Мама из ниоткуда (СИ) - Гринберга Оксана

От былого великолепия остался лишь потрескавшийся мрамор ступеней, пустые глазницы заброшенных зданий и еще… воспоминания — когда-то Кайвин всей душой любил родной город.

«Я рад, друг мой, что ты тоже осознал всю бессмысленность нашей миссии в ее самом начале, и нам не придется мучительно преодолевать пустыню, чтобы погибнуть во свете лет…» — затянул старую песню Рийвин.

Но Кайвин снова на него рыкнул, завив, что тот давно уже умер. Причем, еще несколько столетий назад, так что жаловаться на свою погибель нет никакого смысла.

«Крылья!» — возвестил Кайвин.

«Я тоже заметил, что у нас их нет», — со вздохом согласился Рийвин.

«Раз их нет, то мы их отрастим. Боги послали нас исполнить миссию, значит, Они дали нам достаточно сил и умений, чтобы это сделать».

«Но как?! Как можно отрастить крылья, если их нет?!»

«Постарайся воззвать к свой сущности, к своему внутреннему дракону. Он должен откликнутся», — заявил на это Кайвин, после чего попытался воззвать к своему.

Но тот молчал.

Спал или же не мог поверить в собственное воскрешение, давно уже пав в бою под этими самыми стенами, когда на них напали воинственные племена гиккоров. Врагов все-таки удалось уничтожить — Кайвин при пробуждении получил в Дар память предков и потомков, — но это послужило началом заката Тал-Кайеша.

Неожиданно спина зачесалась, и Кайвин повернул голову, с удовлетворением заметив, как у него прорезаются, распахиваясь, темно-синие крылья.

Оказалось, Рийвин тоже не зевал. За его спиной выросли крылья, но почему-то стрекозиные, с голубой переливающейся каймой.

«Что это такое?!» — нахмурился Кайвин.

«Крылья», — тут же отозвался вполне довольный собой Рийвин.

«Но почему они такие?! В тебе нет ничего от дракона!»

«Если можно отрастить любые, то почему они должны быть обычными?» — поинтересовался Рийвин, и Кайвин, не выдержав, застонал.

«Кем ты был раньше? — устало спросил воин Кайвин, когда-то командовавший Небесной Сотней — так назывался его бесстрашный крылатый отряд. — До того, как ты упокоился одесную Богов на несколько столетий, пока не заслужил великую честь стать Хранителем, чтобы приготовить возвращение драконов в этот мир?!»

Почему Боги даровали эту часть именно Рийвину, Кайвин терялся в догадках. Но у него не было ни единого сомнения в том, почему он заслужил подобную честь.

«Художником, поэтом и певцом, — отозвался Рийвин, с удовольствием рассматривая свои глупые стрекозиные крылья. — Сейчас как раз вспомню кое-что из своих песен…» — и его глаза вновь затянулись белесой пленкой.

«Только попробуй! — рявкнул на него Кайвин. — Только попробуй запеть, и я лично упокою тебя на ближайшую тысячу лет! И не посмотрю, что Они выбрали тебя в Хранители!»

Боги, за что Вы послали ему такое наказание?!

Рийвин понятливо заткнулся, постаравшись отгородиться ментальной стеной, после чего принялся негромко напевать у себя в голове. Но мысленная связь у Хранителей была слишком сильна, так что Кайвину все было прекрасно слышно.

И этот мотив… Этот проклятый мотив отзывался у него в голове странными нотами, бередя воспоминания о прошлой жизни.

«Полетели!» — рявкнул он на Рийвина, понадеявшись, что тот на стрекозиных крыльях останется далеко позади вместе со своей глупой, трогавшей душу песней.

Расправил свои, драконьи, затем отрастил их еще чуть длиннее, шире и мощнее — радовался, что такое ему подвластно. Наконец, поднялся в воздух, окруженный миллиардом песчинок, из-за чего ему пришлось ненадолго закрыть глаза.

Но он знал, интуитивно чувствовал направление, в котором им нужно двигаться.

Взлетая над Драконьими Садами, он также хорошо слышал биение сердца человеческого ребенка.

На эту девочку возлагалось много надежд, и именно ее с глупцом-песенником Рийвином им нужно будет защищать до момента, пока она не осознает свою магию и не войдет в полную силу.

