Второе дыхание любви - Элли Даркинс

более сейчас, когда в их доме появился новый человек, который, в отличие от него, еще не научился противостоять их обаянию. Финну удалось уложиться в распорядок и отнести малышей в ванную в шесть тридцать, но он только через полчаса вынес оттуда два извивающихся свертка в махровых полотенцах. Похоже, малыши нисколько не устали после возни в воде. Ему пришлось еще час ходить с ними по дому, качая их на руках и разговаривая с ними, прежде чем они наконец уснули. За это время они с Маделейн лишь пару раз обменялись взглядами, когда он проходил мимо нее.

Финн заметил, что она начала понимать, что ее ждет. Что младенцы далеко не всегда бывают милыми ангелочками. Что искупать их и уложить спать далеко не простая задача. К тому времени, когда смог покинуть детскую, он чувствовал себя измотанным и был готов пойти спать. Но Маделейн была его гостьей, и было бы невежливо с его стороны оставить ее одну в первый вечер.

Он сказал себе, что сестра Джейка его спасительница, и следует быть с ней любезным. Что он вовсе не смотрит на предстоящий ужин как на свидание.

Тогда почему Финн так нервничает? Финн никогда раньше не волновался перед свиданиями. После развода с Каро он не был ни на одном. Пока близнецам не исполнилось два месяца, видел Каро почти так же часто, как во время их брака. Они развелись, но он поддерживал ее до тех пор, пока она не вышла на новую работу.

В любом случае какой ему смысл ходить на свидания, если он твердо решил, что у него больше никогда не будет серьезных отношений? Они с Каро расстались друзьями, но их развод стал угрозой для всего, над чем Финн трудился более десяти лет. Раздел имущества привел к финансовой нестабильности, которую его бизнес мог не пережить. Финн решил, что больше не может себе позволить пойти на подобный риск.

И что ему остается? Довольствоваться эпизодическими знакомствами и короткими романами? Что касалось Маделейн, он не мог себе позволить несерьезные отношения с сестрой своего лучшего друга. Джейк был шафером на его свадьбе, и ему не следовало бы даже думать о том, чтобы завести интрижку с его сестрой. Но… он думал об этом.

И его волновали не столько соблазнительные формы Маделейн, сколько ее глаза. Ему казалось, что она одновременно видит в нем успешного бизнесмена, измотанного отца и испуганного ребенка. Она единственная, для кого эти трое один человек. Обычно Финн играл одну из трех ролей в зависимости от ситуации, но с Маделейн ему это не удавалось. Наверное, дело было в желании, которое охватило его, когда он открыл входную дверь и увидел ее. С этого момента он не мог больше думать ни о чем другом. Теперь, когда она живет в его доме, пьет его кофе и играет с его детьми, ему придется держать себя в руках.

Даже когда был женат на Каро, Финн возводил барьеры между отдельными областями своей жизни. Она сопровождала его на деловые ужины и официальные приемы и чувствовала себя там как рыба в воде, общаясь с богатыми и влиятельными людьми. С его матерью она, напротив, не могла найти общий язык. Финну было неловко говорить с Каро о своем прошлом, и у него никогда не возникало желания показать ей крошечную квартирку, в которой он вырос.

Это было нелепо, учитывая тот факт, что Каро посвятила свою жизнь борьбе с детской бедностью. Она не стала бы судить о нем по его происхождению, но Финн не хотел, чтобы она начала его жалеть и опекать.

С Маделейн ему не нужно было деликатничать, рассказывая ей о своем прошлом, потому что она и так все знала. Знала, как бедно он жил и как добился успеха. Видела, что он нисколько не зазнался и остался в душе таким же простым, как раньше. Маделейн видела его, а не атрибуты роскоши, которыми он себя окружил. Когда она была рядом, его прошлое и настоящее примирялись друг с другом, и это его приятно волновало.

Они с Маделейн прошли на кухню, и Финн достал из ящика стола меню ресторана, в котором обычно заказывал пиццу, когда ему было лень готовить себе ужин. Протянув Маделейн меню, он пошел к холодильнику за напитками и предложил:

– Если хочешь, мы можем попить пива на балконе. Оттуда открывается красивый вид на парк.

– Почему нет? – пожала она плечами, изучая меню.

Глава 4

Маделейн следовала за Финном вверх по лестнице, стараясь думать о выборе пиццы и запрещая себе смотреть на широкие плечи и упругие ягодицы Финна. В подростковом возрасте он был худым и нескладным, но с тех пор сильно изменился. Очевидно, он посещает спортзал.

Поднявшись на второй этаж, Финн повернул направо, и они оказались в коридоре, куда не заходили, когда он ранее показывал ей квартиру. Когда он открыл перед ней дверь, Маделейн понадобилось несколько секунд, чтобы понять, куда он ее привел.

Первым делом ей бросилась в глаза незаправленная кровать. На столике возле нее заряжался мобильный телефон, лежащий между стаканом с остатками воды и книгой в мягкой обложке. Дверь ванной была открыта, и было видно валяющуюся на полу одежду.

Когда Маделейн поняла, что это за комната, ее сердце замерло на мгновение, и она сделала шаг назад. Она думала, что они идут на балкон выпить пива, но вместо этого Финн привел ее в свою спальню. Это уловка? Он хочет затащить ее в постель?

Ее пульс участился, и она сделала еще один шаг назад. Как ей быть дальше? Повернуться и побежать к выходу? Или просто сказать Финну, что она уходит, и надеяться на то, что он не станет добиваться своего силой? Маделейн прикусила внутреннюю сторону щеки.

Сколько лет она сталкивается с подобными проблемами из‑за того, что мужчины, глядя на ее тело, хотят от нее того, что она не собирается им давать? Со временем она научилась тактично им отказывать, чтобы избежать неприятных последствий, которые мог бы повлечь за собой грубый отказ. У мужчин хрупкое эго, и с ними нужно быть помягче.

Маделейн не хотела близости с Финном. То, что ее к нему влекло, вовсе не означало, что она была готова ему отдаться. Она не настолько глупа, чтобы идти на поводу у своих желаний.

Она уже приняла решение убежать, как вдруг Финн повернулся и посмотрел на нее. В его глазах промелькнуло замешательство, затем на