Сердце знает - Кэтлин Игл

указал на мальчугана в фуфайке с надписью «Minneapolis Mavericks». Это было название клуба Национальной Баскетбольной Лиги, за который Риз когда-то играл. — Мой внук. Хотел с тобой познакомиться.

Риз обменялся с мальчишкой рукопожатием, а затем присел на корточки, внимательно стал слушать, словно в этой комнате никого, кроме них, не было. Ребенок что-то рассказывал, размахивая при этом руками, и Риз слушал внимательно, вникая в подробности. Хелен представила на месте этого мальчика Сидни, как он разводит худые руки, показывая, какую огромную рыбину поймал или какой дальний пас отдал.

Риз поднял глаза и заметил, что она улыбается. Она быстро отвернулась. Понимала, до чего глупое выражение у нее на лице, и какие сентиментальные мысли у нее в голове, а ничего такого она себе сейчас не может позволить. Просто встретить его, даже после стольких лет, было достаточно рискованно, но видеть, насколько открыт он детским интересам, как, благодаря общению с ним, лицо мальчишки сияет, невыносимо. О, Господи. Прежде у нее и в мыслях не было встретиться с ним, по крайней мере, пока Сидни не станет старше. Дед ее сына — да, даже дядя — ладно, но отец — это не входило в ее планы.

Теплая улыбка Риза растопила ледяной осколок вины, который — она готова поклясться — акушер зашил ей в живот, когда делал кесарево сечение. Наверно, был баскетбольным болельщиком. Болельщиком человека, рядом с которым она сейчас стояла. Потому что подслушивает. А он поймал ее за этим.

— Как лепешки? Такие же вкусные, как когда-то?

— Почти.

— Мне тоже вкусно. Почти. Говорят, назад, даже домой, возврата нет. — Он взял лепешку с подноса, разломил ее на две части и предложил одну половину ей. — Как ты думаешь, это правда?

— Не всегда. Мне кажется, это зависит от того, как долго тебя не было и где ты был. — Или, возможно, где ты был и что искал.

— Просто хотелось почувствовать себя дома. — Он откусил большой кусок лепешки. Она стала есть половину, которую он ей дал. Он проглотил и улыбнулся. — Нигде таких больше нет. А почему ты улыбалась, когда я разговаривал с ребенком?

— Просто забавно, до чего он был поражен, что разговаривает со звездой.

— Правда, это смешно? Я, наверное, уже доигрывал свой последний сезон, когда он был не в состоянии просто выговорить слово «баскетбол». Его дед и мой старик когда-то дружили.

— И в Совете они тоже были заодно, да?

— Когда-то. — Он махнул рукой с лепешкой, показывая, что это было очень давно.

— А у тебя… — Она сейчас готова была открыть свою тайну, понимала, что этого делать нельзя, но не могла остановиться, — дети есть?

Он отрицательно покачал головой.

— Не было времени ни на что такое. Ни жены, ни детей. А у тебя?

— У меня есть сын. Но с его отцом мы больше не живем. — Это прозвучало напыщенно и официально. Она стала скрытной, когда приняла решение стать следователем и бороться с преступностью в игровом бизнесе. Она преуспела в этом, хоть было трудно. Внимательный взгляд Риза волновал. — Он сейчас не со мной, мой сын, он далеко.

— Наверное, это тяжело.

— Я скучаю. Риз смотрел на нее с каким-то новым чувством. Сочувствие. Господи, только не это. Она изобразила счастливую улыбку.

— Сейчас он в летнем лагере. Ему там очень нравится. Он без ума от… — Если ты поймешь, то скажешь что-нибудь… — спорта.

— Сколько ему лет?

— Десять. — Она назвала возраст слишком поспешно, не задумываясь. Она переборщила. Хелен вновь прибегла к «необходимой» лжи. — Почти одиннадцать… На самом деле ему уже исполнилось двенадцать.

— Какие виды спорта ему нравятся?

— Все. Какие хочешь. Плаванье, хоккей, бейсбол, все, связанное с… Игрой. Игрой. — О, Господи, до чего он высокий. Смотрит ей в затылок. — И с лошадьми. Он обожает ездить верхом.

— Как его мать? А как насчет баскетбола?

— Все игровые виды спорта. Он любит… Ей не нравилось, какой ход принял их разговор, в то время как, в глубине души, ей не терпелось уйти куда-нибудь с этим мужчиной, рассказать ему все. Пора прекратить этот дурацкий разговор. Нельзя расслабляться. — Он подвижный мальчик.

— Это хорошо.

Она кивнула головой. Слова да, ты неплохо преуспел вертелись у на языке.

— Тебе приходится делить его с отцом? — Она опустила глаза и ничего не ответила, он тихо извинился. — Конечно, это не мое дело.

— Нет, не так. Я просто… Это сложно объяснить. — Похоже, всегда…

— Эй, Блу! — они были настолько поглощены разговором, что оба от этого окрика вздрогнули. Окликнул Риза полицейский резервации, остановившийся, чтобы взять с подноса сэндвич с колбасой.

Риз оглянулся в поисках Картера. — Я не знаю, где мой брат. Надо поговорить с этим парнем, но… — он коснулся локтя Хелен. — Я хочу, чтобы ты познакомилась с моей сестрой. Она где-то здесь. Не уходи.

Она осталась. Ей надо было выполнять задание. По существу, она воспользовалась его просьбой, как поводом, чтобы остаться неподалеку и слышать разговор. Услыхала она не все, но поняла, что водитель, сбивший его отца, все еще не найден, и что у полиции существует масса вопросов, но нет никаких ответов.

То были вопросы, которые ей уже задавали. В тот вечер, когда он погиб, она вышла из дома Роя около 10 часов. Она была последним человеком, который видел его живым. Она уже многое рассказала из последней беседы с Роем, объясняя полицейским, как они подружились со стариком, что ей нравилось его чувство юмора и его рассказы. Она чувствовала недоверие со стороны следователя. С какой стати молодая белая женщина будет заезжать к старому индейцу в 10 вечера, чтобы просто пообщаться? Он рассказывал ей разные истории? Странно, что после беседы он оказался мертвым.

Но и Бед-Ривер очень странное место. Необычное место, где люди живут, будто в тихой заводи, оторванные от цивилизации, где прозябают всю жизнь, еле сводя концы с концами. Правительства сменяли правительства, одна программа сменяла другую, но так и не сумели ничего изменить, только еще больше запутав проблемы, вызванные изоляцией и исторической несправедливостью. Затем неожиданно, как обещание новой жизни, на Востоке появился Закон об азартных играх на индейской территории. Вот она, новая возможность для нового дела, хотя, по словам Роя Блу Ская азартные игры не были чем-то новым для его народа. Вот только форма была новой. В виде игорного бизнеса в казино с громким названии «Pair-a-Dice-City».

Она хотела, чтобы он объяснил подробнее, но вместо объяснений он поведал притчу. Искать минусы — это ее работа. «Должно быть, он догадался» — подумала она, переведя взгляд