Политическая наука № 3 / 2010 г. Трансграничные региональные системы: Потенциал развития - Михаил Шинковский

ТРАНСГРАНИЧНОСТЬ В СОВРЕМЕННОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ3

С распадом СССР и появлением Российской Федерации как независимого государства более половины ее субъектов (сегодня их 83) стали приграничными. Как следствие, произошло повышение контактного и понижение барьерного назначения границ. Европейские и азиатские приграничные субъекты Российской Федерации стали получать импульсы хозяйственного и культурного развития во все большей степени от соседних государств, а не из политико-экономического центра страны. Иными словами, проблема перехода российских регионов к активной трансграничной деятельности на основе согласованных общенациональных интересов как залога полноценного развития российских пространств приобрела невиданную актуальность. Естественно, что политическая наука обратила внимание на исследование этой проблемы.

Процессы, базирующиеся на признании и юридической фиксации принципов свободы торговли, универсальности прав человека, транснпарентности границ, на ослаблении этатистской логики в новой просторности мира [Неклесса А.И., 2008, с. 136], развиваются в общем русле таких глобальных трендов, как «сжатие мира», «углубление взаимосвязей внешней и внутренней политики», «смена субъектов международных отношений» и т.п., благодаря которым, в частности, возникает трансграничность. Сфера трансграничного сотрудничества хорошо иллюстрируется терминами «взаимное пересечение», «взаимное проникновение» и «комплексная взаимозависимость», которыми еще Джеймс Розенау [Rosenau J., 1971] описывал размывание граней между внутренней и внешней политикой.

Феномен трансграничности имеет множество граней и по-разному представлен (качественно и количественно) в широком спектре научных дисциплин. Составляющая предмет исследования проблематика расположена на стыке географии, экономики, истории и политологии. Это во многом сказалось на множественности и разнохарактерности идей и точек зрения, которые затрагивают различные аспекты трансграничности.

Наиболее распространенное направление, широко представленное в политической географии, политологии и геоэкономике, посвящено геополитическим исследованиям трансграничности, при этом внимание акцентируется на таких объектах, как национальный и геополитический интерес, ресурсы региона, образ пространства, потенциал и факторы сотрудничества.

В целом категория рубежа как одно из определений границы является центральным элементом трансграничности. Более того, разграниченность пространства (т.е. прохождение через какую-либо конкретную территорию государственной границы) служит основным признаком трансграничного региона. Поэтому исследование феномена границ (или лимология) следует считать одним из важнейших направлений трансграничных исследований. В.А. Колосов одним из первых ввел в российский академический дискурс понятие «трансграничный регион» – современной формы приграничного сотрудничества европейского образца [Колосов В.А., 1988; Колосов В.А., Туровский Р.Ф., 1997; Колосов В.А., Мироненко Н.С., 2001; Колосов В.А., 2005], разделив современные исследовательские подходы на традиционные4 и постмодернистские5. Традиционные подходы объясняют феномен государственных границ политическими факторами, которые трактуются как зеркало военной и экономической мощи соседних стран. Новые подходы применяются вместе с традиционными (которые постоянно совершенствуются), акценты ставятся не на целостность государств, а на приграничную / региональную идентичность и взаимодействие.

Активизация миграционных процессов под влиянием глобализации, их междисциплинарный6 характер делают целесообразным выделение миграционных исследований в отдельное направление изучения трансграничности: исследование трансграничных потоков людей, взаимовлияния границ и элементов социального ландшафта.

Перспектива формирования трансграничного региона связана с такими факторами, как политические взаимоотношения сопредельных стран, экономические связи между приграничными территориями (движение капитала и товаров), уровень экономического развития, этнические и культурные паттерны, миграционный обмен и приграничные контакты между людьми. О.Дж. Мартинес подразделил приграничные территории на отчужденные (alienated), сосуществующие (co-existent), взаимозависимые (interdependent) и интегрированные (integrated) [Martinez O.J., 1994]. Подобная классификация может использоваться в качестве ранжирования уровней эволюции от пограничного режима к образованию трансграничного региона.

