Синева осенних вечеров - Марк Гроссман

Синева осенних вечеров

1. Вечерний свет

ВРЕМЯ

Спешат иль тянутся года,А день и ночь — и сутки мимо.Проходит жизнь неумолимоВ заботах боя и труда.Мы часто видели в глазаНарода радость и тревогу,И мы могли б о них сказать,Чтоб захватило дух, ей-богу!А нам все кажется, что времяНе так в строке отражено,И не посеяно то семя,Что нам посеять суждено.

1952

МЫ ВСЕ ПРОХОДИМ ЧЕРЕЗ СМЕРЧИ

Мы все проходим через смерчиИ дышим дымным духом их.Мы все проходим через смертиДрузей и недругов своих.И, провожая в землю, в теменьКого-то,              плача и скорбя,Хороним собственное время,Частицу малую себя.О, непосредственность и бодрость,Года, спаленные войной!Вас заменяет ныне возрастНелегкой мудрости земной.Печальной мудрости… печальной…Но и в печали довод свой:Что было — то сильней плечами,Что есть — то крепче головой.Прощанье с прошлым — как прощеньеВсего, что жжет наедине.Чем старше мысли — тем прочнее, —И в том утеха седине.

1967

ПОДОШЛИ МЫ УЖЕ К ПОРОГУ

Борису Ручьеву

Подошли мы уже к порогу,За каким умирает речь.Я боюсь за тебя, ей-богу, —Не умеешь себя беречь.Понимаю: не толстосумы,Коль копить уж — копить строку.Только все ж о себе подумай,Хоть единожды на веку.Впрочем, зряшны мои советы:Жить не на смерть, а на живот.Где себя берегут поэты —Там поэзия не живет.

1968

В ЧАСЫ ДУШЕВНОГО ПОДЪЕМА

В часы душевного подъема,Когда строке пришел черед,Нас не берут ни лень, ни дрема,Нас дьявол даже не берет.Он бытом бьет, он душит песни,А мне струится в душу звон,И все рубцы, и все болезни —Как будто небыль или сон.И даль ясна, и зренье чисто,И, может, мнится оттого,Что я не зря тружусь, Отчизна,На ниве дела твоего.

1970

УЖЕ В ОТЛЕТ СКОПИЛАСЬ ПТИЦА

Уже в отлет скопилась птица,И пахнет жухлою травой,И небо в озеро глядитсяГустой осенней синевой.

Кигиканье послушай чаячье,Тихонько к берегу причаль…И вдруг рождаются нечаянноТвои отрада и печаль.

И славно дышится в покое,И легок возраст оттого,Что не сгибает нас былое,Как будто не было его.

1970

ДАЙ НАМ БОГ КОМПАНИИ БЕЗ ФАЛЬШИ

Дай нам бог компании без фальши,Где ничем не скован дружный гам,Где кипенье фронтовых бывальщинС непременной шуткой пополам.Мне приятно братство незнакомых,И присловье к месту, неспроста,И звезда на рыцарском шеломе,И над конной лавою звезда.Ах, былые Родины бураны!Кто ж из нас в запечье тихом рос?Я люблю вас слушать, ветераны,В самосадном дыме папирос.Да и сам я юностью уважен,И с улыбкой вслушиваюсь в крик:— Наливайте стопочку папаше,Выпьем за Отечество, старик!

1970

ВМЕСТО ЭПИТАФИИ

Сырой песок в моей горсти.Мой век обуглился и сгинул.Зря не суди меня. Прости,Что я тебя одну покинул,Что я тебя не уберегОт одиночества лихого,И не мое, а чье-то словоЖивущих за́ душу берет.Иные плачут, кто-то рад,А этот скучен, хоть зарежьте.Но век не ведает утрат,Он благоденствует, как прежде.И туча в озере — ладьей,И о зиме бормочут клены,И у могил кулик кладетСвои поспешные поклоны.

1971

МНЕ ПОРОЮ МЕРЕЩИТСЯ ЧУДО

Мне порою мерещится чудо,Будто юность вернулась, звеня,Будто вновь я всесилен, — и удаль,Как волна, подпирает меня.Все как прежде. Я смел и отчаян,Снова жить мне в глуши, без жилья,И дубок мой дырявый отчалилОт причала, где мама моя.Вновь брожу я по тундре и рощам,Позабыв и уют и вино,Но стихи говорят: «Мы не ропщем,Мы и сами бродяги давно».Вновь заносит меня на болота,На гольцы, где чернеют орлы.Журавли мне роняют с полетаПозабытое мною «курлы…».Песня синего моря и суши,Тишину в наши уши пролей.…И природа врачует нам душиС деликатностью мамы моей.

1972

ЗАБРОСЬ ПЕРО, ЗАБЕЙ ВОРОТА

Забрось перо, забей ворота,Забудь приятелей своих,Когда не клеится работа,И есть слова́ — и нету их.Уйди — и встань у перекрестка,У троп, что тянутся к жилью,И встретишь женщину-подростка,Ее — поэзию свою.Под суматошный окрик чаекИ поселковых псов содом —Ее как вдовушку качает,Что на заре плетется в дом.Идет улыбчиво и зыбко,То замирая, то спеша,И ей воочью снится зыбкаИ крик начальный малыша.

1972

ВЕКА НОВОГО НОВЫЕ МЕРКИ

Века нового новые мерки,Гул ракет на крутом вираже,Но загадка рожденья и смерти,Как и прежде, теснится в душе.…Где-то в ды́мке веков и событий,В спешном шелесте суток и летОтыщите меня, позовите,Я не бросовый все же поэт.У меня среди книг и книжонок,В мешанине бумажной стола,Попадался и стих обнаженный,И сердечная строчка была.Я точил их частенько ночами,Мой читатель, утраты терпя,Чтоб в успехе они и в печалиНедокучно хранили тебя,Чтоб в живой толкотне общежитийТы в ответ поклонился словам.…Позовите меня, отыщите,Может, я и понадоблюсь вам.

1972

ПРОСТИ, УЧИТЕЛЬ, ЕСЛИ МОЖНО

Степану Щипачеву

Прости, учитель, если можно,Мне мой набег издалекаБез приглашения положенного,Без телефонного звонка.Мне нынче худо стало что-то,Дела не ладятся мои,И вяло тащится работаПо выбоинам колеи.А мне, как в молодости строгой,В мальчишестве, что утекло,Нужны твои скупые строки,Твое сердечное тепло.Пусть я давно не юный малый,И отошла былая прыть,Пусть для юнцов уже, пожалуй,Я сам — наставник, может быть, —Но, человек земной и грешный,Я про себя твержу одно:«Пускай мне светит, как и прежде,Твое высокое окно».

1973

КО МНЕ ЗАШЕЛ СОБРАТ ЗАЕЗЖИЙ

Ко мне зашел собрат заезжий,Он бородат и розов был,И снисходительно был вежлив,И утомительно уныл.Читал он долго и тревожно,В худое кутаясь пальто,О том, чего понять неможно,Чего не ведает никто.Я слушал долго и сердито,Почти на муки обречен,Стихи заезжего пиита,Сам бог не ведает о чем.Он кончил. И блюдя приличье,Я вывел парня на крыльцо,И все в ушах звенело птичьеЕго невнятное словцо.Заря вздымалась над домамиИ тьму пахала, как плуги.И тень растаяла в тумане,И стихли грузные шаги.Трещали воробьи без счета,И было утра торжество.И пожалел я отчего-тоНочного гостя моего.

1974

И ВЕЧНЫЕ ПИШИТЕ ПИСЬМЕНА