Планета приключений - Джек Вэнс

Шло время. Для Рита это были удивительные дни и ночи отчаянья, тоски по Земле. Кости Рита начали срастаться, он стал вставать и исследовал лагерь кочевников.

Около пятидесяти хижин приютились с подветренной стороны холма. Они соединялись крышами так, чтобы сверху казаться продолжением склона. Под навесом стояло несколько необычных шестиколесных моторных подвод, закрытых брезентом. Рит удивился размерам экипажей и изучил бы их более внимательно, если бы не ватага мальчишек болезненного вида, которая ходила за ним по пятам и внимательно следила за чужаком. Дети инстинктивно чувствовали то, что Рит им чужой, и это притягивало их. Однако воины игнорировали его; человек без эмблемы считался чуть материальней призрака.

В дальнем конце лагеря Рит обнаружил странную машину, установленную на грузовике, — гигантскую катапульту с рычагом в пятьдесят футов длиной. Осадная машина? С одной стороны машины был расположен диск, выкрашенный в розовый цвет, с другой — синий диск; как предполагал Рит, один диск соответствовал Азу, другой Бразу.

Шли дни, недели, месяцы. Рит не понимал пассивной жизни племени. Краты были кочевниками, но почему же они так долго не снимались с места? Каждый день из лагеря выезжало четыре разведчика, а воздушный змей парил в небе над головой, качаясь из стороны в сторону, то чуть спускаясь, то поднимаясь, в то время как ноги летчика-мальчишки, словно ножки куклы, болтались в воздухе. Воины вели себя спокойно и практиковались в использовании оружия. Оружие было трех видов: длинные гибкие рапиры, кончиками которых можно было резать и колоть, словно лазерным лучом; арбалеты, в которых использовалась упругость эластичных нитей, чтобы выстрелить короткой оперенной стрелой; треугольные щиты в фут длиной, девяти дюймов у основания, с острыми, удлиненными углами и заточенными, как бритва, краями, служившими дополнительно как режущее и колющее оружие.

Вначале за Ритом присматривал восьмилетний мальчишка, потом маленькая столетняя карга с лицом, похожим на изюмину; после нее девушка, которая, если бы обязанность присматривать за Ритом не была ей в тягость, могла бы показаться привлекательной. Скорее всего, ей только исполнилось восемнадцать. Правильные черты лица, великолепные светлые волосы, в которых запутались веточки и соломинки, казались типичными для кочевников. Она ходила босая, носила только халат из грубого серого домотканого полотна.

Однажды, когда Рит сидел на скамье, девушка проходила мимо. Рит поймал ее за талию и усадил себе на колено. От девушки пахло дроком и папоротником, мхом степей и сверхъестественным, кисловатым запахом шерсти. Хрипло, встревоженно она спросила:

— Что ты хочешь от меня? — и не очень смело попыталась приподняться.

Риту нравилось ощущать вес ее теплого тела.

— Сначала я хотел бы вытащить все веточки, застрявшие у тебя в волосах… Посиди-ка спокойно! — Девушка расслабилась, покосившись взглядом на Рита, недоумевающая, покорная, смущенная. Рит причесал ее волосы вначале пальцами, потом деревянной щепкой. Девушка сидела спокойно. — Теперь ты выглядишь намного лучше, — заметил Рит.

Девушка не двигалась, словно задремав. Наконец она зашевелилась, встала на ноги.

— Я должна идти, — торопливо сказала она. — Кто-нибудь может увидеть… — Но она медлила. Рит притянул ее назад, потом, подумав, отпустил.

На следующий день она, как бы случайно, снова прошла мимо Рита, и в этот раз у нее были чистые, причесанные волосы. Она остановилась, посмотрев через плечо, а Рит хорошо помнил, какими бывают взгляд и осанка женщины в подобных случаях на Земле. Он почувствовал, что его тошнит от меланхоличной жизни кочевников… На Земле эту девушку сочли бы красивой. Здесь, в Степи Человека, она могла лишь смутно догадываться о таких вещах… Рит коснулся ее. Девушка подошла еще ближе, так, словно сделала это против своего желания. Она-то знала законы своего племени. Рит положил руки на ее плечи, потом обнял ее за талию и поцеловал. Она, казалось, находилась в недоумении. Рит, улыбнувшись, спросил:

— Разве никто не делал этого раньше?

— Нет. Но это приятно. Сделай это снова.

Рит тяжело вздохнул. Ладно, почему бы нет?.. Кто-то подошел к ним сзади. Пощечина свалила Рита на землю, и вслед полетело несколько слов, которые произнесли слишком быстро для того, чтобы Рит мог их понять. Обутая в сапог нога ударила Рита под ребра, отчего дрожь прошла по его только-только зажившему плечу.

Мужчина подошел к потупившейся девушке, которая застыла, прижав кулаки ко рту. Он ударил ее, пнул, обрушил на нее смесь ругательств, криков и оскорблений.

— …Близость с безродными рабами отвратительна! Так-то ты следишь за чистотой расы?

— Раб? — Рит приподнялся с пола сарая. Слово звенело у него в голове. — Раб?

Девушка убежала, нырнула под фургоны. Собрались люди. Траз Самец пришел взглянуть, в чем тут дело. Воин — дюжий малый возраста Рита — показал дрожащим пальцем на землянина:

— Он — проклятие, черное знамение. Разве не все предупреждены? Невыносимо, если он начнет брюхатить наших женщин! Его нужно убить или кастрировать!

Траз Самец с сомнением посмотрел на Рита:

— Кажется, он был достаточно изувечен.

— В самом деле! Он мало изувечен! Я просто случайно проходил мимо… Если у него так много сил, почему он не отправится поработать? Почему мы должны разрешать ему сидеть на подушках и отъедаться? Кастрируй его, и пусть он балуется с женщинами!

Траз Самец неохотно согласился, и Рит с упавшим сердцем подумал о контейнере с вещами первой необходимости, оставшемся на дереве, вместе с лекарствами, сканоскопом, энергетической батареей и, что более важно, с оружием. С тем же успехом они могли находиться на борту «Исследователя 4».

Траз Самец позвал женщину-мясника:

— Принеси острый нож. А ты, раб, веди себя спокойно.

— Подождите! — выдохнул Рит. — Так-то вы обращаетесь с чужеземцами? У вас существуют традиции гостеприимства?

— Нет, — ответил Траз Самец. — У нас ничего такого нет. Мы — Краты, движимые лишь силой наших эмблем.

— Этот человек ударил меня, — возмутился Рит. — Он — трус? Он будет сражаться? Если я раздобуду себе эмблему… Разве тогда я не могу заработать право стать равноправным членом племени?

— Право на поединок дает только эмблема, — признался Траз Самец. — Этот человек, Осом, обладает эмблемой Вадаза. Без Вадаза он ничуть не лучше тебя. Но если Вадаз покинет Осома, тебе он не достанется!

— Я могу попытаться…

— Предположим. Но это случиться позже. Вот — женщина-мясник. Будь добр, спусти штаны…