Немаловажным аспектом миграции является влияние этих процессов на экономическую и геоэкономическую ситуации трансграничной территории [Безруков И.С., Горбенкова Е.В., 2006; Галецкий В.Ф., 2003; Регент Т.М., 2001]. Рост населения, интенсивное развитие мировой экономики, изменения в международном разделении труда, помимо прочего, оказывают влияние на объемы и товарную структуру грузоперевозок, на географию перевозок. Эти обстоятельства вызвали к жизни исследования проблем международных транспортных коммуникаций. Особое внимание здесь уделяется международным транспортным проектам, таким как Транскорейская магистраль, выход к морю Монголии, проект возрождения Великого шелкового пути (альтернативные Транссибу транспортные каналы Азия – Европа) и другим международным транспортным каналам. Эти проекты вызывают пристальный интерес среди историков [Олейников И.В., 2003; Медведева Л.М., 2008; Лаврентьев А.В., 2009] и географов [Раднаев Б.Л., 1995; Тархов С.А., 1997], а в последнее время политологов [Горбунов А.А., 2008; Мирзаев Р.С., 2005; Якунин В.И., 2005; Якунин В.И., 2006], для которых сфера коммуникации становится важным фактором политического развития общества и государства. Развитие коммуникационной инфраструктуры непосредственно связано с экономико-хозяйственной деятельностью государства и других участников международных экономических отношений, направлено на пространственное развитие страны и международных каналов взаимодействия, которые формируют инфраструктуру трансграничного сотрудничества и совершенно новую политическую идентификацию людей, вовлеченных в него.

Целостность трансграничной территории закладывается изначально на природно-ресурсном уровне: бассейн реки, озера или моря. Если бассейн пересекает государственная граница, эту акваторию и прилегающую к ней территорию можно рассматривать как трансграничную, и эти структуры должны изучаться как целостные экосистемы. Изучение проблем природопользования трансграничных территорий направлено на решение глобальных и региональных экологических задач, возникающих в ходе антропогенного воздействия [Трансграничные территории… 2009; Ганзей С.С., 2004; Бакланов П.Я., Ганзей С.С., 2009; Тулохонов А.К., 2008].

Работы таких авторитетных исследователей, как А.Д. Богатуров [Богатуров А.Д., 2004; Богатуров А.Д., 2008], М.Л. Титаренко [Титаренко М.Л., 2005], К.С. Гаджиев [Гаджиев К.С., 2007], посвящены определению российских геополитических интересов в Восточной Азии и мире, геополитическим вызовам, перед которыми оказалась Россия, угрозам ее национальной безопасности (территориальной, экономической, демографической и т.д.). Учитывая нарастание интенсивности трансграничных процессов, современная наука стремится понять, какие место и роль будет играть Россия в формировании нового геополитического и геоэкономического баланса сил в мире вообще и в конкретных регионах в частности.

А.Д. Воскресенский предложил использовать метод многофакторного равновесия и структурного сравнения в качестве ответа на потребность в интегрирующем подходе международных региональных исследований [Воскресенский А.Д., 2004].

Весьма удачную и эвристически значимую методологию исследования трансграничного сотрудничества северо-запада России предложил Ю.В. Косов [Косов Ю.В., 2003]: он рассмотрел геополитические аспекты взаимоотношений России и государств Балтийского моря, проанализировав основу трансграничного сотрудничества региона – исторические традиции и региональные связи, складывающиеся на протяжении столетий.

Исследователи, в том числе и Ю.В. Косов, обратили внимание на необходимость теоретического обобщения и разработки фундаментальной политологической концепции трансграничного взаимодействия. В этой связи правомерна адаптация геополитического подхода к глокальным процессам в регионах, находящихся в трансграничном состоянии [Шинковский М.Ю., 2004; Шинковский М.Ю., Шведов В.Г., Волынчук А.Б., 2007; Шинковский М.Ю., Волынчук А.Б., 2008; Шинковский М.Ю., 2008; Зыков А.А., Шинковский М.Ю., 2009]7. Геополитический подход в этом случае представляет собой особый тип системного анализа при исследовании процессов глокализации и их влияния на международное сотрудничество дальневосточных регионов России, определение специфики трансграничного взаимодействия в конкретной геополитической ситуации.