Перечеркнуть прошлое - Маргарет Майо

Лара удивленно смотрела на быстроходный катер, прицепленный к машине Брайса.

— Вы поражаете меня. Я думала, мы прокатимся на рейсовом теплоходе через бухту.

Личный катер — дорогая игрушка. Похоже, странная работа Брайса Келлермана оплачивается гораздо выше, чем она предполагала.

— Тогда бы мне пришлось делить вас с людьми.

Его низкий голос звучал таинственно и интригующе.

В голове у Лары зазвенели тревожные колокольчики.

— Вы хотите сказать, что ваши намерения не честны и не благородны? — резко спросила она.

От ее слов улыбка у него на лице увяла.

— Могу вас заверить, никаких дурных намерений… Я думал, прогулка на катере выйдет забавной, но если…

Лара сразу пожалела о своих словах.

— Все нормально, просто я ожидала совсем другого.

Или она боится остаться с ним наедине?

— Хорошо, тогда едем, — сказал он, но было ясно, что ее слова задели его за живое. В машине он почти не разговаривал.

Брайс притормозил у самой кромки моря. Скинув туфли, он спустил катер на воду и только затем открыл рот.

— Вы сможете удержать катер, пока я припаркую машину?

Лара молча кивнула — своими неуклюжими подозрениями она испортила поездку.

Скоро они вышли в море.

Катер качался на волнах, и Лара наслаждалась свежим ветром. Лицо Брайса оставалось бесстрастным, он ни разу не посмотрел в ее сторону.

Когда вдали показался мост над гаванью, Брайс замедлил движение, и они мягко заскользили по водной глади.

Молчание затянулось, и Лара в душе ругала себя за несдержанность. Так хорошо начинавшееся утро превращалось в унылый день. Брайс вел себя вежливо, и не больше, и винить за это она должна была только себя.

— Я не хотела вас обидеть, — не выдержала она.

Он посмотрел на свою пассажирку, потом сел на скамейку и выключил мотор.

— Это моя ошибка, я совсем забыл, что, по-вашему, все мужчины — похотливые собственники.

Лара вздрогнула.

— Ну, не все…

— Но вы не готовы дать шанс другим. — Серые глаза смотрели осуждающе. — В таком случае не вижу смысла продолжать нашу… хм… дружбу.

Последнее слово было произнесено презрительно и высокомерно.

— Вы не правы, — запротестовала Лара. — Я хочу быть вашим другом, Брайс. Просто… это все из-за звонка Роджера матери.

— Вашего бывшего мужа?

Он поморщился.

Лара огорченно кивнула.

— Чего он хочет?

— Вернуть меня.

Брайс застыл.

— И?

Хрупкие плечи легонько приподнялись.

— Я должна была позвонить маме утром. Не могу поверить, что забыла.

Слишком была озабочена предстоящей поездкой с Брайсом Келлерманом, долго выбирала наряд и наконец остановилась на синих хлопковых шортах и белой с синими полосками футболке. Хелен сказала, что племянница выглядит очень «по-морскому».

Брайс бросил взгляд на часы.

— Сейчас она уже в постели, но я напомню о звонке, когда мы вернемся. Мама сообщила ему ваш новый адрес? Он не начнет досаждать вам?

Об этом Лара не успела подумать. Она вновь погрузилась в мрачные размышления.

— Не думаю.

— А что дало ему повод надеяться на ваше возвращение? — Голос Брайса звучал глухо и укоризненно. — Есть что-то, о чем вы мне не поведали?

Ей не хотелось обсуждать Роджера с этим человеком: ее жизнь — не его дело, но продолжать молчать было невежливо.

— Он не хотел развода, не мог понять, почему я ухожу. Он покупал мне красивые вещи, у нас великолепный уютный дом, мы устраивали вечеринки для его друзей, но мне хотелось иметь собственных друзей, высказывать собственные мысли. Я задыхалась, а ему было и невдомек.

— Досадно, что он испортил ваш отпуск, — заметил Брайс. — Вчера вечером вы немного оттаяли, а сегодня выглядите озабоченной, как в день нашего знакомства, снова возводите стену между собой и остальным миром, и я — с другой стороны.

Лара печально улыбнулась.

— Поверьте, я ценю вашу заботу и внимание, наслаждаюсь морем, ветром и солнцем.

Темная бровь вопросительно изогнулась.

— Это правда?

— Чистая правда.

— Как насчет ланча?

Лара посмотрела на водную гладь.

— И где вы предлагаете поесть?

Улыбка его потеплела.

— Можем заехать в «Дойлес», что в заливе Ватсонса, там подают рыбу с жареным картофелем. Или бросим якорь и пообедаем прямо здесь. В каюте есть корзина со снедью.

— Пикник мне по душе, — решила Лара, — теперь компания Брайса ее вполне устраивала.

— Вы больше меня не боитесь?

Серые глаза сузились.

— Я вела себя глупо, — произнесла девушка с виноватой улыбкой. — Сразу надо было понять разницу.

Из холодильника были извлечены толстые ломти ветчины, куски цыпленка, салаты, сыр, вино и булочки, а на десерт — манго, сливы, бананы и йогурты. Слишком большой ассортимент для двоих.

Лара не переставала удивляться.

— Вы вызываете восхищение.

— Я всегда старался бы вызывать у вас это чувство, если бы вы были со мной, — серьезно заметил Брайс. — И никогда бы не обращался с вами как с имуществом.

Его глаза смотрели строго и торжественно.

Пальцы Лары крепче стиснули бокал. Она осушила его одним глотком.

Брайс тут же снова наполнил ей бокал, затем себе, и они застыли, глядя друг на друга. Мимо прошел теплоход, с борта их приветствовали криками и флажками — казалось, с хозяином катера знакомы многие, — но это не нарушило их немого диалога.

— Вы не думаете возвращаться к Роджеру? — наконец спросил Брайс.

— Господи, нет! — воскликнула она. — Это самое последнее, чего бы мне хотелось.

Пора было двигаться к берегу. Брайс поднял якорь, но, когда он повернул ключ в замке зажигания, мотор взревел и заглох.

Интересно, похож мотор автомобиля на мотор катера, подумала Лара и тут же себя одернула: опять Роджер. Почему она никак не может выкинуть его из головы? Конечно, это из-за телефонного звонка — пока она не позвонит матери и не узнает точно, что он сказал, не успокоится.

Лара наблюдала, как Брайс поднял крышку мотора, раскрутил провода, затем скрутил их обратно. Действия были сосредоточенные, без суеты, работал знающий свое дело мастер. Когда двигатель вернулся к жизни, Брайс удовлетворенно хмыкнул.

— Что сломалось? — спросила девушка.

— Подозреваю, что помпа для масла, не первый раз барахлит. Лучше пришвартоваться к берегу и проверить насос.

Берег был застроен частными домами. Это были огромные, тщательно огороженные особняки стоимостью в миллионы долларов, с роскошными садами, террасами спускающимися к воде.

— Я не вижу, где бы мы могли пришвартовать катер.