Охотник из Тени - Антон Демченко

Оказалось, что Т'мор попал в очень благополучное место… Для тех, у кого в кармане звенят деньги. Этот мир один из немногих, ведущих торговлю с несколькими соседними системами. Пока их не так уж много, ведь для открытия перехода нужна уйма энергии, и весьма высокий уровень развития некоторых наук. А ведь и то и другое требует бешеных затрат! Как поведала Кира, для создания одноразового «прокола», энергии нужно больше, чем выделяется при взрыве мощностью в сотню килотонн.

– Наш мир, один из немногих, где не только смогли теоретически обосновать теорию «прокола», но в силах воплотить эту теорию в жизнь. Причем, мы в состоянии открывать порталы регулярно. – Гордо задрала носик Кира, но тут же вздохнув, добавила, – правда, чаще мы пользуемся услугами риссов. Их индивидуальные порталы дешевле, хотя и не способны взять крупногабаритный груз… Уж не знаю, какие технологии они используют, но нашему миру такое пока и не снилось.

– И… Горес тоже открывает для вас переходы? – Уточнил Т'мор, и благодарно кивнул официанту, принесшему набранный Кирой на пульте заказ.

– Ну уж нет… Его услуги вышли бы дороже, чем организация прокола своими силами. – Усмехнулась Кира.

– Серьезно? Он настолько крут? – Хохотнул Т'мор, прихлебывая слабый травяной отвар, поставленный перед ним доктором.

– Настолько, это насколько? – Ехидно прищурилась Кира. – И вообще, ты меня спрашивал о моем мире или о кошаке Горесе?

– О твоем мире. – Смиренно согласился Т'мор, зевая. Встать из-за стола он уже был не в состоянии. Только и успел заметить, как округлились в испуге глаза Киры, и провалился в глубокий сон.

Вызванные с наручного компа, медики явились почти моментально. Пациента погрузили на каталку, и доставили в палату. Суматоха, поднявшаяся вокруг внезапно вырубившегося Т'мора, утихла лишь через полчаса. Хотя причин такого резкого изменения в его состоянии, врачи так и не доискались.

Спустя еще полчаса, в кабинете Киры раздался суматошный звон коммуникатора. Экран засветился, и девушка увидела на нем маленькое, но очень сердитое изображение Гореса, расхаживающего по роскошно отделанной комнате.

– Кира! Что случилось?! Где Т'мор? Почему Тиррел его не чует? – Раскатистый голос Гора ан-Рауда изобиловал рычащими нотами, говорившими о его сильном волнении. – Или он снова впал в кому?

– Чем орать на несчастную девушку поздним вечером, приехал бы к нему, да посмотрел сам! – Огрызнулась Кира.

– Что ж. Очевидно, именно так и придется поступить. Только учти, я настропалю посла явиться в клинику. Как думаешь, Вы сможете создать условия для малого церемониала встречи? – Ощерился Горес, и его глаза полыхнули багровым светом. Кира передернулась. Если этот… геномодифицированный придурок начинает вот так сверкать своими прожекторами, дело пахнет жареным. Как и всякий житель Оркана, девушка плохо разбиралась в сенсорных возможностях риссов, и ей было не понятно, что значит «чуять», в контексте Гореса, находящегося вместе со своим племянником за несколько сотен фарлонгов от клиники. Но то, что котоподобные перестают контролировать оттенок своих глаз, будучи в сильном волнении… или раздражении (а они редко разделяют эти два понятия), это знали все местные жители.

– Прекрати молоть чушь, Горес. И приезжай. – Кира подпустила в голос стальные нотки, надеясь не выдать своего внезапно возникшего иррационального страха перед приятелем. – У нас действительно произошло нечто странное.

– Что именно? – Рыкнул Горес.

– Т'мор заснул прямо за столом в кафетерии.

– Ты что, напоила его отваром медвянника? – Так же внезапно успокаиваясь, поинтересовался Горес.

– Н-ну, да. А как ты догадался? – Непонимающе нахмурилась Кира, и тут же захлопала ресницами. – Это что, у него как у тебя, аллергия на медвянку?!

– Не только у меня. У всех риссов на нее аллергия. Могла бы и сама догадаться. – Вздохнул Горес. – А вообще… Ты хоть не забыла, что он иномирянин? Если человек вырос на планете, где сила тяжести в два с половиной раза больше, чем на Оркане, и при этом у него не искореженная притяжением фигура, неужели не ясно, что метаболизм должен быть совершенно иным? Могла бы и додуматься, что может сделать с пареньком отвар, если его организм приспособлен к другому обмену веществ.

– Ты где таких умных слов нахватался? – Скривилась Кира.

– От племянника. – Фыркнул Горес. – Ладно, я приеду. Завтра, к восьми утра. И… Кира-а?

– А?

– Прости меня, а?

– За что? – Удивилась девушка.

