Айк Дикий (СИ) - Таня Толчин

с аппетитом поедали горячую ячменную кашу, запивая травяным отваром, приготовленным девушкой.

— Хоть позавтракаем по-человечески, хорошо, что среди нас девка появилась, — хмыкнул довольно Гай. — А то у тебя, Гаррик, вечно эта каша пригорает…

— Я так понимаю, это твоё «спасибо», — Эрна блеснула зелёными очами, обращаясь к белобрысому Гаю с забавным веснушчатым лицом.

— А понимай, как знаешь…но вкусно, ведь, — тот довольно облизал губы, продолжая жадно поедать кашу.

— Что ж, я готова работать, — Эрна встала на ноги, уперев руки в бока. — Я поела…

И уже спустя какое-то время девушка ловко орудовала огромной лопатой у стойла, выгребая конский навоз и погружая его в деревянную тачку. В теле ощущалась слабость, жутко клонило в сон, но Эрна и виду не подавала, утешая себя мыслью, что лучше так, нежели на ложе с чудовищем… При воспоминании об Айке по спине невольно пробежал холодок, девушка даже вздрогнула.

«Какой же он мерзкий, даже волк-Фенрир не так страшен…» — Эрна поневоле сравнила графа с одним из жутких скандинавских богов… А ведь предстояло ещё мыть полы в покоях Айка, вот лучше бы выбрать время, когда его там нет…

Гаррик выносил тачки с навозом на улицу и сбрасывал содержимое в огромную яму, а Гай и Эрна продолжали вычищать стойла. Время близилось к обеду, уморенные работой конюхи буквально рухнули у костра, в котле закипала вода для похлёбки.

— Гаррик, кухарь с тебя отвратный, может пущай девка сварит обед? — Гай вопросительно взглянул на изрядно уставшую Эрну, сидящую у очага.

— У девки есть имя, зови меня Эрна, иначе накормлю тебя горящими углями, а не похлёбкой! — рыкнула та раздражённо.

— Эрна так Эрна, — парень пожал плечами. — Главное, что готовить умеешь… А как тебя называть, мне абсолютно всё равно…

Внимание сидящих у костра мгновенно обратилось на приближающуюся со стороны центральной башни девушку, которая в руках несла какие-то свёртки и кувшин.

— Сан! — Гаррик вскочил на ноги. — Уж думал, с утра придёшь!

Девушка подошла ближе, опасливо окинув Эрну взором. Ведь уже наверняка все обитатели замка знали, что в конюшне обитает пленница, от которой ожидать можно всё, что угодно. Пришедшая кухарка выглядела довольно опрятно и скромно, волосы были убраны под белоснежную косынку, поверх длинного тёмно-синего платья на ней красовался передник, видно, пожаловала прямиком из кухни.

— Я Саннива, — сдержанно молвила кухарка, продолжая разглядывать Эрну.

— Эрна, — молвила рыжеволосая девушка без тени эмоций, одаривая в ответ пристальным взором собеседницу. — И я не кусаюсь, а также рогов на голове у меня нет…

— Эрна тяжко и старательно работает наравне с нами! — вмешался Гаррик в разговор, деловито потирая лоб. — Она заслуживает хорошего отношения…

— Так я же… ничего против не имею… — пробормотала Саннива, в её голосе даже скользнуло сочувствие. — Я вам лепёшки пшеничные принесла, а также масла да соли… и в кувшине молоко… — девушка протянула свою ношу Гаррику. — Это всё вам… Господин нынче пир закатил в честь победы, работы много… — вздохнула она. — Но после пира вам много еды перепадёт, я уж постараюсь принести…

— Спасибо, солнышко ясное! — конюх улыбнулся в ответ довольно. — С голоду теперь точно не сгинем!

— Я дам тебе одно из своих платьев, — обратилась Сан к Эрне, — негоже в мужском ходить, грех это… да и из одежды у тебя, наверное, ничего нет…

— А что конюху надо? И отчего грех в мужском ходить? — Эрна хохотнула и покачала головой. — Странный у вас бог, хоть и один!

Рыбная похлёбка всё же получилась вкусной, парни уже поняли, что рыжеволосая пленница знала толк в кулинарии, впредь её можно чуть раньше освобождать от общей работы и давать возможность стряпать для всех.

Эрна как раз доедала свою порцию похлёбки, когда к конюшням пожаловал Дрого. Мужчина неторопливо приблизился, чуть поморщившись, прикрывая нос ладонью.

— Пущай девка идёт к господину в покои полы мыть, таков приказ! — Дрого с нескрываемым пренебрежением взирал на сидящую у костра Эрну. — И переоденься! Негоже в таком виде являться в покои Его Сиятельства, да и вообще в стенах замка! — он швырнул к ногам девушки свёрток с принесённой одеждой. — Там платье, для тебя сгодится, — мужчина хмыкнул, скривив губы. — Да пошевеливайся!

Эрна нахмурилась и молча взяла серый свёрток, лежащий у её ног, затем поднялась и нарочито медленно направилась в конюшню переодеться, даже не взглянув на Дрого.

— Поторапливайся, девка! — крикнул тот, взирая вслед уходящей Эрне с нескрываемым омерзением.

Одежда из грубой серой мешковины на вид скорее напоминало мешок с длинными рукавами, но это всё же лучше, чем грязная мужская одежда конюха. Эрна поспешно ополоснула руки и переоделась, свободное платье она стянула кожаным поясом по талии. В свёртке также оказались потёртые женские туфли, видно изрядно поношенные. Для тёплых майских дней эта одежда оказалась весьма кстати. Девушка наспех завязала длинные волосы в хвост и направилась к выходу из конюшни.

— Ну хоть уже не так мерзко, — фыркнул Дрого, небрежно окинув Эрну взглядом.

— Я бы сказал, даже ничего… — промурлыкал белобрысый Гай, щурясь от яркого весеннего солнца.

Девушка молча последовала за Дрого, который то и дело ускорял шаг и даже не оборачивался в её сторону.

— Ведро и тряпку уже принесли, заберёшь потом с собой, да сама таскать воду будешь, — надменно прозвучал голос мужчины, они как раз поднялись по винтовой лестнице и направлялись к покоям графа.

«Хоть бы его там не было…» — девушка думала лишь об этом, менее всего на свете ей хотелось видеть ненавистного Айка.

— Его Сиятельство ещё трапезничает, так что работай, девка! — рявкнул Дрого, отворяя дверь в покои своего господина. — Вот, у порога ведро да тряпка, слуги уже принесли. Так что пошевеливайся, я чуть позже наведаюсь, — он развернулся и пошагал в сторону лестницы, а Эрна вздохнула с облегчением, ведь чудовища в комнате не было, надо бы поскорее справиться с мойкой пола да убраться отселе подальше…

Девушка бегло окинула графское логово любопытным взглядом, отметив довольно широкое ложе, с балдахином из тёмно-синего плотного сукна. В камине ещё с ночи тлели угли, дни уж были довольно тёплые, так что в покоях Айка топили лишь перед сном. У зарешеченного окна на массивном дубовом столе лежали сложенные пергаменты и гусиные перья, видно граф любитель порядка.

Эрна закатила рукава и принялась за дело. Пол в комнате являл собой весьма аккуратный настил из дубовых досок, хорошенько отшлифованных. Девушка довольно проворно выполняла свою работу и уже на стадии завершения дверь в комнату со скрипом приоткрылась. Эрна, сидящая на корточках с тряпкой в руках резко вскочила на ноги, узрев входящую довольно