Хроники Мирильдиана. Том I - Аск Майрон

нами повозиться. Он и игрушки нам постоянно дарит и рассказывает про мир, империю и приключения. Он же учил нас ходить. А по вечерам читал нам сказки и легенды. В общем, это лучший и идеальный из всех возможных братьев.

Ещё у нас есть три дяди. Это родные братья отца. Графы Виктор, Генрих и Маркус Эвельхаймы. Все они его младшие братья и возглавляют младшие ветви рода. А ещё они очень похожи. Виктор — копия отца, правда он рано облысел и более хилый. Генрих — толстый как бочка и с густой бородой. А Маркус наголову выше и гладко выбритый. Вот и все отличия. Я вообще часто замечал, что нашу семейку легко спутать. Слишком друг на друга все были похожи. А потом я узнал от Матеаса, почему. Оказывается, что у таких древних родов как наш принято хранить чистоту крови, поэтому мужчины берут себе в первые жены сестёр. Инцест — дело семейное, как говорится.

Тётя Марго — жена дяди Виктора. Пышная добродушная толстушка. Нос картошкой, карие глаза и кучерявые золотистые волосы. Она, в отличие от большинства, нам тётка не родная. Её отец — патриарх ещё одного древнейшего рода Монро. В отличие от специализирующихся на военном ремесле Эвельхаймов, род Монро занимается торговлей, в том числе и международной. Именно они и поставляют гномьи прибамбасы в нашу островную империю. А ещё ходят слухи, что это богатейшая семья в Гандахаре.

Виктор и Марго являются счастливыми родителями четверняшек. В принципе, учитывая размеры этой тёти, я даже не удивился. Четверняшки Ласло, Франц, Григорий и Алекс наши ровесники. Правда, родились на несколько дней позже. Как различать между собой этих кареглазых златовласых ребят я до сих пор не понимаю. Они, блин, даже одеты одинаково! Как и мы при параде. В красные детские мундиры, будь они неладны.

Юна Эвельхайм — ещё одна наша родная тётка и жена дяди Генриха. Волосы длинные, шелковистые и чёрные, как смола. Глаза большие, изумрудного цвета. Фигурка «девяносто шестьдесят девяносто». Правда, есть у неё один минус, за который к ней не очень хорошо относятся. Она так и не смогла родить для дядьки ни одного ребёнка.

Ауриэль Эвельхайм — вторая жена Генриха. Вот тут я подафигел. Настоящая эльфийка! Рыжие длинные волосы, голубые глаза и острые длинные ушки. Правда, она доска.

Эмма Эвельхайм — дочь Ауриэль и Генриха. Старше нас с Аркелом на шесть лет, но уже такая красавица. Глазами и волосами в мать пошла. Ушки, правда, поменьше. Но выглядит словно кукла.

Альтарис Эвельхайм — сын Генриха. Ровесник и лучший друг Кристиана. Красивый дрищ-полуэльф. Волосами и глазами в мать пошёл, а характером — нарцисс и козёл. Слишком он высокомерный.

Жену Маркуса мы, к сожалению, не застали. Она тоже погибла на прошлой войне, так как была хорошей подругой и такой же воительницей как Кара. Несмотря на характер, она родила мужу троих сыновей и аж шесть дочерей! Правда, они все взрослые и никого из них мы не видели. Знаю только их имена: Филай, Сайтил и Кëртис, им 23, 22 и 21 год соответственно. Все трое сейчас воюют на центральном материке против главного врага империи — королевства Альдебург.

А вот куда делись шесть сестёр — это очень интересная история. Вопреки традициям семьи, Маркус выдал их в жены сыновьям влиятельных северных аристократов. История империи помнит лишь три случая, когда женщин рода Эвельхайм отдали в другие семьи, а выданье всех шестерых невест стало вопиющим случаем и достоянием общественности. Я знаю только, что их зовут Эвис, Джола, Лидия, Нерия, Миса и Джулия, а возраст у них разный, от 14 до 17 лет. В общем, укрепил семейные политические позиции дядька сильно. Но, как поговаривают, огрёб от деда знатно и несколько месяцев лежал в койке.

Наконец, спустя час наше семейное знакомство подошло к концу и наступило торжественное вручение подарков. Нам дарили оружие, костюмы, драгоценности и кучу всякой всячины. Мне больше всего понравилась книжка с картинками, которую мне подарил Матеас, а вот Аркелу ручная зверушка — белка. Правда, мне она показалась весьма странной. Не знаю, откуда, но я точно знаю, что синие белки — это не нормально.

После вручения подарков начался банкет и танцы. Весёлая музыка и пляски быстро нас утомили. Через пару часов меня и брата несли Михаил и Лоренцо в сторону нашей спальни. И теперь мы спали на своих личных большущих и очень мягких кроватях, а не в тесной детской кроватке. Няньки с нами спать тоже перестали. Но всё равно всегда находятся недалеко. Отец сказал, что это наши личные горничные и ежели чего надо, то звать их.

Моя горничная/нянька — это восьмилетняя девушка по имени Камила. Глазки красивые, серенькие, волосы белые как молоко. Она была мне как родная. Хотя, почему как? Она и есть родная. Наша с Аркелом мать подобрала её ещё мелкой сироткой и воспитывала из неё идеальную горничную. А ещё, она нас понимала. Тоже рано лишилась матери. Ещё она всегда рядом. И от этого на душе хорошо.

Горничную Аркела зовут Изольда. Тринадцатилетняя девушка. У неё короткие рыжие волосы (карэ) и красные глаза. Отца она не знает (зато я узнал от Матеаса, что она наша сестра), а мать её — наша придворная чародейка Лаврия. Хоть Лаврия и не имеет выдающийся форм, но у неё красивое милое личико и превосходный талант к магии. Она училась в имперской академии вместе с нашим отцом и любила его ещё тогда. А во время последней войны, перед страшным сражением и страхом смерти сработал инстинкт. Сама залезла к бате в постель. А он и не против. Вот и играют до сих пор в любовников, как будто никто ничего не знает. Почему они ещё не поженились — хрен его знает.

Так вот, сопсна, и живём мы большой дружной семейкой. Обязательно ходим на дни рождения друг друга. Учим этикет с младенчества. Играем, гуляем и всякое такое. И так было до первого серьёзного пробуждения моей души.

Глава 4. Интересные подарки

На 37 день лета 1201 года у нас случился очередной праздник. Лукреция родила нам сестрёнку Елизавету. Первая принцесса рода Эвельхайм забрала себе лучшие качества обоих родителей: фиолетовые красивые глазки, милый носик и чёрные волосы. Няшка, одним словом.

С тех пор мы с Аркелом каждый день ходили навещать младшую сестру и Лукрецию. Это, кстати, сильно помогло нам сблизиться с тёткой. А вот