До ее совершеннолетия.

…Наконец, Рийвин вырвался из песчаного плена, поднявшись над мраморными стенами великого Тал-Кайеша. Но оказалось, что Рийвин успел подняться не только выше его, но еще и обогнать на несколько корпусов.

На своих-то стрекозиных крыльях!..

Взревев, Кайвин остервенело замахал драконьими, пока они не поравнялись и не полетели друг подле друга. Их путь лежал через пустыню, залитую молочно-белым светом, — проклятием Изгнанных Богов, — на северо-восток континента.

Глава 2

Вынырнув, я со свистом втянула холодный воздух, и тут же закашляла, освобождая легкие от лишней воды. Заморгала, не понимая, что происходит и почему мои глаза залиты чем-то едким и темным, мешавшим рассмотреть, где я очутилась.

Но пусть зрение меня подводило, зато со слухом все оказалось в полном порядке. Со всех сторон доносился звук, показавшийся мне до невозможности странным — мне слышался бесконечный рокот воды, на большой скорости огибавшей камни и тянувшей меня за собой.

Тут зрение наконец-таки вернулось, и я осознала, что нахожусь посреди этого самого потока, в котором не было ничего похожего на теплое море. Вода оказалась не только ледяной, но еще и бурого цвета, словно я ненароком угодила в грязевой поток.

И этот поток нес меня вдоль каменистых берегов, поросших редкой травой и хилыми деревцами, а чуть дальше, за тонкой полоской суши, вздымались серые, потрескавшиеся от времени скалы.

Течение в горной реке оказалось настолько сильным, что оно крутило меня в разные стороны, и я с трудом могла удержаться на плаву. К тому же, время от времени вблизи меня оказывались большие круглые валуны. Каким-то чудом мне удавалось избегать столкновений, но я терялась в догадках, как долго продлится мое везение.

И еще, я понятия не имела, каким образом здесь очутилась, и куда пропали светлые корпуса отеля и белоснежный песок ухоженного берега. Большой курортный город на берегу моря — от него не осталось ни следа!..

Не было никаких признаков цивилизации — лишь серые скалы, голубое в разрывах облаков небо и та самая горная река, из которой я всеми силами пыталась выбраться. Гребла, стараясь преодолеть течение, а деятельный мозг лихорадочно подыскивал хоть какое-либо разумное объяснение произошедшему.

Допустим, та волна смыла все вокруг и выкинула меня… В горах?! Но как, если до них от побережья было несколько десятков километров?! Не могло же меня утащить так далеко?

Но даже если и смогло, хотя здравый смысл отказывался в это верить, то почему я очутилась в горной реке одна?! Куда пропали люди, машины, обломки зданий?!

Ответов не было, да и на берег у меня выбраться пока еще не получалось. Течение оказалось быстрее и сильнее, чем я думала. У тому же, ледяная вода постепенно делала свое дело — руки и ноги немели, и с каждым разом мне становилось все сложнее делать гребки.

Тут в плечо что-то ударило. Оказалось, позади меня крутился вырванный с корнями ствол хилой березы. Вцепившись в него, я попыталась возрадоваться, как неожиданно неподалеку от меня — метрах так в трех, — вынырнула маленькая головка.

Только что никого в потоке не было, а тут…

— Мама! — выдохнула темноволосая девочка. — Мамочка!..

Я уставилась на нее в полнейшем ужасе, потому что в следующую секунду ребенок ушел под воду. Ненадолго — я оттолкнулась от спасительного дерева и ринулась за девочкой, позабыв о том, как несколько секунд назад размышляла, насколько мне тяжело грести против течения.

Сейчас я боролась с ним с отчаянной решимостью, хотя явно ему проигрывала.

Опять повезло — я зацепилась за что-то ногами. Почувствовала дно — оказалось, река в этом месте обмелела; протащила меня по камням, стесывая колени. Именно в этот момент, наплевав на боль, мне все-таки удалось подняться.

Правда, уже в следующую секунду поток снова снес меня с ног, но этого хватило, чтобы ринуться вперед и выловить перепуганную девочку из воды. Похоже, ребенок наглотался воды — девочка закашляла, но она была жива…