Тело в дело. История сексуальной революции в 6 миллиардах оргазмов - Илья Стогоff

Даже подобные инциденты в наше время редко прокатывают за полноценный скандал. Музыканты написали на стол – подумаешь, эка невидаль! А вот сто лет назад акции авангардной молодежи будоражили публику всерьез. И я думаю, что дело тут вовсе не в том, что парни рисовали на лицах узоры или словно статуи застывали прямо на улицах в нелепых позах. Публику шокировало вовсе не это, а их вера. Жуткая вера в то, что у мира нет цели, нет смысла, и все на свете закончится полной и непоправимой смертью. Вот это было действительно полным скандалом.

Самым известным произведением того искусства стал не «Черный квадрат» Малевича и не музыкальная пьеса 4 минуты 33 секунды тишины (во время которой пианист, неподвижно и не касаясь клавиш, ровно указанное время сидел за роялем, а потом уходил), а коротенькое кино «Андалузский пес», снятое молодыми Луисом Бунюэлем и Сальвадором Дали.

Премьера фильма состоялась в Париже в 1928 году. Создатели собирались на показ как на войну: Дали взял с собой большую палку, а Бунюэль набрал полные карманы камней. Молодые люди предполагали, что фильм закончится массовой дракой, и им хотелось встретить ее начало во всеоружии.

Зрители расселись, в зале погас свет. На экране появился Бунюэль. Он наточил лезвие бритвы, вышел на балкон, кинул взгляд на ночное небо и разрезал бритвой глазное яблоко девушки, сидящей рядом в кресле. В наступившей тишине было слышно, как кто-то из зрителей уронил зубной протез. Дальше на экране появлялись человеческая рука, изнутри которой выползали муравьи, мужчина, который тащил за собой два рояля с полуразложившимися мертвыми ослами и двумя привязанными к роялям священниками, и женщина, играющая в футбол отрубленными человеческими конечностями.

Многие вещи в этой кинокартине и сегодня смотрятся жутковато. А уж тогда, в Париже, зрителям просто становилось плохо с сердцем. Впрочем, нужно отдать публике должное: до драки в тот вечер дело так и не дошло. Зрители прекрасно поняли, что именно им хотели сказать авторы. Уж коли мир – это слепая игра атомов, физических полей и слепых инстинктов, то описание этого мира просто не может быть другим.

Прежние поколения верили в разумность и объяснимость мира. Но Бунюэль с Сальвадором Дали помнили главное правило наступившей эпохи: Бога нет, а значит, и смысла у мира тоже нет. Вселенная устроена именно так, как показано в фильме «Андалузский пес»: рояль, два дохлых осла, связанный священник и разрезанный бритвой глаз. Объяснение вышло немного затянутым, но короче было нельзя, ведь мир устроен именно так, и никакого другого объяснения не будет.

Лет через тридцать после этой картины американский фантаст Дуглас Адамс написал смешную книжку: «Путеводитель для путешествующих по Галактике автостопом». Там, кроме всего прочего, рассказывается история о том, как люди создали суперкомпьютер, который мог решать любую задачу на свете. То есть вообще любую. И вот, собравшись все вместе, люди пришли к этому компьютеру и попросили ответить на вопрос: в чем смысл жизни? Компьютер сказал, что ему требуется время подумать. И думал после этого тысячи тысяч лет.

Поколения людей сменяли прежние поколения, но каждый из людей продолжал верить: рано или поздно мудрая машина ответит. Этот ответ сделает человеческую жизнь понятной и прекрасной. И вот наступил момент, когда ответ был готов. Люди все вместе собрались перед машиной и замерли в радостном ожидании.

Вздохнув, машина ответила:

– Смысл жизни – это сорок два. Просто сорок два. И не ждите от меня другого ответа.

Наступивший ХХ век играл именно по этим правилам. Если людей спрашивали, зачем они живут, то люди отвечали что-нибудь вроде «сорок два». Просто потому, что не знали никакого другого ответа.

Глава III

Свами Прабхупада: месть сиддхов

Сентябрьским вечером 1965 года в порту Бостона (США) пришвартовалось грузовое судно, ходящее под индийским флагом. На берег сошел пожилой индус в странной одежде. Если говорить честно, то индус был не просто пожилой. Это был старый, почти семидесятилетний, едва держащийся на ногах после крайне тяжелого путешествия человек. В Штаты он прибыл, чтобы обратить белых людей в свою древнюю веру.

Эта идея выглядела полной нелепицей. Именно так к ней и относились все, с кем дядька делился своими планами. Однако всего через несколько лет ученики пожилого индуса появятся в каждом крупном городе мира, от Бразилии до Австралии, причем их общее количество будет измеряться сотнями тысяч человек.

