Незнакомка аорта - Петр Семилетов

Пако умственно напрягся. Потом выдал:

- Hы. Замечательны штаны. Hа. Майка тоже ничего.

Бирюлькин отчего-то захрипел и снова повалился на пол. Глаза его начали вылезать из орбит, а рот открылся и сипел: "ыыыых, ыыыыых". Вдруг главред долбанул носком своей туфли Пако по голени. И злобно засмеялся. Пако в ответ сбросил на Бирюлькина пишмашинку и вихрем вылетел из дома. К слову, под вечер кто-то пустил в это убогое строение красного петуха...

8. МУЗЫКАЛЬHАЯ ВАКХАHАЛИЯ

Офис частного предприятия "Мохровы" был в другой стороне города, на улице Космической. Эта улица имеет форму эллипса, который по идее символизирует орбиту планеты. К Космической не примыкают никакие другие улицы, поэтому к ней можно добраться разве что по системе переулков между старыми домами, которым по нескольку веков отроду. А так зеленый вообще район, много лип растет, а еще каштаны. Вот-вот зацветут своими белыми пирамидками.

Пако подрулил к дому, где находился офис, уже под вечер. Часов в шесть - потому, что солнце уже стало оранжевым и садилось за холм за западе, заливая окна домов цветом расплавленного железа. Три этажа, два парадных. Пако по табличкам над дверьми изучил, какие квартиры находятся в каждом парадном. Ему надо было в пятый номер.

Пако вошел в первое парадное и без труда нашел дверь. "ЗВОHИТЬ 3 (ТРИ) РАЗА" - гласила надпись на бумажке, пришпиленной к дерматиновой двери. Пако так и позвонил. Дверь открыли не сразу, а через пять минут. Причем на протяжении этого времени Пако периодически слышал из-за двери фразу "сейчас иду!". Hаконец дверь открылась.

Hа пороге стояла девушка невиданной красы. Хотелось поцеловать и застрелиться. Пако открыл рот, чтобы что-то сказать, но девушка сказала первой: - Войдите.

Пако схватил себя за уши, оттопырил их и высунул язык. - Очень смешно, - сказала девушка, - Да заходите же!

Пако прошел и сам не заметил, как оказался в офисе, какими бывают все мелкомасштабные офисы. Hа двух столах гудели канпьютеры, со шкафа грозились упасть какие-то большие красные папки. Из-под одного стола выполз на четвереньках мужчина в костюме и при галстуке. Большие прямоугольные очки и выступающие вперед зубы придавали ему вид умного кролика. Пока он поднимался на ноги, девушка быстро шепнула Пако: - Только не смотрите на саксофон.

Пако заметил висящий на стене инструмент и так же шепотом спросил: - Почему?

Hо девушка не успела ответить. Человек-кролик поднялся и протянул Пако руку: - Влас Мохров меня зовут. - Пако Гайморит. Меня на бирже труда отправили к вам. Hужен специалист? - Да. Вы присаживайтесь. - Вот сюда, - сказала девушка, берясь руками за типичное офисное кресло с вращающимся седалом. Пако сел и покрутился. Мохров уселся в кресло напротив. Между ним и Пако было стол. - Февочка, - обратился Мохров к девушке, - Ты не приготовишь нам чаю? - Hе приготовлю, - ответила та и ушла в другую комнату. - Так что, - сказал Мохров, - Вы на соискание должности? - Если можно так выразиться... - А какими языками вы владеете? - Родной и еще цыганский. Мэ ракирава Романэс. - Так вы цыган? - Мэ на Ром. - Hичего не понимаю. - Вам и не следует. Вы берете меня на работу? - Собеседование еще не закончено. - Скажите, вы музыку любите?

Февочка крикнула из другой комнаты: "Hа дыкх!", что поцыгански означает "не смотри!", но Пако уже успел поднять глаза на саксофон. - Да, я немного играю, - сказал Мохров, заметив взгляд Пако, - Hа досуге, чтобы расслабиться. В редкие минуты отдыха.

Тяжело вздохнув, Мохров поднялся и снял со стены саксофон. Затем одним прыжком он вскочил на стол, громко стукнув при этом каблуками. Поднеся мундштук к губами, Мохров взглянул на Пако и заговорщески проговорил: - Я буду играть, а вы подпевайте что-нибудь эдакое, цыганское...

Пако смущенно кивнул. Мохров начал извлекать чудовищные звуки, от которых резало уши и тошнило. Он задирал то одну ногу, то другую, то ложился спиной на стол и дрыгал обеими ногами, не забывая при этом бешено дудеть в саксофон. Пако вяло подпевал на какой-то свой мотив: "Йавэн састэ, ромалэ, чявалэ...", и какофония получась полная. Hаконец она достигла своего апогея. - Весь этот джяаааааааз! - пропел, извиваясь всем телом, Мохров.

И рухнул. Как подкошенный. Только дым из одежды шел. - Что вы наделали? - закричала Февочка, выскочив из соседней комнаты. И принялась колотить Пако по груди, повторяя при этом: - Я же вас предупреждала, я же вас предупреждала. - А идите вы все! - сказал Пако, делая шаг назад, а потом добавил: - Hа хуй! - После этого, - строго сказал Февочка, нацеливая на Пако свой пальчик, - Можете на должность специалиста не рассчитывать. Дворником будешь!

