Вы просили нескромной судьбы? или Русский фатум - Светлана Борминская

Боеприпас наклонился к пустой миске и замер, потому что храп вдруг прекратился.

– Смысла жизни у меня нет, – повторял вчера вечером его хозяин и все время курил. Боеприпас уже привык к дыму и даже получал от него некий кайф, правда, голова потом кружилась.

А еще, сразу после жалоб, хозяин, как всегда, бахвалился:

– Что я могу?.. А я все могу. Могу переводить с английского на сербский, ремонтировать кастрюли и чинить унитазы и забивать на все, что мешает нам с тобой жить, Боеприпас, тоже могу... Я умею варить тройную уху и драть красивых баб... Умею, и все. Умею есть китайскими палками и стрелять от бедра, а еще я могу просыпаться без будильника в пять утра. – Хозяин задумчиво поискал глазами будильник. – Но у меня нет ног, и я солдат аритмии... Мимо счастья жизнь прошла, не женился даже, все откладывал чего-то, дурак...

«Вздор собачий», – открыв носом кран, подумал Боеприпас и начал ловить тонкую струйку воды, засасывая ее в себя с угрожающим хлюпаньем... Напившись, лапой же закрыл воду и повернулся к окну. Зорко взглянул на ослепительно черную тучу, пролетающую мимо, потом покосился на костыли храпящего хозяина... В квартире было тихо и прохладно, на столике в прихожей лежала визитка риелтора. Пес, едва взглянув на нее, угрожающе зарычал... Визиты риелотров к хозяину, в прошлом офицеру элитного подразделения спецназа, в последнее время участились и повторялись с пугающим однообразием – все, как один, приносили Викентию Романовичу водку и вели задушевные беседы о его просторной, запущенной трехкомнатной квартире на улице Цандера...

Боеприпас, не раздумывая, слизнул визитку, пожевал ее и выплюнул в унитаз, который вонял настолько страшно, что пес выскочил обратно в коридор в мгновение ока.

«Чего я хотел-то?.. – снова подумал питбуль. – Ага, есть разговор...»

И пес, подтянувшись на лапах, совершил прыжок из лоджии – вниз на землю и потрусил к церкви... И ему было совсем не до облаков, которые из-за перепада температур где-то там, в мезосфере, были необычайно серебристы. Собакам как-то не до неба...

СЧАСТЬЕ – ПРЕДСКАЗУЕМЫЙ РЕЗУЛЬТАТ?

Статный молодой батюшка Михаил и старый усталый игумен Герман стояли у окна офиса, неподалеку от храма пророка Илии. Батюшки смотрели в окно на толпу перед храмом и переговаривались, перебирая четки. Они только что отобедали и улучили пару минут, чтобы отдохнуть. Два подключенных компьютера мигали, разгоняя звезды на черных мониторах.

– Счастье дадут всем или только неимущей части социума, как считаете, отец Герман?.. – обозначил свой интерес к происходящему батюшка Михаил, наблюдая за разношерстной толпой, в которой среди обычных граждан попадались игривые белокурые дамочки в бриллиантах, мужчины с кейсовым выражением физиономий и заурядные клерки из близлежащих офисов.

– Что за люди, что за люди?.. – проворчал согбенный, по причине дряхлости и склона лет, игумен. – А скоро, Миша, в Москву прибудет особо почитаемая православная святыня – десница святого пророка Иоанна Крестителя из Цетинского монастыря в Черногории. Вот, привезут на днях! – Игумен Герман потряс в воздухе газетой «Московский вестник Патриархии». – «За ней сегодня отправилась делегация Московского патриархата и Фонда Андрея Первозванного, – процитировал он. – Перед вылетом был освящен пуленепробиваемый ковчег, в котором святыня будет доставлена в Москву. Сам ковчег изготовлен по размерам оригинала, десница будет путешествовать по городам России, а затем вернется в Черногорию...» – Игумен закашлялся.

Они недолго наблюдали за очередью, потом отец Михаил с головой погрузился в бухгалтерскую отчетность, а игумен Герман вышел из кабинета. Вскоре он вернулся с бумагами, разложил их у себя на столе по кучкам, но не выдержал и снова подошел к окну... Наблюдать за очередью, которая стояла за дефицитным счастьем, было гораздо забавнее, чем заниматься аудитом.

Компьютер отца Михаила вдруг моргнул, начав самостоятельно перезагружаться.

– Хакеры чертовы! – вырвалось у батюшки.

У отца Германа при слове «черт» вытянулось старенькое бледное лицо и затряслись губы, а отец Михаил, зардевшись, как маков цвет, осенил себя крестным знамением, потом перекрестил также рот свой и извинительно улыбнулся.

– Эти мечтатели двигают мир, – подойдя к окну, через небольшую заминку произнес он и снова улыбнулся как ни в чем не бывало.