1

Индуса звали Свами Прабхупада. На самом деле это не имя, а скорее почетное прозвище, но для нашего разговора данный факт роли не играет. По основной профессии Свами был мудрецом. У себя в Индии этот человек прожил долгую и насыщенную событиями жизнь. Написал множество книг, выиграл несколько важных философских диспутов. А потом, когда ему было уже к семидесяти, вдруг стал видеть странные сны.

Свами Прабхупаде снилось, что индийские божества хотят дать ему важное задание. Им (божествам) хочется, чтобы индийская вера распространилась по миру как можно шире. Поэтому Свами должен поехать в Америку и всем там о них рассказать.

Первое время от миссии он вежливо отказывался. Но когда стало ясно, что божества не отступят от своего, стал думать, как это лучше всего осуществить. Денег у Прабхупады не было. И взять их было негде. Помочь с кредитом божества были не в состоянии. Против мощи банков вся сила индийских божеств была как легкий ветерок против бетонной стены. Прошло почти полтора года, прежде чем Свами сумел договориться с кем-то из компании «Морские перевозки Скиндия», чтобы те дали ему бесплатный билет на грузовое судно, идущее в Штаты. С собой в поездку он взял зонтик, коробку с книгами и сумму в индийских рупиях, эквивалентную семи долларам США.

Дорога заняла полтора месяца. В пути иногда штормило. Тонконогого Свами здорово тошнило, а кроме того он мерз: зимней одежды у него, ясное дело, тоже не было. В дневнике он писал:

Мой дорогой господин Кришна. Ты проявляешь милосердие к этой никчемной душе, а я и не знаю, зачем Ты отправил меня в эту поездку. Поступай со мной как захочешь, ведь своими силами мне не объяснить жителям Запада, что значат слова «сознание Кришны». Нет, мне это не по силам! Пусть Ты сам поведаешь им о себе, ибо моих сил на это будет явно недостаточно.

Добравшись до Нью-Йорка, семидесятилетний индус просто встал на первом попавшемся перекрестке и стал повторять:

– Харе Кришна! Харе Кришна!

Повторять пришлось довольно долго. Иногда добрые прохожие спрашивали, что означает этот набор звуков? Свами Прабхупада пытался объяснить им основы своей веры, а прохожие в ответ предлагали купить ему сэндвич, а то что-то выглядит он совсем неважнецки. Кроме того, до весны он смог продать четыре экземпляра из привезенных с собой священных писаний.

Как ни странно, но дело все же продвигалось. К весне следующего года у Свами уже имелось несколько учеников. Вместе с ними он сумел зарегистрировать организацию, которая получила название «Международное Общество Сознания Кришны». Название было смешным: ну о каком таком «международном» статусе могли мечтать эти несколько юных американских оболтусов во главе с чокнутым индусом? Единственное, чем они занимались, – это выходили раз в неделю на улицу в пестрых индийских нарядиках и ждали пока Свами не скомандует:

– Запе-вай!

Ребята затягивали свое «Харе Кришна» и, не торопясь, двигали вниз по нью-йоркскому Ист-Сайду. Бывало, что после такой прогулки к ним присоединялись еще несколько человек. Слишком серьезное американское христианство давно надоело жителям США. Им хотелось религии повеселее. И в этом смысле тонконогий Свами со своими песнями и плясками появился очень кстати.

Еще полгода спустя к Обществу сознания Кришны присоединились несколько деятелей культуры. За ними подтянулись длинноволосые девочки-хиппи. За девочками потянулись и мальчики. Прабхупада видел, что дело идет на лад. От радости он вдвое усерднее повторял:

– Харе Кришна! Харе Кришна!

Впрочем, даже при таких темпах на то, чтобы собрать хотя бы несколько тысяч учеников, у него ушло бы десятилетие, а то и два. И тут вмешался случай (или божество Кришна, это уж как вам больше нравится). Побеседовать с мудрецом из Индии как-то заскочил участник самой модной на тот момент рок-группы в мире – Джордж Харрисон из Beatles. Он задал Свами несколько вопросов, а тот дал ему несколько ответов. И в результате Джордж понял, что наконец отыскал смысл жизни. Следующая песня, которую он записал, так и называлась: «Харе Кришна Мантра». А следующий тираж написанных Прабхупадой книг исчислялся уже сотнями тысяч экземпляров. Отныне Общество сознания Кришны могло полностью рассчитывать на имеющиеся в распоряжении Харрисона денежные средства. Так что денег хватало на все.