– За истерику. – Комично хлюпнул носом Горес, состроив такую уморительную рожицу, что Кира не удержалась от смешка, и махнув рукой, хлопнула по клавише отбоя. Экран погас, и девушка отправилась спать.

Т'мор проснулся и понял, что давешняя кома была благом. Хотя бы потому, что находясь без сознания, он не страдал от жутчайшей головной боли, а на горло не давил этот дикий сушняк! Поморщившись, бедняга попытался открыть глаза. С некоторым трудом ему это удалось, а еще через пару секунд, кое-как сфокусировав зрение, он уже присосался к объемистой кружке, распространявшей вокруг себя аромат каких-то смутно знакомых трав и ягод. К удивлению Т'мора, симптомы похмелья почти тут же пропали, и он обвел палату повеселевшим взглядом. Словно дождавшись, когда он придет в себя, тихонько скрипнула дверь, и на пороге появился Горес. Хмыкнул, склонив голову к плечу, бросил взгляд на Тимма и, неожиданно расплывшись в задорной улыбке, неуловимым движением скользнул вперед. Мгновение, и огромный когтистый рисс возвышается у кровати «больного».

– Подъем, друг мой. Сегодня, ты покидаешь эту обитель печали! – Возопил громоподобным голосом, Горес.

– И куда я ее покидаю? – Поинтересовался Тимм.

– Пока в наше посольство, а там посмотрим. – Пожал плечами Горес, и захлопал в ладоши. – Одевайся, давай. Мобиль уже ждет!

– Не понял… – Помотал головой Тимм, но послушно начал одеваться. Правда, вместо своих привычных шмоток, ему пришлось напялить нечто, напоминающее просторную легкую пижаму… По-крайней мере, эта одежда больше всего походила на таковую, виденную Тиммом в букваре обучающего шара.

Попрощавшись с Кирой, Тимм уважительно глянул на припаркованный у входа в клинику черный длиннющий агрегат с двумя черными же флажками на капоте, и с опаской забрался внутрь. Следом за ним, послав на прощание Кире воздушный поцелуй, в салон забрался и Горес. Массивная дверь с мягким чмоком влипла в корпус, отделяя пассажиров от внешнего мира, и мобиль, плавно ускорившись вылетел на трассу.

– И зачем ты тащишь меня в ваше посольство? – Наконец поинтересовался Тимм.

– Хм-м. Видишь ли… Тут такое дело… Когда мы уходили из Свободного Города… в общем, если бы ты не отпихнул меня в сторону, я скорее всего был бы уже мертв. Игломет такая штука… Так что я тебе жизнью обязан, Т'мор. – Помявшись, тихо проговорил Горес, и не давая Тимму себя перебить, продолжил, – я понимаю, у нас был договор, что я доставлю тебя на Оркан, не больше… Но… У меня есть другое предложение. Ты волен его принять, или отказаться…

– Какое предложение? – Вздрогнул Тимм.

– Э-эх, – Горес взъерошил ладонью волосы. – Не умею, как Тиррел высокопарно выражаться…

– Гор, не тяни кота за… – Вздохнул Тимм, и тут же оборвав сам себя, глянул на рисса. – Извини.

– Да, ерунда. – Отмахнулся тот, и наконец сформулировал. – Т'мор, я благодарен тебе, и одним «спасибо» мне не отделаться. Я предлагаю тебе стать моим побратимом, и войти в клан Рауд, полноправным защитником.

Тимм молча протянул руку для пожатия, и Горес радостно ухмыльнувшись, тут же полоснул по ладони своими острейшими когтями. Пока Тимм охреневал от такого поворота, рисс молниеносным движением проделал тоже самое со своей рукой, и только после этого пожал ею сочащуюся кровью конечность приятеля.

Поняв, что это был всего лишь ритуал, Тимм хмыкнул, и выудив из предусмотрительно вытащенной Горесом коробки, салфетку, промокнул ею ладонь.

– Слушай, Горес…

– Не Горес. – Перебил Тимма, рисс. – Гор ан-Рауд гардэно’Шаэр-и-Нилл. Это полное имя.

– Ага. – Кивнул парень. – Так вот, Гор. Ответь на вопрос. Побратим – это мне понятно, когда-то и у нас такое было. Давно, правда. А вот что за клан и защитники?

– Хм. В нашем мире, Т'мор, риссы всего лишь одна из существующих рас. У нас есть свое государство – Шаэр. Правит им Князь князей, или на темном наречии – Тсар гардэно’Шаэр. Помимо него, есть просто князья – аэн, они правят Высокими Домами. Каждый Высокий Дом в свою очередь, включает в себя несколько кланов, главы которых, входят в Совет Дома. Каждый клан, это семья. Все члены семьи зовутся защитниками. Кстати, теперь это и к тебе относится.

– И как же меня теперь зовут? – Поинтересовался Тимм.

– Т'мор гардэно’Рауд Шаэр-и-Нилл. – Без запинки ответил Гор, и Тимм схватился за голову.