Синева осенних вечеров - Марк Гроссман

МОГИЛА ТАНКИСТОВ

На берегу морском, в тумане,Не на земле своих отцов,Пилотки сняв, однополчанеПохоронили трех бойцов.Чтоб им не тосковать в могиле.Вдали от милых мест родных,На холм машину водрузили,В которой смерть застигла их.Волна метаться не устала,И лбами бури бьют в гранит,Но танк уральского закала,Как часовой, их сон хранит.…Мы помним берег дальний, синий,Гуденье гневного огня.

Спокойно спите на чужбине:Над вами — Родины броня!

Берег Балтийского моря, 1945

ЕЩЕ В ХОДУ ШТАБНЫЕ КАРТЫ

Еще в ходу штабные карты,Еще в упор стреляет враг,Еще трещит, дымя, Тиргартен,И огрызается рейхстаг.Еще багровыми хвостамиМетут «катюши» вдоль реки,И зависают над мостами,Бомбя в упор, штурмовики.Еще врага мы сталью кроем,Но видим ясно в этот час —Урал весеннею порою,Где матери заждались нас.Не взрывы видим, а могучийОтсвет литейного двора,И те заводы, где на случайКуют оружье мастера.

Берлин, 1945

В БЕРЛИНЕ 9 МАЯ 1945 ГОДА

Течет молчанье в темень ям,Луна чадит над черным дымомПоют волжане под баянО чем-то милом и знакомом.Сидят солдаты у воды,С чужою ночью песней споря.Они пришли в Берлин, седыОт пыли, пороха и горя.Летит с дубового древкаКрыло простреленного флага.Чужая корчится рекаЗа грубой глыбою рейхстага.Душа уж дома, не в боях.В ознобе города громада.

…Как будто, зубы сжав, баянХрипит о камнях Сталинграда.

Берлин, 1945

ПО УСТАВУ, БЕЗ УСТАВА

По уставу, без устава,Без вины и по винеВ три кнута судьба хлесталаНас, бывало, на войне.Гнев, обиды, непогода,Мины, бомбы, боль и злость —За четыре горьких годаМного всякого стряслось:Похоронки и блокада,Волги долгие деньки,И японского микадоПограничные полки,Сны пустые о постели,Свист осколков у виска,Подмосковного бездельяГоспитальная тоска,Метки разные на кожеОт плеча и до плеча.…Ну и что же? Ну и что же?А зато победа чья?!

1945

ВИДНО, ТАК СУДЬБА СВЯЗАЛА НАС

Видно, так судьба связала нас,Что вовек не смогут позабытьсяВ черноте ночей Новочеркасск,Черная Цимлянская станица.Может статься, свидимся с тобойНа вокзале южном или в чайной,Сдавлены домами и толпой,Встречей оглушенные случайной.Погляжу в лазурные глаза —Вспять начнут раскручиваться годы:На Одессу рушится гроза.Море погребает пароходы.«Мессера» шатаются ордой,У врага веселая охота:Остывают люди под водой —Молодая мертвая пехота.Вспомню время, рвавшееся в стих,И, благословляя эту встречу,На костре волос твоих густыхПепел остывающий замечу.И, прощаясь, может, навсегда,Буду благодарен среди гула,Что былые вызвала года,На минуту молодость вернула.

1946

ВСЕ СТАРШЕ ПОБЕДНЫЕ ДАТЫ

Все старше победные даты.Вдали затерялся твой след.Давно отшагали солдатыБоями тревог и побед.Давно в непроглядном туманеПростились мы в день ледяной,И зимы сплошных расставанийОсыпали нас сединой.Но все ж я навек благодаренРоссии в тревожном году,Что был мне как сыну подаренСвой номер в солдатском ряду,Что пуля, лопата, палаткаВ походе хранили меня,Что жил я со всеми несладко,Что вышел живой из огня,Что в пору жестокого шквала,Уже без надежды в душе,Ты, плача, меня бинтовалаВо ржи, на ничейной меже,Что память, не стертая далью,Сияет огнями из тьмы,Что битые злобой и сталью —Грубее не сделались мы.Растаяли пушек раскаты.Вдали затерялся твой след…Давно отшагали солдатыБоями тревог и побед.