– Что для одних морока – для других мечта, – проворчал отец Герман в ответ.

– Да, точно, – тут же согласился отец Михаил. Он обладал легким и уживчивым нравом. – А исполняются мечты-то?..

– Исполняются, – пробасил отец Герман. – Были прецеденты...

– И где? – оживился отец Михаил.

Игумен Герман вздохнул, его лицо было невесело.

– Один дурак... То есть раб божий, из Англии, заказал в прошлом году тысячу королевских лобстеров...

– Нашел чего заказывать, – хмыкнул отец Михаил, косясь в окно на очередь за счастьем.

– И не говори, – кивнул игумен. – Так ему с неба и упали прямо на дом три тонны лобстеров. Хорошо хоть жив остался... Правда, он их продал, не растерялся, не такой уж был дурак!

– Счастье совсем рядом в жизни нашей. Только протяни к нему руку, – пробормотал отец Михаил и повернулся к окну спиной.

– Я бы этого не сказал, – покачал головой игумен.

Наступал вечер. Серебристые облака над храмом стали ярко-насыщенными, слепили глаза. На крыше храма происходило невидимое с земли шевеление – туда прилетали усталые ангелы.

АНГЕЛЫ

Завтра чудотворный образ «Иона – Счастье Лучезарное» должны были отправить обратно спецрейсом в Аделаиду. Началась ночь, а у иконы в закрытом храме никого не было; усиленная охрана стояла на улице у запертой двери и в нескольких машинах неподалеку. Русская сторона христарадничала, когда проходили переговоры о нахождении чудотворного образа в Москве, на предмет того, чтобы и ночью храм Илии пророка и икона были открыты для посещения верующих, но американская сторона категорически отказала.

– Уложитесь в три световых дня! – был ответ.

Безусловно, в этом был свой резон. Ну, откуда, скажите, взять столько счастья, если просить о нем не только днем, а и три ночи подряд?..

– Да и потом, как ни проси, а кузнецы счастья все же мы, то есть – вы сами! – добавили американцы и продемонстрировали офигительную улыбку в тридцать с чем-то зубов – так все улыбались в Аделаиде.

Ангелы на крыше храма сидели, свесив ноги, и помалкивали...

В этот раз их было пятеро – Старый, Средний и Молодой, а так же – Забывчивый и Запальчивый архангелы, они отдыхали и, видимо, ждали кого-то.

Вдруг над ними со свистом пролетел какой-то огромный снаряд, ангелы, прикрыв головы руками, наклонились поближе к шиферу, а на крышу храма тяжело опустился ангел Z – руководитель их кустового звена. Сняв крылья, он присел рядом.

Прошло пять долгих минут.

– Так-так, сначала рассмотрим все краткие и содержательные просьбы, – загружая лэптоп, бормотал ангел Z, удобнее усаживаясь на пыльном шифере. Он был чисто выбрит и пах хорошим парфюмом.

Обычно так они поступали сразу после полуночи в первый день работы на Земле, отсылая самые легкие и незамысловатые мольбы на небо, а назавтра – уже все остальные просьбицы, сортируя их по степени сложности и исполнимости.

Ангелы переглядывались, Забывчивый и Запальчивый архангелы загрузили лэптопы и деловито сквозь очки покосились на ангела Z. Они вообще-то были близнецами, эти два архангела, и считались лучшими проводниками по части трансляций просьб на небо и доставки счастья на землю. Запальчивый был не так уж и запальчив, а Забывчивый забывал в основном пообедать и вытрясти крылья; оба были очень стары по самому большому счету и скоро должны были отправиться на покой. В Рай.

Над храмом горели звезды, тихо шла майская ночь. Где-то внизу оглушительно сигналили машины и переговаривались не заснувшие еще люди.

– Что-нибудь необычное было сегодня или не было? – Ангел Z постучал длинным ногтем по клавише Alt. – Так было?.. Ну и что вы молчите?

– Надо бы еще полчаса, чтобы разобраться во всех желаниях, – проворчал Запальчивый архангел, поправляя очки.

Еще около сорока минут ангелы и архангелы буднично составляли файловые списки страждущих, чтобы отправить их в небесную канцелярию и успеть поспать, ведь с утра они рассчитывали сходить в баню! Май выдался жарким, и пристегнутые крылья липли к телу.

Буднично прессингуя клавиши лэптопов, агнелы отправляли через всю Вселенную просьбы о счастье и изредка прислушивались к утихающим звукам с земли.

– А что за люди забежали сегодня в храм?.. – задал вопрос ангел Z.

– Не лучшие вообще-то, – в тон ему ответил Старый ангел.

– В том-то и дело. – Архангел Забывчивый снял очки и протер их рукавом пыльной рубашки. – При выдаче счастья нужны мудрость и осторожность.