Плавные прямые - Владимир Михайлович Мясоедов

как-то иначе воспринимать магическую энергию, сразу бы поняли, что перевес в грядущей битве будет отнюдь не на стороне хозяина реки. О, тот был силен не только телом, но и духом, а потому ни капли не боялся ни потуг деревенских ведьм, жаждущих отомстить за сожранных односельчан, ни жрецов и их проклятий, ни даже профессиональных охотников на чудовищ с их зачарованными клинками и оточенными почти до автоматизма боевыми заклинаниями, ибо ровню ему жалкие двуногие смертные почтительно называли младшими магистрами…А чаще использовали просто словосочетание: «Да, господин!». Однако тот, кто сейчас стоял от могучего чудовища на расстоянии всего-то нескольких десятков метров, был сильнее. Намного. Даже без учета яда антимагии и парализующей отравы, растекающейся по организму могучего монстра. И из укрытий, расположенных от воды чуть дальше, метрах в пятиста, уже вылезали другие люди. Поголовно облаченные в жесткие и блестящие на солнце металлические одежды, вооруженные чем-то куда более грозным чем обычные копья или ружья, да вдобавок пахнущие своей собственной волшебной силой. Слабенькой, по сравнению с их лидером или громадным монстром, но все-таки… — Долго же я тебя ловил, параноик придонный…Ты хоть можешь себе представить, насколько плотный у меня график, и сколько сумочек мне придется из твоей шкуры теперь нарезать, чтобы задобрить жену, которая целых полторы недели меня в своей кровати не видела?

Прикрывавший монстра водяной купол опал на землю, растекшись в разные стороны реками грязи. Такая магия не могла бы защитить своего создателя…Да и поддерживать её отравленному чудовищу с каждым мгновением было все сложнее и сложнее, поскольку смесь ядов распространялась по его телу, заодно воздействуя и на энергетику.

— Я…Мир… — Из широко раскрывшегося рта огромного чудовища вырвались брызги кровавой слюны, а также слова человеческой речи. Были они грубыми и хриплыми, но в целом понятными. И лишь об одном сейчас сожалел могучий дух, что некоторое время назад захватил тело большого и сильного, но в целом обычного крокодила, а после перестроил его под свои нужды. О том, что так и не научился толком общаться с местными смертными, а только их жрал! Правда, как раз в процессе он кое-чему и научился…Так может, просто охотиться на людей ему следовало чаще? — Дружба…Служить…Готов…Путешественник!

— Вот оно — признание,- хмыкнул Олег, неторопливо создавая в паре метров от себя постепенно уплотняющееся копье из некроэнергии. Чародей не торопился и не сокращал дистанцию, не желая лишний раз рисковать. А куда ему было спешить, когда время уже работает на него? — Когда твое имя знают даже бессмертные по определению твари родом с иного плана бытия, то значит, ты чего-то в этой жизни добился…

— Я…Мир! Хотеть мир! — Практически проскулил огромный и сильный, но не такой уж и храбрый монстр, любивший охотиться на тех кто никогда бы не смог дать ему сдачи, с ужасом наблюдая за постепенно набирающими мощь чарами стихии смерти. Одной из немногих вещей, которая могла действительно оборвать раз и навсегда существование духа, захватившего тело гигантского крокодила, а не просто уничтожить занятую им оболочку. Оболочку, с которой ради удобства и энергоэффективности пришелец с иного плана бытия практически сросся. Сейчас сущность эта отчаянно пыталась освободиться от своего вместилища-марионетки и удрать…И она бы могло это сделать. Минуты за две, может три. Вот только такого большого количества времени стоящий невдалеке человек ей определенно давать не собирался. — Мир! Служить! Тебе! Дружба!

Вращающееся вокруг собственной оси копье некроэнергии понеслось к телу гигантской твари, в последние мгновения своего существования предпринявшей последнюю отчаянную попытку защититься. Опавшая было вода вновь взметнулась вверх, чтобы встать на пути чар Олега, а светящиеся кораллы вытянулись и сформировали на пути заклинания нечто вроде плетеного щита…Но заклинание русского боевого мага пробило обе преграды едва замедлившись, а после вгрызлись в башку монстра, пробурили её насквозь и пошли дальше, заставляя осыпаться прахом плоть чудовища и рваться на части энергетику одержимого. До последнего просивший о мире путешественник с иного плана бытия, за время своего пребывания в гостях успевший сожрать несколько сотен человек, так и не получил пощады.

Глава 2

Глава 2

О том, как герой дает мудрый совет, заключает пожизненный контракт и портит результат своей же работы.

Даже после близкого знакомства с созданным Олегом копьем некроэнергии туша одержимого крокодила внушала…И могла быть использована с толком. Во всяком случае, те её места, которые остались относительно невредимыми, поскольку сквозная дыра начинающаяся в центре лба монстра и заканчивающаяся у него где-то под хвостом напрочь испортила позвоночник и большую часть прилегающих органов, не обратив их в прах, так загрязнив до полного неприличия своими токсичными эманациями. Однако зубы и когти гигантского ящера представляли из себя практически готовые костяные ножи, в которых еще и часть его магии могла сохраниться. До сих пор сияющие алым кораллы, если их отскрести от шкуры, определенно заинтересовали бы алхимиков. Сама шкура с брюха и уцелевших боков могла быть превращена умелым ремесленником в очень даже неплохие кожаные доспехи. Ну а хвост и лапы, после того как были отрублены от остальной туши и очищены от всего лишнего, так и вовсе уже запекались на углях в центре деревни под надзором посыпающих их пряностями поваров, добавляя какие-то очень особые нотки к запахам жареной свинины и курятины, свежей выпечки, кипящих в больших котлах супов, разложенных по громадным мискам фруктовых салатов и прочих элементов праздничного пира, устроенного владельцами данного населенного пункта.

— Это была великая победа, господин Прим! Великая, быстрая, решительная и беспощадная! Всего два удара потребовалось магистру Путешественнику, чтобы сразить сего проклятого зверя! — В красках расписывал деяние русского боевого мага кшатрий, вместе с подчиненными самого чародея находившийся в некотором удалении от места засады. Достаточно далеко, чтобы редко отходивший далеко от своей любимой речи монстр их не заметил, но в то же время достаточно близко, дабы Олег мог бы до них добраться, если бы переоценил себя…Или попал в засаду, организованную его врагами, число которых непрестанно росло даже несмотря на то, что уже очень многие из них успели получить путевки на кладбища. — Первый, который сломал ноги сей уродливой ящерицы и обездвижил презренного зверя, и второй, покаравший это чудовище за все то зло, которое она осмелилась причинить людям!

— Я мог бы справиться с ней и сам! — Запальчиво выкрикнул относительно молодой индус по имени Прим, хмуря смуглое лицо и топорща густые пышные усы, явно намазанные каким-то лаком. Был