1948

НА ЗАКАТЕ ПРОВОЖАЛА

На закате провожала,Обнимала у ворот,Ох, на много дней вперед!Ни беспамятства, ни жалоб,Будто горе сжало рот.Отпустила — захрипелаОт слепой тоски и слез,Точно разом овдовелаВ чистом поле, у берез.А война огнями выла,Злые ладила пиры,Чуб солдату опалилаИ согнула до поры.Отошли в былое годы,Много крови утекло.И пришел он из похода,И стучится он в стекло.Он жену целует, путник,Все в груди оборвалось:Отгорела юность врозь.

…Что другим досталось в будни —Нам лишь в праздники далось.

1946

БЫЛОЕ ЗАРУБЦУЕТСЯ НА КОЖЕ

Былое зарубцуется на коже.Шагает время грузною стопой.Мне по ночам мерещится все то жеРека Ловать — и рукопашный бой.И губы побелевшие упрямоКусает унтер, пистолет креня,И дуло парабеллума, как яма,В которую зароет он меня.Но враг внезапно валится на спину,Его глаза в холодной пустоте.Лежит он, руки вялые раскинув,И в дыме дуло моего «ТТ».Во сне, бывает, я страшусь иного:В том поединке честного огняВдруг не успею выстрелить я снова,И унтер первый выстрелит в меня.

1955

ГОРИТ ЗВЕЗДА НАД МИРОМ СТАРЫМ

Горит звезда над миром старым,Как светлячок в ином стогу.И ходят пары… ходят парыНа затененном берегу.А море пенится у борта,А из трубы — огонь угля,Как рассеченная аортаНа черном теле корабля.Я между бочек затесался,Летит не в уши — в душу мне«Ура!» свирепого десантаВ свинцовом свисте и огне.И память вновь былое тащит…Не зря легли они, не зря,В бушлатах, в робах немудрящихНа белых льдинах декабря.Братки… Погодки… Еле-елеДержу себя, чтоб не навзрыд…Последний кубрик КоктебеляДля вас мотыгами отрыт.В железных скалах у причалаНавек вас принял мезозой,И четверть века отзвучалаНад вами бризом и грозой.…Пылают зори, как пожары,И я забыть их не могу.И молчаливо ходят парыНа затененном берегу.

Крым, 1967

ОН БЫЛ ТОВАРИЩ МОЙ

Бегут, летят недели,И все короче век.Уже я помню елеВойны карельской снег.И юного солдатаВ буденовке, зимой.Он жил, он пел когда-то,Он был товарищ мой.Он о свинец обжегся,Стал мертвый взгляд чужим.На ледяной ВуоксеЛежал он недвижим.Гремела канонада,В бою мои друзья,И мне в атаку надо,И мне стоять нельзя.В поту и пепле лица.Свистела сталь, губя.Прости:            не мог проститься,Не пожалел тебя.А снег в крови заката,А ты лежал немой,Белее маскхалатаСтуденою зимой.…Он пел, он жил когда-то,Он был товарищ мой.

1969

СТАЛА ПАМЯТЬ С ГОДАМИ ПЛОШЕ

Стала память с годами плоше,Но летят по ночам ко мнеНа кровавых обломках лошадь,Танки в скрежете и огне.И запекшимися устамиЯ твержу на ветру «Ура!»…И кренятся ко мне крестамиОзверевшие «мессера».Ах, пугаете нас охотно,Но смеемся мы вам в глаза,И хрипит пулемет пехотныйНа турели из колеса.Нет, сраженья — не пасторали, —Сеча на́смерть, — и это так!Вы запомнили нас, канальи,Непечатную речь атак!Вы запомнили небо в гуле,Битых «юнкерсов» вороха.Мы умели — штыком и пулей,Словом лозунга и стиха!Век намного мудрей и старше,Но врывается в сны гроза,Снятся снова ночные марши,Сёл заплаканные глаза.Молодые мы будто снова,Лезем к дьяволу на рога,И Кузьмы Горбунова слово —Как рогатина для врага.Подставляя в пути плечо вам,Через дым, через поле ржиРвется лирика ЩипачеваНа Демянские рубежи.И, как правда, проста, толкова(Еще волосы не белы),Муза звонкая МихалковаВ кровь сражается у Полы.…Стала память с годами плоше,Но летят по ночам ко мнеНа кровавых обломках лошадь,Танки в скрежете и огне.

1971

И МЫ ЖИВЕМ, ЗАБЫТЬ НЕ В СИЛЕ