Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

Мне хочется задать Юсупову множество вопросов. Например, о том, как надолго я здесь? Могу ли я увидеть тело брата и нормально его похоронить? А ещё почему он меня спас? Неужели сжалился?

Похоже, детская мечта шестилетней девочки выйти замуж за взрослого друга моего брата осуществилась. Помню, как хвастала подругам по интернату, что однажды Давид станет моим женихом и возьмет меня в жены. Вот только я даже не догадывалась какой ценой.

Ступаю окровавленными ступнями по чистому светлому полу, оставляя следы. Давид замечает кровь и немного хмурится.

- Сейчас помощница по дому обработает твои раны и даст одежду. А пока прими душ и приведи себя в порядок.

Я знаю, что ужасно выгляжу. Мои волосы спутались, а одежда пропиталась и воняет подвальной сыростью. Юсупову должно быть неприятно стоять рядом со мной.

- Хорошо, - произношу, когда она разворачивается, чтобы уйти. – Спасибо… спасибо, что спас меня, Давид.

Он ничего не отвечает и выходит в коридор.

Ванная комната, которая прилегает к моей спальне, по размеру напоминает нашу с Женькой квартиру. Огромная, светлая, с джакузи и просторной душевой кабинкой. При других обстоятельствах я с радостью попробовала бы понежиться в пене и с пузырьками, но сейчас у меня не осталось ни физических, ни моральных ресурсов, чтобы этого делать.

Подхожу к большому зеркалу в пол и с ужасом смотрю на своё отражение. Помимо непрезентабельного внешнего вида, первое, что бросается в глаза - это взгляд. Теперь он пустой и холодный, будто из меня вынули душу, выпотрошили всё живое. Я больше ничего не чувствую. Ни боли, ни сожаления. Мне всё равно, что будет со мной дальше.

Я осторожно снимаю с себя джинсы и кофту. Бросаю вещи на пол и стягиваю белье. Непроизвольно смотрю на себя в зеркало и до боли прикусываю губу. Моё тело сплошь усыпано синяками. На бедре виднеется огромный, размером с арбуз. А на внутренней стороне бедра много мелких и особенно гадких. Это следствие прикосновений амбала, когда он мял моё тело в надежде изнасиловать.

Я зажмуриваю глаза, чтобы не видеть себя. Хочу разбить зеркало, но вспоминаю, что не у себя дома, чтобы вести себя так вольно. Ступаю в душевую кабинку, регулирую напор воды и встаю под теплые струи, которые мощно бьют по телу, смывая с меня всю ту грязь, которая накопилась за вечер и ночь.

Вернувшись в комнату, я вижу на кровати аккуратно сложенную одежду. Это спальный комплект из коротких шорт и майки. Совсем новенький, ещё с биркой.

Снимаю с себя банное полотенце, которым обмотала тело и откладываю в сторону. В этот же момент слышу щелчок двери позади себя.

Я резко поворачиваюсь назад и вижу за спиной Юсупова. В висках громко пульсирует, а в горле пересыхает.

Не трогай меня. Пожалуйста, только не трогай меня.

К счастью, Давид даже не думает приближаться ко мне. Он слегка прищуривается и внимательно осматривает меня с головы и до ног, заставляя поёжиться. До того, как меня похитили, я считала своё тело красивым и даже соблазнительным. Аккуратная упругая грудь, тонкая талия и округлые бедра…  Раньше я с удовольствием занималась танцами, а сейчас же мне хотелось стать уродливее, чтобы больше никто не тронул и не обидел.

Юсупов же не станет требовать от меня интим за свое спасение? Только не сегодня и не завтра, прошу… Молюсь, чтобы обошлось без этого, потому что после пережитого я не смогу. Просто не смогу. Лучше умру, чем испытаю подобное ещё раз.

Я прикрываю грудь ладонями, но от пристального разглядывания Давида мне не скрыться. Лицо заливается краской, а по коже пробегает табун мурашек.

- Завтра пришлю к тебе доктора, - произносит Юсупов минутой погодя.

Из груди вырывается громкий выдох. Я хочу спросить его, зачем он приходил ко мне, но дверь в комнату с грохотом закрывается.

Глава 6.

***

- Так больно? – спрашивает доктор, надавливая на здоровый синяк.

- Немного.

- А здесь?

- Нет, не болит, - отвечаю равнодушным голосом.

Утро оказалось ещё более омерзительным, чем ночь. Мне не хотелось открывать глаза, не хотелось просыпаться в этот мир. Только требовательный стук в дверь заставил меня подняться и открыть. Как и обещал, Давид прислал доктора.

- Катя, а теперь разденьтесь полностью, - мягко произносит женщина. – Мне нужно вас осмотреть.

Я понимаю на что она намекает, поэтому отрицательно мотаю головой.

- Ничего не было. Я не стану раздеваться, извините.

Она косится на дверь. Наверное боится, что ей перепадёт от Юсупова за то, что не полностью меня осмотрела, но ведь и правда ничего не было, кроме душевных истязаний. Тело почти не болело. Жгло где-то в области груди, мешая нормально жить, дышать и говорить.

- Хорошо, - сдается доктор. – Если Вы настаиваете, Катя, то не раздевайтесь.

После тщательного осмотра ссадин и гематом доктор достает из чемоданчика заживляющую мазь и таблетки. Обещает, что через три дня отёки сойдут, если я буду следовать её рекомендациям.

Когда она уходит я с чистой совестью забираюсь обратно в кровать и накрываюсь одеялом с головой в надежде поспать. Веки постепенно слипаются, но уснуть мне не удается. Ко мне вновь стучат.

На пороге показывается девушка в белоснежном переднике и с собранными в гладкий пучок волосами. Это домработница и вчера именно она обрабатывала мои ссадины на ступнях, доставала оттуда осколки и вымывала грязь. Руки девушки дрожали, потому что она боялась сделать мне больно.

- Доброе утро, - приветливо здоровается и ставит на кровать пакеты с наименованиями известных брендов.

В другой раз я бы обязательно испытала восторг и ликование, но сейчас киваю в знак благодарности и хочу, чтобы меня поскорее оставили одну.

- Давид Ильдарович приказал, чтобы я накормила вас, - произносит домработница и не спешит уходить.

Она молодая и работает здесь на пару с матерью. Об этом