Темные тропы - Андрей Васильевич Саломатов

– Пришел в себя? – нервничая, она чуть не разодрала сигаретную пачку пополам.

– Да, – ответил Сергей, всем своим видом утверждая обратное.

– Тогда слушай. – Прикурив, Лена выпустила ему в лицо струю дыма и, озираясь, заговорила: – Раз уж так получилось, сейчас ты возьмешь такси и быстро смотаешься домой за документами. Только очень быстро, пока они не нашли этого… – Лена умышленно не назвала жертву по имени, даже не подозревая, что в основе подобного умолчания лежит языческое табу наших первобытных предков.

– Домой я не поеду, – отстранился от нее Калистратов. – Может, они вперед меня доберутся. И где я потом найду тебя?

– Идиот, сейчас нужно думать о другом! – От возмущения Лена постучала кулаком по стене. – Ты что, совсем ничего не понимаешь?

– Все равно нам нужны другие паспорта, – вдруг осенило Сергея. – С этими нельзя никуда соваться, сразу возьмут. Поехали к Антону. О нем же никто не знает. У него можно даже жить.

– Жить у твоего единственного друга?! – Лена схватилась за голову и в отчаянии зашептала: – Какой же ты дурак! Из-за тебя мы засветились! Теперь из-за тебя нас посадят! Я очень прошу, поезжай пока не поздно. Возьмешь документы, спрячься у кого-нибудь из новых знакомых. Только не в Москве и не у родственников, потому что искать будут везде. Поживи за городом недели две, а потом я тебя найду.

– Как? – спросил Калистратов, пытаясь отыскать в распоряжении Лены хоть какую-то логику. – Если ты не будешь знать, где я прячусь, как ты меня найдешь?

– Ровно через две недели утром встречаемся в Серпухове на вокзале, – едва сдерживая раздражение, ответила Лена. – Я буду ждать тебя в восемь утра.

– Почему в Серпухове? – ничего не понимая, спросил Сергей.

– У нас нет времени стоять здесь и болтать, – потеряв терпение, выкрикнула Лена. Затем, испугавшись собственного крика, она посмотрела на окна ближайшего дома и тихо добавила: – Скорее всего, нас уже ищут.

– Подожди, – забеспокоился Калистратов. – Мы договорились встретиться у Антона. Пока они о нем что-то узнают, пройдет неделя. Поехали к нему, заберем свою долю. Мы успеем.

– Тебе не надо туда ехать, – чеканя слова, медленно проговорила Лена, и Сергей впервые почувствовал, как она его ненавидит. – Сам виноват. Из-за тебя у меня больше нет дома. Из-за твоей трусости я должна скрываться. А если тебя поймают, ты сдашь меня на первом же допросе.

– Ты что, совсем сдурела? – испугался Калистратов. – Почему мне не надо…

Сергей заметил скользящее движение руки Лены лишь в самый последний момент. Он инстинктивно отшатнулся, но не додумался отскочить или хотя бы отвернуться. В полуметре от его лица возник злополучный газовый баллончик, и за кратчайший промежуток времени, пока головка баллончика опускалась вниз, Сергей успел задержать дыхание и вскинуть руки. Но газ все же попал в глаза. Увертываясь от второй порции, Калистратов закрутился на месте, жалобно застонал, однако не потерял сознания и даже сумел быстро сообразить, что Лена не отстанет, пока он не упадет. Ей нужно было не ослепить его, а надежно уложить хотя бы на полчаса. Этого времени было достаточно для того, чтобы доехать на такси до Антона, забрать две трети украденных денег и исчезнуть.

Глаза жгло так, словно в них плеснули серной кислоты. По щекам Сергея в два ручья катились слезы, а в голове, будто паровой молот, бухало: «Сволочь! Сволочь! Сволочь!» Калистратов попытался извернуться и лягнуть жену, но сослепу промазал и лишь еще больше разъярил ее. Лена вдруг со всей силой, на какую была способна, ударила его ногой в пах, и Сергей, громко охнув, привалился спиной к стене. От невыносимой боли воздух застрял у него в легких. Он абсолютно ничего не видел и только догадывался, что Лена стоит рядом и готовится его добить.

Между первым и вторым ударами прошло не больше двух секунд, но Калистратову они показались вечностью, и всю эту вечность он с животным ужасом ожидал самого страшного. Задыхаясь от боли, Сергей подумал о собственной смерти, о том, что совершенно не готов к ней, боится ее до обморочного состояния. И когда после чувствительной оплеухи он не удержался на ногах и начал заваливаться на бок, Лена вновь пустила в ход газовый баллончик.

Проваливаясь в черную бездну, Калистратов как сквозь толстое ватное одеяло почувствовал удар в живот, затем еще один, и откуда-то издалека до него донесся едва слышный голос жены:

– Дурак, скажи спасибо…

Очнулся Сергей от того, что кто-то настойчиво тянул его за рукав и нечленораздельно бормотал. Первой его мыслью была: «жив», но глаза невозможно было открыть, легкие саднило так, что дышать приходилось очень маленькими глоточками. Попытка набрать полную грудь воздуха чуть не отправила его на тот свет – в легкие словно воткнули кол, а в голове снова воцарилась обморочная мгла.

Придя в себя во второй раз, Калистратов заплакал от обиды и боли. Он не видел, кто пытается привести его в чувство, но был уверен, что милиция. Эта убежденность основывалась на воспоминаниях о недавних событиях: он убил человека, и, естественно, его пришли арестовывать.

Некто попытался приподнять Сергея и прислонить спиной к стене. Эта небольшая встряска вернула ему слух, и Калистратов наконец разобрал хрипловатый и какой-то веселый голос:

– Мужик… Слышь, мужик, нажрался, что ли? Или стукнули?

– Стукнули, – одними губами ответил Сергей, но некто услышал его и обрадованно в самое ухо гаркнул:

– Чем тебе помочь-то?

– Подожди, – медленно возвращаясь на этот свет, ответил Калистратов. Участие незнакомца, от которого разило перегаром и табаком, придало ему сил. Ему стало ясно, что он все еще на свободе, а память вернула и последнюю сцену расставания с женой. – Друг, – с трудом прохрипел Сергей. – Помоги дойти до подъезда.

– Ты местный, что ли? – спросил благодетель.

– Нет. В любой подъезд. Отсижусь – уйду. Валяться… здесь…

– За что тебя стукнули? – поинтересовался спаситель, просовывая руки Калистратову под мышки. – Деньги, что ли, забрали?

– Кто? – испугался Сергей.