Конец одиночества - Чарити Бэрфут

Пика они достигли одновременно, она ощутила внутри жар его семени. Сравниться с благословенным единением мужчины и женщины, кожа к коже, плоть к плоти, не может ничто, подумала Флоренс. Больше всего ей сейчас хотелось провести остаток дня с Норманом, здесь или у нее на квартире, повторяя эту близость снова и снова. Но как только он, поцеловав ее в последний раз, отстранился, суровая реальность восторжествовала. Пока он застегивал брюки, она быстро натянула джинсы.

— С тобой все в порядке? — хрипло спросил он, словно согревая Флоренс взглядом, явно говорившим о том, что ему так же не хочется заканчивать на этом, как и ей самой.

Но ситуация оставалась прежней, и, извинившись тем, что хочет принять ванну, она скрылась за дверью.

Взгляд на свое отражение в зеркале тоже мало помог. Ни один человек, взглянувший на ее разгоряченное лицо и разбухшие губы, не усомнился бы в том, чем именно она только что занималась. Оставалось только пожалеть об отсутствии косметики. Блестящие коротко остриженные каштановые волосы сбились в беспорядочную массу. В общем, вид был абсолютно беспутный, совершенно не то, чего ей хотелось бы.

Флоренс оставалась в ванной комнате до тех пор, пока это казалось ей возможным, а когда вышла, Норман поджидал ее на кухне. Чемоданчик с письмами, о котором в пылу любовных игр она почти уже успела забыть, стоял рядом с ним.

— Чьи это письма? — спросил он, указывая на них кивком головы.

Явная настороженность, слышащаяся в этом внешне совершенно безобидном вопросе, позволяла предположить, что Норман подозревал в авторстве ее. Ирония подобной реакции чуть было не вызвала у Флоренс приступ истерического смеха. С трудом сдержавшись, она отрицательно покачала головой.

— Моей матери.

Норман нахмурился.

— Твоей матери? — повторил он. — Мне казалось, что ты избавилась от ее вещей.

— Я тоже так думала. — Флоренс тяжело вздохнула. — До тех пор, пока не поднялась на чердак.

— На чердак? Туда? — Он бросил взгляд на потолок. — Неужели ты полезла туда одна?

— Кто-то должен был этим заняться, — сухо заметила она.

— Но не в одиночку, — возразил явно недовольный Норман и взглянул на часы. — Черт, мне надо идти. В половине второго у меня назначена встреча с Мартином.

— А ты, разумеется, не можешь заставлять ждать своего тестя? — не удержалась от язвительного замечания Флоренс, и его лицо исказила страдальческая гримаса.

— Нет, не могу, — сухо подтвердил он, вставая с места. — Достаточно и того, что он, вероятно, почувствует на мне твой запах.

Флоренс внезапно стало стыдно.

— Ты можешь принять душ, — предложила она. — По-моему, там еще остались полотенца.

— Разве я сказал, что меня это волнует? — спросил Норман, кладя ей руки на плечи и прижимаясь лбом к ее лбу. — Черт возьми, Флора, мне совсем не хочется идти!

Ей тоже не хотелось, чтобы он уходил, но даже подумать об этом означало нарушить данную самой себе клятву! Пора было перестать рассчитывать на чудеса. Чудес на свете не бывает, ей придется расстаться с ним… уехать отсюда.

Уехать… Каким холодом веяло от этого слова. Почувствовав подступающие слезы, Флоренс поняла, что должна избавиться от Нормана прежде, чем он заподозрит что-то неладное.

— Увидимся сегодня вечером, ладно? — пробормотал он, целуя ее.

— Только не сегодня, — покачала головой она. — У меня… слишком много дел. Надо закончить здесь, а потом проверить тетради…

— Не вздумай опять лезть на этот чердак, — решительно приказал он. — Обещай, что сделаешь это только, когда будешь не одна… может быть, со мной.

— Ладно, — согласилась Флоренс, — решив, что оставшийся хлам может убрать и муж Эвелин, и выдавила из себя улыбку. — Ты бы лучше шел.

— Хорошо. — Отпустив ее плечи, Норман двинулся к выходу. — Я позвоню тебе, — добавил он, на мгновение остановившись у двери, и вышел из дома.

После его ухода она немного поплакала, уверяя себя в том, что виновато во всем ее не отпускающее ни на минуту эмоциональное напряжение. И дело было не в самом факте беременности, а в том, что Норман никогда не узнает о своем ребенке.

Позже, собравшись снова в ванную, чтобы умыть заплаканные глаза, Флоренс вдруг вновь обратила внимание на почти забытый уже чемоданчик и внезапно поняла, что собирается сделать. Планируя покинуть город, она не имела никакого представления о том, куда поедет и чем будет заниматься. Небольшие сбережения и доля от продажи дома позволят ей продержаться до тех пор, пока не найдется какая-нибудь постоянная работа. Теперь Флоренс точно знала, куда ей следует ехать. Она поедет в этот Блумзбелл и приложит все старания к тому, чтобы узнать, что из себя представляет ее родной отец… или представлял…

Глава третья

Когда тем же вечером кто-то позвонил в дверь ее квартиры, сердце Флоренс тревожно дрогнуло. Она ожидала Джудит, но для той было слишком рано. А если это Норман, то как объяснить ему потом появление подруги? Отказав ему в свидании, Флоренс собиралась упаковать вещи, с тем чтобы сдать их на хранение до тех пор, пока не найдет себе новое пристанище, и, несмотря на неодобрительное отношение подруги к ее решению, Джудит согласилась помочь ей в этом. Однако, открыв дверь, она обнаружила на лестничной площадке Эвелин.

— Я уже думала, что тебя нет дома, — сердито заметила сестра, проходя в квартиру. Расстегнув жакет делового костюма, она недовольно оглянулась вокруг. — В чем дело?

Нахмурившись, Флоренс закрыла дверь и последовала за Эвелин в комнату.

— Что ты имеешь в виду? — спросила она, больше всего опасаясь того, как бы сестра каким-нибудь образом не узнала о задуманном ею шаге, однако, оглянувшись вокруг, не увидела ничего, что свидетельствовало бы о сборах. До тех пор, пока сестра не заглянет в спальню, можно было чувствовать себя в безопасности.

— По-моему, ты собиралась позвонить в агентство сразу после того, как уберешь в доме, — напомнила Эвелин, и Флоренс немного успокоилась. После прочтения писем Гордона Рэмфорда и посещения Нормана она совершенно запамятовала о данном сестре обещании.

— Я… забыла, — робко призналась Флоренс, и Эвелин бросила на нее взгляд, полный с трудом скрываемого раздражения.

— Как же можно было забыть об этом? — воскликнула она, устраиваясь на софе. — Ты же знаешь, что я обещала агенту отдать сегодня ключи.

— Да, конечно… — тяжело вздохнула Флоренс. — Но возникли некоторые проблемы.

— Проблемы? — скептически переспросила Эвелин. — Неужели что-нибудь не так в конструкции дома?

— Все в порядке, — с недоумением ответила Флоренс. — А почему это тебе пришло в голову?