Королева держит вертикаль - Анна Корнова

Повисла пауза, Вадим смутился и вернулся за свой столик.

— Кто это был? — округлив глаза, прошептала Полина.

— Лучше спроси: что это было? — так же округлив глаза, шёпотом ответила Влада.

И они начали хохотать, попытались прекратить, но едва встречались глазами, смеялись снова. Вадим наблюдал их веселье, и ему стало неуютно: показалось, что девушки смеются над ним. Он попросил принести счёт, быстро расплатился и ушёл. А Влада с Полиной продолжали смеяться, уже не пытаясь остановиться, — это была разрядка, так необходимая обеим.

— Я поняла, откуда он меня знает! — воскликнула Влада.

— Ну, наконец, вспомнила!

— Не вспомнила я его, а поняла, откуда он в моей жизни взялся. Он меня из Александровки подвозил, когда я ту переписку в телефоне нашла.

И смех мгновенно смолк.

— Вот ты его даже не узнала, а он тебя весь год вспоминал, даже имя запомнил, — заметила Полина.

— У меня имя — нестандарт. Его все помнят, — отмахнулась Влада.

Уже темнело, когда Влада подошла к подъезду своего нового жилища. В голове крутились тревожные мысли о предстоящем суде, о смене офисного руководства, об Аришкиных новых друзьях… И вдруг вспомнился странный Вадим, запомнивший её имя. Как он там сказал? В жизни всё всегда идёт к лучшему. А может, он и прав. Во всяком случае, очень хочется, чтобы именно так и было.

Глава 4

Первое, что увидела Влада, переступив порог, это валяющиеся на полу клубки шерсти, из которой она собиралась вязать шаль, а разувшись, неожиданно наступила босой ногой в блюдечко с молоком, стоявшее посреди полутёмной прихожей.

— Арина, это что такое?

Из комнаты выглянула радостная дочь, прижимающая к груди рыжего котёнка.

— Смотри, какая милота! Это Месси. Мне его Никита подарил, — девочка сияла от счастья.

— Вот бери эту милоту и возвращай Никите, — Влада хмуро рассматривала разлитое по паркету молоко.

— Почему? Это мой котёнок, и я его не отдам, — Аришка поцеловала кошачью макушку.

— Потому что это съемная квартира, и хозяйка предупреждала, чтобы никаких животных.

— Так она не узнает, он же маленький.

— Размер не помешает ему поцарапать мебель, порвать обои, а запах кошачьей мочи практически не выветривается.

Котёнок был ценен не только сам по себе, но и как подтверждение любви Никиты: Аришка обмолвилась, что мечтает о рыжем котёнке, и, пожалуйста, уже на следующий день ей дарят этот пушистый комочек.

— Мамуль, он рыжий, а это к счастью. В интернете написано: рыжие коты счастье хозяевам приносят.

— Когда нас с ним из квартиры выгонят, тут-то счастье и наступит, — отмахнулась Влада.

Видя материнскую непреклонность, Аришка прибегла к запрещенному приему:

— Тогда я к отцу поеду жить. Он разрешит Месси оставить.

Влада поморщилась — как ловко дочь пользуется непростыми отношениями родителей. Понятно, что к отцу она надолго не поедет: у неё не сложились новые отношения с Ликой. В той, прежней, счастливой жизни Ариша обожала Лику, свою крестную, но теперь всю вину за расставание родителей девочка возложила на неё. С подростковым максимализмом Аришка при отце хамила Лике, Олег вмешивался, одергивал дочь, и тут начиналось… Поэтому Влада понимала, что Аришка никуда не собирается ехать, а просто пытается ею манипулировать, но это и было неприятно.

— Если ты в Александровку решила переезжаеть, то мне надо документы из школы забирать. Ты же в старую школу вернешься? — спокойно поинтересовалась Влада.

Аришка скисла:

— Мамочка, ну, куда я его дену? У бабушки Лены — аллергия, у Никиты его собака сожрёт, и потом, это подарок — возвращать некрасиво.

— К отцу хотела ехать, вот и съезди, заодно им и котёнка оставишь. Бабушка Маша звонила, жаловалась, что скучает.

— А ещё плакала и говорила, что скоро помрёт, — перебила Ариша. — Мам, она мне начнет мозг выклёвывать, чтобы я с тобой поговорила, и ты бы вернулась, как будто Лика у них не живёт. Я спросила, о чём отец думал, когда Лику в дом привёл, но тут такие рыдания начались, давление поднялось…

— Короче, завтра у тебя целый день, чтобы решить, куда этого зверя девать.

Похоже, Аришка уже решила, но её решение не совпадало с родительским. Весь следующий вечер Влада слушала о том, какой Месси прикольный и классный, и даже призналась себе, что умильная мордочка котёнка вызывает у неё тёплые чувства, но искать новую квартиру из-за кота в планы не вписывалось.

— Я завтра к Вероничке поеду, вот чтобы к моему возвращению котёнка на съёмной квартире не было, — «съёмную квартиру» Влада произнесла особенно выразительно.

Назавтра наступила суббота, и Влада с Полиной поехали в Салтыковку на День рождения Веронички. Вероника заявила, что у неё дел по гланды, поэтому широко отмечать своё тридцатисемилетие не будет, но лучшие подруги должны прибыть. В университете они всегда держались вместе — тихая белокурая Полина (нареченная одногруппниками Барби), уверенная красавица Влада (королева Королёва) и Вероника, весёлая толстушка, смешливая и громогласная (называемая мужской частью курса исключительно Захаровой, а женской — почему-то Вероничкой). Замужем Вероника не была, но несколько бурных романов её подруги сочувственно наблюдали. Другие увлечения Вероники были так же ярки и так же скоротечны, как истории её любви: одно время она была фанатичной буддисткой и даже ездила в Индию, увлекалась мистикой, гадала на картах Таро и составляла гороскопы, после недолгой связи с художником-керамистом пристрастилась к гончарному мастерству и дарила всем кособокие вазы собственного изготовления, рассказывая о медитативных свойствах глины. Но подлинной пламенной страстью Вероники были цвергшнауцеры. Она разводила этих забавных собачек, зарабатывая на жизнь груммингом, ездила по всевозможным собачьим выставкам и пользовалась высоким авторитетом в кругу собаководов. После смерти бабушки Вероничка стала наследницей дачи в Салтыковке, куда и переехала пять лет назад со своими питомцами. Дом был древний и требовал постоянного ремонта, но само проживание в старинном дачном посёлке, овеянном славной историей и где каждая сотка земли стала стоить баснословные деньги, придавало статусность Веронике и её питомнику цвергов.

Влада с Полиной решили добираться на электричке: во-первых, это была возможность доехать