Подвиг без героя (СИ) - Ольга Александровна Валентеева

и перестанет хоть как-то заботиться о том, чтобы его заложник оставался в живых, этот кошмар станет явью.

— Ваше высочество. — Риббонс насмешливо склонился, а Кея передернуло. Захотелось вытереться, как от грязи.

— Здравствуйте, советник Риббонс, — спокойно ответил принц, несмотря на то, что внутри все переворачивалось от отвращения.

— Как вы себя чувствуете?

— Так же, как и всегда. — Кей не понимал, к чему тот клонит.

— Что же, это радует. Его величество желает побеседовать с вами.

— Мне пройти к нему? — предположил Кей. Зачем тогда пришел советник? Попросили бы прислугу…

— О, нет! Сейчас он сам будет здесь, и нас ждет весьма занимательный разговор.

Беседовать Кейлину не хотелось ни с советником, ни с королем. Он уже понимал, что из этого разговора не выйдет ничего хорошего, и пытался предугадать, какие новости его ждут. А Риббонс… Риббонс и вовсе пугал его до мурашек. Казалось, дай ему волю, и он принца сожрет. Без шуток.

Дверь отворилась, и его величество Бертран вошел в комнату, служившую Кею гостиной. Юноша поклонился, Бертран не удостоил его и кивком. Впрочем, правила этой игры Кей давно уже выучил. Он пустое место. Тогда зачем о нем вспомнили?

Бертран сел в кресло и смерил принца тяжелым взглядом. Риббонс занял другое — король ему позволил, а Кей так и остался стоять, чувствуя себя раздетым под их взглядами.

— Вы хотели поговорить со мной, ваше величество? — спросил он первым, все-таки нарушая этикет.

— Да, — ответил Бертран, угрюмый, насупленный. — Кейлин, ты должен был вернуться домой еще год назад.

Кей опустил голову. Можно подумать, он сам об этом не знал.

— Но побег твоей сестры стал преградой для возвращения.

И это было ему известно.

— Ты ведь сказал бы мне, если б знал, где находится Валенсия?

— Да, — тихо ответил Кейлин. Он сказал бы, лишь бы эта пытка прекратилась. Но, к счастью для Ленси, ему не было известно, где она.

— И все-таки народ начинает смеяться надо мной. Я теряю авторитет, — произнес король. — И мирный договор трещит по швам, ему необходимо подкрепление.

— Я понимаю, ваше величество, но я понятия не имею, где Валенсия сейчас. Она не связывалась со мной, не появлялась рядом. Она просто… решила жить своей жизнью.

— Что очень плохо по отношению к тебе, не так ли?

— Любой прежде всего делает так, как лучше ему, — произнес принц. Он не понимал, к чему клонит король.

— Если мне придется разорвать наше соглашение, этот дворец сменится для тебя на тюрьму, потому что у меня не останется причин возвращать тебе престол Эффорта.

— И это я тоже понимаю.

Кей смотрел в пол, на носки ботинок. Сейчас, похоже, Бертран сообщит ему, что брака не будет, а значит, Кейлин отправляется в тюрьму. Принц был готов к этому. В тюрьме не будет придворных или советника Риббонса. Это лучший вариант для него. Но тут вмешался Риббонс.

— Вы и вовсе запугали его высочество, ваше величество, — произнес он приторно-сладко. — Я же вижу решение нашей проблемы. Хотя бы временное.

— О чем вы, советник Риббонс? — нахмурился Бертран, а Кейлин готов был взмолиться, чтобы план с тюрьмой остался в силе. Потому что он уже видел в глазах Риббонса приговор, пусть и до последнего не догадывался, каким он будет.

— Они близнецы, — сказал Риббонс королю. — Если переодеть его высочество в девицу и добавить легкий магический флер, никто ничего не заметит. Поменяем цвет глаз, подкорректируем овал лица. Принцессу давно никто не видел вблизи, а когда мы найдем настоящую, разницу тоже не заметят.

— Ни за что, — отчеканил Кейлин, чувствуя, как заалели его щеки.

А вот Бертран взглянул на него куда более пристально. Прошелся по лицу, фигуре. Прикинул, видимо, насколько несуразно будет выглядеть принц в роли сестры.

— Я ни за что на это не соглашусь, — еще раз повторил Кей, надеясь, что его услышат.

— Принцесса скромница, она будет молчать, — намекнул Риббонс на совсем не девичий голос Кейлина.

— А в этом есть смысл, — пробормотал Бертран. — Магии, конечно, добавить придется, но самую щепотку, ее никто не почувствует. Щепотку магии можно принять за легкое заклинание красоты.

— Зато народ увидит, что принцесса уже здесь, мир сохранится, а Ландорн силен как никогда. А потом… Потом ее высочество может заболеть и умереть. Или же…

Советник и король переглянулись.

— Или же — что? — в ужасе спросил Кейлин.

— Главное, чтобы свадьбу пережила, потом пусть умирает, — отчеканил король. — Или можно ребенка от фаворитки выдать за ее. Скончалась родами…

— Вы оба безумны!

— Помолчи, — рявкнул на него король. — Сделаешь так, как скажу. Иначе я найду способ заставить, и поверь, тебе он не понравится!

— Да я со стыда умру!

— Кого это волнует?

Кейлин почувствовал, как комната начинает вращаться, вращаться… Он отошел к окну, оперся о подоконник, чтобы не упасть. Выдать его за сестру? Отец бы проклял его, если бы был жив! Да он тогда никому в глаза не сможет посмотреть! Хотя, король и не предполагает, что сможет… От него просто избавятся. Вышвырнут, как сломанную куклу.

— Нет. — Кей обернулся к королю. — Делайте, что хотите. Мой ответ — нет.

— Займись им, Риббонс, — вздохнул Бертран. — Через три дня мне нужна принцесса. Молчаливая, покорная и обходительная. Хотя бы на время речи перед народом, потом пусть делает, что хочет. И смотри, чтобы ни одна живая душа…

— Кроме прислуги, я не силен в женских нарядах.

— Позаботься, чтобы прислуга молчала. Мне пора.

И король пошел к двери. Кейлин бросился за ним. Наплевав на гордость, рухнул на колени, вцепился в руку.

— Ваше величество, я прошу! Не надо! — взмолился он.

— Не мешайся под ногами, — резко ответил Бертран. — От тебя и так никакого толка. Только зря ешь свой хлеб. Окупи хоть это.

И, оттолкнув юношу, вышел из комнаты.

Кейлин медленно поднялся. У него в голове царил такой хаос, что, казалось, она сейчас взорвется. Он до конца не верил, что кому-то вообще могла прийти подобная мысль. Да, они с Ленси близнецы, но отличить парня от девушки может и слепой. Кей обернулся к Риббонсу.

— Мне начинать уговаривать? — поинтересовался советник.

— Не тратьте слова. Я не соглашусь.

— Ваше высочество, — тот приторно улыбнулся. — Не заставляйте меня применять мои методы убеждения. Давайте оставим их на потом. На тот миг, когда королю не будет нужна ваша жизнь. Уверяю, они вам не понравятся.

Кей молчал. У него просто не было слов. Голова кружилась, начинало подташнивать. Он видел по глазам Риббонса, что тому доставляет удовольствие мучить его хотя бы словами. И выбора, на самом деле, нет. Даже если