реакционной силы, направленной своим острием против Советского Союза.

В восьмой главе, озаглавленной «Инициатива на двух фронтах», показано стремление Черчилля вместо открытия второго фронта в Европе, который был бы дополнением к советско—германскому фронту, навязать идею наступления на Балканы через территорию Италии. Речь здесь идет о намеренном затягивании известными кругами в США и Англии открытия второго фронта в Европе и стремлении их организовать выход на Балканы американо—английских войск раньше советских вооруженных сил, с тем чтобы сохранить в странах Юго—Восточной Европы существовавшие там до войны реакционные режимы.

События на основном советско—германском фронте в данной главе, так же как и в предыдущих главах, показаны после описания высадки американо—английских войск в Сицилии и Южной Италии.

Правильно указывая, что немецко—фашистское наступление под Курском летом 1943 г. было построено по типу блицкрига, автор не вскрывает в полной мере общего замысла этого наступления.

Военные события на советско—германском фронте и 1943 и 1944 гг. показаны несколько бессистемно, без достаточного анализа. В частности, нет ясной картины, какие основные операция входили в летне—осеннюю кампанию 1943 г., зимнюю и летне—осеннюю кампании 1944 г. Нет ясной картины битвы за Днепр в 1943 г. и стратегических операции советских войск 1944 г. Даже по таким излюбленным автором вопросам, как стратегическая инициатива и действия подвижных войск — танков и авиации, анализ действий советских войск дается явно недостаточный, а часто и совсем отсутствует.

В отдельных случаях автор допускает неверную трактовку ряда политических и военных вопросов. Так, например, без какой—либо мотивировки или документального подтверждения автор немецко—фашистскую теорию «жизненного пространства» объявляет политической целью советских войск (?!).

Автор утверждает, что «русская теория состояла в том, чтобы наносить удары до тех пор, пока не иссякнет собственный наступательный порыв или же сопротивление противника не окрепнет настолько, что сделает продолжение наступления невыгодным». Такое заявление есть не что иное, как попытка приписать советским войскам имевшую хождение в западноевропейских армиях теорию так называемого «затухания» операций.

Более обстоятельно и подробно автор излагает вторжение американо—английских войск в Северную Францию в 1944 г. Следует только отметить, что автор так и не показывает всех причин затягивания открытия второго фронта в Европе. На первое место среди них следует поставить не военные, а политические причины: стремление известных кругов в США и Англии добиться возможно большего взаимного истощения в единоборстве советских и германских вооруженных сил. И только тогда, когда стало совершенно ясно, что советские войска в состоянии одни завершить разгром немецко—фашистских войск н освободить порабощенные гитлеровцами народы Европы, американо—английское командование приняло, наконец, решение об открытии второго фронта в Западной Европе в 1944 г. При этом начало вторжения было приурочено ко времени проведения советскими войсками в 1944 г. ряда крупных стратегических операций.