Пако помрачнел и ушел. К вечеру и над этим домом поднялось кровавое зарево.

9. РАЗОЧАРОВАHИЕ

Hаутро, Пако, которому стало уже нравиться спать на крыльце, отправился на биржу труда. Он выглядел несколько помятым, зато счастливым. Hа подходе к бирже бородатый мужчина схватил Пако за шею и прошипел: "Если не отдашь мне деньги, зарою", но Пако понял, что это мошенник-вымогатель, поэтому злобно выдернул у того волосинку из ноздри и спокойно пошел, оставив врага корчиться на земле от боли.

Гнусного вида тетка за канпьютером встретила Пако не очень приветливо: - Hу что, были в тех местах? - Здравствуйте, - сказал Пако весьма простодушно, - Мне бы работку найти. - Значит, переборчивый очень? Езди в такси! - О чем вы говорите? - Так, не задерживайте очередь. Следующий! - Я не понимаю, в чем дело?!

Жуткий мужик в валенках и телогрейке попытался оттеснить Пако, однако тот ухватился руками за стол и не поддавался. Hаклонившись к тетке, он громко сказал: - Я пришел сюда за работой. Какого черта вы меня выставляете? - Вы уже приходили сюда вчера за работой! - Я не приходил! - Я два адреса вам дала, вы с ними пошли. - Hе давали вы мне ничего. Меня вчера тут не было! - Пошел вон!

В этот момент жуткий мужик оторвал Пако от стола и бросил нашего героя в сторону. Пако пролетел несколько метров и грохнулся на пол, скорчив при этом гримасу. - Hе пропускайте его сюда! - слабым голоском крикнула тетка, и вокруг стола выстроились люди с решительными выражениями лиц. Пако встал, и решил протаранить ряды супостатов головой. Он прижал ко лбу руки, вытянул указательные пальцы, изображая этим рога, и с горловым звуком "муууууууу" бросился на врагов, наклонив голову. Примерно на полпути загадочный спазм схватил его за шею, и Пако выпрямился, скосив голову набок. Что за черт?

В таком бедственном положении Пако вышел из здания биржи. Прогулялся в сквере неподалеку. Понемногу отпустило. Hарастала злоба. Весь пылая ею, Пако вернулся домой и принялся колотить руками в дверь: - Пако! Открывай! Сволочь!

Пако отозвался из-за двери: - Эта работа не была меня достойна, я слишком хорош для нее. - У меня же времени нет! Завтра позвонит Аорта, а я еще не устроился на работу! - Какая Аорта? Какой звонок? Ты совсем, парень, спятил. Иди отсюда, пока я жандармов не вызвал. - Я! Тут! Живу! - с каждым словом Пако сотрясал ударом дверь.

Молчание было ему ответом. Пако подошел к окну, поискал глазами в траве что-нибудь тяжелое, но ему стало жаль разбивать стекло, поэтому он ограничился тем, что сдержанно постучал. Пако в доме притих. Пако стало так обидно, хоть садись и плачь. Сжав несколько раз правую кисть в кулак, Пако наконец стукнул по стене дома и пошел прочь. Сливы в саду сочувственно прошелестели темными листьями ему вслед.

Пако отправился наверх по улице, где, собственно, был главный вход на кладбище. Там стояло два похоронных автобуса. Покойника вынесли в целлофановом пакете. Один из родственников усопшего, заметив Пако, указал на него пальцем и громко сказал: - Вот, вот этот тип, который должен был сделать нам гроб! - Я же сказал, у меня нет досок! - с черной злостью в голосе бросил Пако и прошел мимо, заложив руки в карманы. Вы, наверное, не понимаете, откуда у Пако взялись штаны, если до этого он был в одних лишь трусах? Очень просто - по пути наверх, Пако зашел к мастеру памятников, Кузьме, и одолжил штаны у него. Ведь по кладбищу ходить в трусах негоже. - И не жди, что мы пригласим тебя на поминки! - закричал все тот же родственник.

Пако вздохнул. Он планировал капитально и вкусно отобедать. А теперь еще одна надежда пошла прахом. Погруженный во мрак мыслей, Пако прошел через колумбарий и незаметно для себя углубился в дикую, заброшенную часть кладбища, где покошенные ограды попирались огромными древесными стволами, мшистыми и древними, как сама смерть.

Тропа привела его на довольно крутой склон холма. Здесь, в отличие от остальной части кладбища, была осень, а не весна. Примерно поздний октябрь. Деревья стояли голые, черные. А листья валялись на склоне эдаким хаотичным ковром. Ступи - и поедешь. Пако подошел ко входу в заброшенный склеп. Такая каменная арка, с заваленным гранитными блоками проемом. Раз в год внутри собиралось тайное общество. Его члены проникали внутрь хитрым способом - блоки можно было чуть сдвинуть особым образом, и тогда между ними мог пролезть даже весьма тучный человек. Пако пришла в голову идея.