Плавные прямые - Владимир Михайлович Мясоедов

он далеко не первым по счету сыном далеко не самого влиятельного князя, но все-таки смог стать истинным магом всего-то к сорока годам. А потому после заключения перемирия с британцами получил в свое распоряжение кусок земли…Не слишком крупный территориально и всего с одной деревней, но зато очень удачно расположенный. Вдоль реки, через которую переходило несколько переправ, каждую из которых можно было обложить налогом. И пусть в его распоряжении имелась всего одна деревня, но это была очень крупная и большая деревня, которой лишь отсутствие нормальных стен мешало зваться маленьким городом.

— Без сомнения мог бы, — решил польстить Олег хозяину деревни…И своему временному нанимателю. Вернее, формально это была вежливая просьба одного благородного человека другому, после которой сей молодой аристократ остался должен русскому чародею услугу…Но торговаться на протяжении двух часов им обоим это ни капли не помешало. Всех денег, как известно, не заработать…Но Олег иногда думал, что он — пытается. Ибо его не такая уж и маленькая частная армия, а вернее целых две армии: трудовая и подготовленная для непосредственного участия в сражениях, регулярно грозили поставить бюджет под угрозу. То мастерам надо легирующих добавок для качественной орудийной стали раздобыть, какие и в мирное-то время не вдруг найдешь, то случившийся из-за нарушения техники безопасности пожар испортит пару тысяч комплектов обмундирования, которое каким-то частям уже как раз пора менять, то чума принесенная беженцами вспыхнет…А еще периодически пакостили разного рода бандиты и твари. — Этот одержимый крокодил был большим, ну просто очень большим…Но не могучим, а просто разъевшимся, будто самая обычная свинья! И не мне вам говорить, насколько эта водоплавающая пакость была труслива…

— Семнадцать раз она от меня уходила, не приняв бой! — Тряхнул своими длиннющими усищами Прим, который в собственной дружине был главной ударной силой и единственным истинным магом. И, тем не менее, старающийся осторожничать дух всегда драпал при виде этого индуса-аристократа, даже если для этого требовалось бросить недоеденную добычу…Или его смущала группа поддержки молодого феодала в лице полутора десятков подмастерий, которых он всегда таскал за собой на конях и в местном рыцарском обвесе, дополненным трофейным огнестрельным оружием. — Семнадцать! И еще свыше двух сотен раз оставлял ни с чем моих воинов! Если в отрядах охотников была хотя бы парочка десятников или ветеранов с волшебным оружием, то это исчадье смрадных болот либо атаковало ту группу, где такой силы не было, либо вообще вновь принималось рыбацкие лодки топить! Я даже уже и не уверен, что моим войнам стоит такую добычу есть! А ну как от этого мяса они заразятся трусостью⁈

— Крестьянским детям отдайте. Девочкам — посоветовал целитель, который точно знал, что таким образом качества характера не передаются. Лучше многих знал, ибо его сила во многом была не совсем его собственной. Только вот приобрести даже одну тысячную её вряд ли бы получилось, если бы он источники нынешнего магического могущества просто сожрал. Хотя конечно медицина этого мира считала правильно приготовленные части тела могущественных волшебных монстров однозначно полезным для здоровья продуктом, позволяющим пусть не прыгнуть выше головы, но окрепнуть и тем быстрее раскрыть свои таланты на полную или выдержать больше ударов судьбы. А еще местным детям, на худые и грязные фигурки которых у чародея едва удавалось глядеть без слез, определенно не помешала бы добавка в рацион самого обычного белка, ибо вряд ли они мясо видели в своих тарелках даже по праздникам. Разве только в виде каких-нибудь обгрызенных мослов или шкур, которые богачи презрительно выкинули. — Им это точно будет не страшно!

— Ваша мудрость воистину равна мудрости древнейших владык судеб нашего мира, о магистр Коробейников, прозванный Путешественником! — Приложив обе руки к сердцу, Прим обозначил своему собеседнику поклон, наклонив корпус. Чуть-чуть, буквально на пару градусов, больше сгибаться ему видимо не позволяла фамильная честь, гордость истинного мага и прочие понты…Впрочем, Олег не возражал. Пока этот индус будет безукоризненно выполнять взятые на себя обязательства, то может его даже вообще не уважать и даже громко заявлять об этом…Где-нибудь в не слишком публичных местах, скажем в своей спальне или на кухне… — И в благодарность за столь хороший совет я объявляю, что отныне и на протяжении целого поколения все товары или путешественники, которые выходят из земель магистра Коробейникова или следуют туда, будут облагаться налогом вдвое меньшим на любых моих дорогах и переправах!

— Я благодарен тебе за оказанную честь! — Продублировал жест индуса Олег, скромно умолчав о том, что сначала для заключения контракта по уничтожению особо пакостного монстра он требовал себе и своим людям на этой земле полное освобождение от налогов и сборов, причем на срок в целых семьдесят пять лет, то естьцелых три поколения…Ибо жили местные простолюдины, которых и признавали своеобразной условной единицей, обычно не слишком долго, а в торгах с аристократией индусов всегда требовалось сначала задрать планку как можно выше, чтобы потом позволить «уговорить» себя опустить её до реальных значений. А если сразу называть желаемые цифры, то времени и сил придется потратить раз в десять больше на словесную войну с ними, доказывая собственное нежелание работать себе в убыток. — И обещаю, что на моих землях твои люди встретят точно такой же прием!

Владения этого индуса могли похвастаться разве только рыбой, речным жемчугом и совсем уж грошовыми поделками из ракушек, но Олег старался думать на перспективу. Чем меньше налоговых сборов и прочих препонов на пути торговли и предпринимательства, тем быстрее расцветает экономика. Ну а свое он возьмет с объемов грузов, что станут путешествовать туда-сюда…Впрочем как и сам Прим, который был явно умнее чем казался, поскольку не очень-то упирался против продавливаемых русским боевым магом условия. Публично этот гордый кшатрий мог презирать всяких простолюдинов и дельцов, но деньги, которые они ему приносили наверняка любил…Или как минимум почитал необходимыми для достижения своих собственных целей. Впрочем возможно в найме иноземного волшебника шестого ранга сказала свое веское слово и обида на практически неуловимого монстра, подсократившего число солдат и слуг этого аристократа, а также не раз оставлявшего его в дураках.

Праздничный пир стремительно набирал обороты, а количество праздничных блюд и выставленных на столы горячительных напитков столь же стремительно убывало. Солдаты местной дружины и подчиненные Олега очень быстро начали хвалиться друг перед другом своими подвигами, зачастую преувеличенными до полной нереальности, и чародей без всякого ясновиденья мог бы сказать, что очень скоро это может вылиться в нечто большее. И