Перечеркнуть прошлое - Маргарет Майо

— Благодарю вас, — произнесла девушка с подчеркнутой вежливостью. — Что значит, еще не закончили? Разве вы что-то начинали?

— Хелен хочет, чтобы мы стали друзьями. Уверенная улыбка вновь озарила его лицо. Было бы несправедливо разочаровывать ее…

Теперь наступила очередь Лары вскинуть в изумлении брови.

— Моя тетя может желать все, что ей угодно, друзей себе я выбираю сама.

— Разумеется!

— Тогда как?..

— Ваша тетя считает, что настало время подыскать мне подходящую жену.

— И подозреваю, она думает, что я должна найти себе другого мужа, — сдержанно добавила Лара.

Они дружно рассмеялись.

— Полагаю, мы, по меньшей мере должны притвориться, что понравились друг другу, — громко зашептал Брайс, озорно блеснув глазами.

— Но только на сегодняшний вечер, — согласилась девушка.

Брайс закивал головой.

— Прогуляемся по саду?

Он галантно согнул руку, и после секундного колебания Лара оперлась на нее.

В чернильной темноте ночи они были блуждающими душами — вокруг звучали музыка, голоса, смех, но они не видели никого, и никто не видел их.

Без предупреждения Брайс обнял свою спутницу, и Лара, к своему ужасу, почувствовала немедленный отклик своего тела. Задрожали руки, участился пульс…

Впрочем, Брайс Келлерман ошибается, если думает, что она позволит себя поцеловать.

— Это что, типичное приветствие для жителей Австралийского континента? — спросила она, отстранившись. — Я даже не подозревала, что полагается падать в объятия первому встречному.

— Приношу свои извинения. — Брайс сдержанно наклонил голову. — Давайте присядем здесь, и вы поведаете мне историю о парне, разрушившем вашу жизнь. — Он подвел свою спутницу к скамейке. — Достойный человек не покинул бы такую прекрасную женщину.

Какая утонченная лесть! Ларе захотелось пнуть его ногой.

— На самом деле это я его оставила, — сухо заметила девушка: ей не хотелось говорить о Роджере.

— Как долго вы были замужем?

— Три года.

— И какой он?

Лара кинула на собеседника мрачный взгляд.

— К чему эти разговоры?

— В целях психотерапии. Выясним ваши проблемы.

Глаза у нее полыхнули.

— У меня нет проблем. За исключением того, что вы задаете вопросы, на которые я не желаю отвечать.

Слабая улыбка смягчила жесткие черты, придала взгляду понимающее и приветливое выражение.

— В том-то и дело, Лара, вы сдерживаете обиду, боль. Разговор поможет излить накипевшее. Как долго вы в разводе?

— Около четырех месяцев.

— И рана все еще тревожит?

Лара кивнула. Она, не желая видеть сочувствие в его глазах, даже не взглянула в его сторону, мысленно возвращаясь в тот день, когда заявила школьным друзьям, что выйдет замуж только за богача.

Младшая из пятерых детей матери-одиночки, Лара не понаслышке знала, что такое бедность, и знала, что это не для нее.

Окончив школу с отличными результатами, она быстро нашла работу в пиар-компании, и там ее взгляд упал на молодого Леннокса.

Роджер владел этой компанией, в его карманах водились деньги, и он не был ей неприятен. Проблема заключалась в том, что он знал свои сильные стороны. В его распоряжении находилась любая сотрудница, достигшая брачного возраста и млевшая при его появлении, и он использовал свое положение на полную катушку. Лара подозревала, что должна будет сделать нечто выдающееся, чтобы завладеть его вниманием.

И однажды шанс выпал.

Она пересекала стоянку и увидела, что ее работодатель сидит в длинном низком автомобиле с откидным верхом и вид у него несколько растерянный.

— Добрый вечер, мистер Леннокс, — бодро прощебетала Лара.

— О да, добрый вечер, — отозвался Леннокс.

Он был смущен и рассержен: шикарная машина по каким-то причинам не желала заводиться.

— Могу я помочь?

У Роджера были светлые волосы и голубые глаза. Некоторые представительницы слабого пола сравнивали его с греческим богом. Сейчас эти самые голубые глаза презрительно ее изучали.

— Вы? Женщина?

— Мой пол не мешает мне разбираться в автомобилях, — бросила она в ответ. Единственная сестра четырех братьев, Лара провела много часов в гаражах и на улицах, наблюдая, как мальчишки разбирали и собирали моторы, карбюраторы, и не раз сама принимала в этом участие.

Роджер Леннокс насупился.

— Вы это серьезно?

— Конечно. Откройте капот.

Лара и подумать не смела, что босс так легко отзовется на ее слова, но удивительно, он послушался, хотя складка между бровей стала глубже, продемонстрировав внутреннее сомнение.

Затем он вышел из машины, внимательно наблюдая за действиями подчиненной, и, когда его бедро прижалось к ее ноге, волна мужской сексуальности накрыла ее с головой. Как раз об этом грезила каждая вторая девушка в компании.

— Вы уверены в том, что делаете?

— Иначе я бы не предложила помощь. — Лара старалась говорить непринужденно, однако это было нелегко. Сердце бешено колотилось, кроме того, Леннокс являлся важной частью ее плана под названием «Долой бедность». Когда она проверяла провода, руки у нее тряслись. — Попробуйте еще раз завести машину. — Осипший голос выдал волнение, и она скрестила пальцы в надежде, что двигатель заведется.

Машина заработала, едва ключ повернулся в замке. Роджер застыл в удивлении.

— Что вы сделали?

Было ясно, что он никогда в жизни не притрагивался к автомобильному двигателю.

Пара пожала плечами.

— Распределитель зажигания дал сбой.

— Я поражен, никогда бы не подумал, что женщины разбираются в таких вещах. Разрешите мне подвезти вас до дома, это самое меньшее, чем я могу вас отблагодарить.

Триумф опьяняет. Она не смогла бы срежиссировать ситуацию лучше, так все удачно сложилось.

Девушка захлопнула капот, вытерла руки куском ткани и скользнула в машину…

— Где вы витаете?

Густой голос Брайса Келлермана вывел ее из задумчивости.

Сижу рядом с мужчиной и разрушаю свою жизнь.

На следующий день Роджер Леннокс прислал ей цветы, чем произвел в офисе настоящий фурор. Воспитанная Лара пошла поблагодарить, он, недолго думая, попросил о свидании, и восемь месяцев спустя они поженились.

Она достигла своей цели.

— Я думала о Роджере, — задумчиво произнесла Лара, — о первом дне нашего знакомства.

— А!

— Я думала, что встретила мужчину своей мечты.

— Любовь с первого взгляда?

Едва ли, банковский счет Роджера интересовал ее тогда куда больше, но она ни за что не призналась бы сейчас в этом — слишком неловко.