Белый танец - Хэрриет Гилберт

Ну доберусь же я до этого паршивца Мэтью Дакстера! — мысленно пригрозила она, направляясь к машине. Саманта не без удовольствия ждала минуты, когда выскажет Мэтту все, что о нем думает. Мало того что подсунул ей абсолютно неуправляемого клиента, так он еще умудрился запороть все организационные вопросы.

Дакстер проинформировал синьора Гранди о том, что ему выделен телохранитель, но не дал себе труда разъяснить основные правила личной охраны. И уж совсем непонятно, почему Мэтт представил ее клиенту детским прозвищем «Сэм» — так ее называли только родные, друзья и коллеги.

— Не соблаговолите ли сесть в машину? — вежливо предложила Саманта, открывая для Лучано дверцу. Она всячески избегала его взгляда, чувствуя воинственное настроение клиента.

— Это не мой автомобиль и не мой водитель, — высокомерно заявил Гранди, не двинувшись с места. — Какое вы имели право менять их без моего ведома?

Держи себя в руках, Саманта! — приказала себе молодая женщина, борясь с желанием стукнуть кулаком по дурной голове синьора итальянца. Надо же, взрослый мужчина — а такой взрывной и нервный, удивлялась она, уже воспринимая скверный характер подопечного как данность, с которой ничего нельзя сделать. Что ж, в ее практике попадались разные клиенты, и такие тоже.

— Так положено. Это делается в целях вашей безопасности, — сдержанно объяснила Саманта.

— Вы что, издеваетесь надо мной? — прошипел Лучано. — Я находился в полной безопасности до тех пор, пока не появились вы и… и этот громила! — Он гневно мотнул головой, указывая на здорового плотного парня, стоявшего за его спиной.

Охранник ответил ему снисходительной улыбкой, что еще сильнее взбесило Лучано.

— На Билла вы можете положиться. Он очень опытный и хорошо тренированный оперативник, — отрекомендовала коллегу Саманта.

Еще когда они спускались по лестнице черного хода, Билл шепнул ей на ухо:

— Ты поосторожнее с ним, Сэм. От этого парня можно ожидать чего угодно.

— Я уже давно поняла это, — так же тихо ответила она, мысленно поблагодарив за поддержку бывшего морского пехотинца, с которым проработала не один год.

Теперь задача Саманты состояла в том, чтобы заставить упрямого клиента сесть в машину, иначе они рисковали опоздать на концерт.

— И за водителя не волнуйтесь, — продолжила она тоном терпеливого учителя. — Он также прошел специальную подготовку и в случае критической ситуации может…

Лучано не дал ей договорить, презрительно фыркнув.

— О, ради Бога, избавьте меня от рекламы ваших услуг, мисс Митчел!

Просверлив телохранительницу своими дерзкими голубыми глазами, он вдруг беспомощно пожал плечами и влез в машину.

Саманта с облегчением перевела дух. Она не хотела признаваться даже себе, что в какой-то момент у нее начали сдавать нервы. Молодая женщина не могла понять, как это произошло. Она справлялась с клиентами и похлеще Лучано Гранди.

Саманта подождала, когда Билл займет место рядом с водителем, затем, глубоко вздохнув, забралась на заднее сиденье лимузина, где уже восседал ее клиент, всем своим видом воплощающий оскорбленное достоинство. По рации Саманта сообщила машине прикрытия, которая стояла за углом отеля, что они выезжают, и только потом дала команду своему водителю трогаться.

Занятая всеми этими делами, Саманта вдруг осознала, что последние несколько минут синьор Гранди ведет себя на редкость тихо. Угомонился наконец! — подумала она, украдкой скосив глаза на своего клиента, сидевшего в противоположном углу широкого кожаного сиденья.

Лучи уходящего солнца бросали розоватый отсвет на орлиный профиль итальянца, который смотрел перед собой в одну точку, явно погруженный в свои мысли. По выражению его застывшего, отрешенного лица Самана не могла понять, что творится у него в голове, ей оставалось лишь уповать на то, что Гранди уже успокоился и решил трезво отнестись к создавшейся ситуации. Хотя, успев немного изучить особенности его характера, Саманта слабо надеялась на это.

Ее мысли были прерваны резким писком рации, которую она постоянно держала в руке.

— Я понимаю, это раздражает, но ничего не поделаешь, — виновато произнесла Саманта, прикладывая рацию к уху. — Предлагаю вам свернуть направо на следующем перекрестке, а мы поедем через главный парк. Хорошо? — Получив подтверждение, она отключила рацию и повернулась к Лучано.

— Впереди образовалась большая пробка, поэтому нам придется совершить объезд, — объяснила она.

— А я не опоздаю из-за этого на концерт? — брюзгливо поинтересовался он.

— Нет, — уверенно ответила Саманта, уже почти поверившая, что Гранди окончательно смирился с ее присутствием. — У вас еще будет время выпить с вашими друзьями перед началом концерта.

— Рад это слышать. — Лучано наградил ее дружеской улыбкой. Затем, продолжая удивлять Саманту, кивнул на рацию. — Я понимаю, что вы должны поддерживать связь с другой машиной. Но почему вы используете эту штуку для переговоров с нашим водителем? Не проще ли отодвинуть перегородку, которая разделяет нас?

— Когда рядом с вами находится телохранитель, перегородка должна быть плотно закрыта, — пояснила Саманта. — Она сделана из пуленепробиваемого стекла, как и все остальные окна этого автомобиля. Потому что, если что-то случается с водителем…

— Если его убьют, например? — Это было скорее утверждение, чем вопрос.

— Ну… что-то в этом роде. Хотя это маловероятно. Но в любом случае вам нечего беспокоиться.

— О, я совсем не беспокоюсь, мисс Митчел, — заверил он и тепло, обезоруживающе улыбнулся. — Должен признаться, я считаю все эти так называемые угрозы в мой адрес чистейшим вздором.

— Ну знаете, если кто-то выдвигает угрозы, то всегда есть вероятность того, что они будут приведены в исполнение, — заметила Саманта.

Она вдруг обнаружила, что ей трудно устоять перед покоряющей улыбкой этого мужчины. Не говоря уже о том, что его бархатистый голос и завораживающий акцент оказывал на нее какое-то странное воздействие.

— Я полностью доверяю вам, — неожиданно заявил Лучано. — Я, наверное, вел себя не совсем корректно с вами там… в отеле. Это, очевидно, от усталости. Ну, вы понимаете — длинный, утомительный перелет и прочие нагрузки…

— Я… конечно… — пролепетала растерявшаяся Саманта.

— Вот почему, моя дорогая мисс Митчел, я надеюсь, что вы простите мне мое дурное поведение, — пропел он соловьем.

Вот это поворот на сто восемьдесят градусов! — ошарашенно подумала Саманта. У нее голова чуть не закружилась от очередной ласкающей, почти интимной улыбки Лучано.