Кризис на Центавре (Звездный путь) - Брэд Фергюсон

Последние несколько недель двигатели работали без малейших сбоев, и не обнаружилось ни одной неполадки. Эти двое работали действительно как единый организм, и в команде их почти сразу в шутку окрестили "близнецами". Кирк часто умилялся тому, как Скотт называет Макферсона "сынком" или "парнишкой", хотя могучий шотландец был моложе своего патрона всего на три года. И тем не менее, оба они полностью друг другу доверяли и могли заранее предсказать, что предпримет каждый из них в любой ситуации. Когда требовалось решить какую-то проблему и имелось не менее пятнадцати способов достичь желаемого результата, и Макферсон, и Скотт независимо друг от друга приходили к одному и тому же решению. На борту крейсера скоро привыкли к такому положению дел и перестали удивляться.

- Работа как работа, - пожимал обычно плечами Скотт и непременно добавлял, - правда, хорошо сделанная.

Макферсону тоже нравилось работать в паре. "Энтерпрайз" был многофункциональным кораблем и в Звездном Флоте находился на хорошем счету. Его экипаж во главе с Кирком участвовал в самых разнообразных и опасных экспедициях и всякий раз благополучно возвращался на базу. Так что служить на нем было интересно и даже престижно. Для Макферсона стать вторым офицером на крейсере "Энтерпрайз" после того, как он занимал пост главного инженера на небольшом сравнительно корабле-разведчике, являлось весьма значительным продвижением по службе и возможностью полностью себя проявить. Кроме того, работать со Скоттом было для него чистым удовольствием.

"Похоже, он неважно себя чувствует", - подумал Кирк, взглянув на Макферсона. В отличие от остальных членов экипажа, которые в большинстве своем летали в воздухе, шотландец, как-то неестественно выпрямившись, стоял на полу возле пульта управления силовыми установками. Только присмотревшись повнимательнее, капитан понял, что шотландец зацепился носками ботинок за выступ у основания пульта. Одной рукой он держался за край панели управления, а в другой был персональный коммуникатор. Почти прижав его к губам, Макферсон яростно на кого-то рычал.

- Ну да! А потом ты мне скажешь, что у стабилизаторов гравитации вовсе не было причин для того, чтобы ломаться. Просто мы тут все решили немного полетать ради удовольствия! Идиот! Я-то ладно, а вот Скотт уже в бешенстве!

Макферсон собрался было сказать еще что-то, но тут, хотя и с опозданием, заметил Кирка.

- Капитан на мостике! - гаркнул шотландец и, повернувшись, вежливо поздоровался. - Доброе утро, сэр.

Кирк кивнул в ответ, наметил направление и, оттолкнувшись ногами от дверей лифта, направился в сторону командирского кресла. Пролетев через всю рубку, он схватился рукой за спинку и мягко опустился в кресло.

- Ну, класс, капитан! Отличная посадка, - с улыбкой заметил Макферсон.

- Как у тебя дела, Чиф? - спросил Кирк; устраиваясь в кресле.

- О, пока еще все в тумане. Мистер Скотт взял с собой помощника, и они отправились в отсек двигателей. Первым делом было решено заняться системой воздухообеспечения.

- А почему он не взял с собой своего лучшего специалиста?

- Но, сэр! Я же сегодня на вахте.

- Да, действительно, я заметил, - с иронией произнес Кирк. - И все же, что у нас происходит с гравитацией? Когда она опять появится?

- Скоро, сэр... Уверяю вас. Надо всего лишь выяснить причину неисправности и устранить ее. Загвоздка в том, что на генераторах сработали предохранители и включился нулевой режим. Они почему-то начали усиленно набирать мощность, поэтому предохранители и среагировали. Понимаете, сэр, дело тут не в самих генераторах, а в регуляторах мощности. Каким-то образом режим подачи...

- Ладно, Чиф, остановись.

- Как будет угодно, сэр.

Из коммуникатора послышался писк, и Макферсон поднес его к уху.

- А, Скотт, ты уже внизу? Пока нормально...

Кирк развернул кресло, чтобы видеть компьютер, ответственный за обработку текущей информации, возле которого по-прежнему отрешенно парил Спок.

"То ли у меня цветовые галлюцинации, - подумал он, - то ли Спок сегодня действительно выглядит.., несколько зеленее, чем обычно". Капитан решил рассмотреть поближе и спланировал к рабочему месту ученого.

- Мистер Спок, у вас все в порядке?

Тот искоса посмотрел на капитана и как-то странно ответил:

- Я еще вполне способен функционировать.

"По-моему, он действительно не в себе", - решил капитан и, немного помедлив, произнес:

- Спок, я не собираюсь требовать объяснений, но если ты себя плохо чувствуешь, мне необходимо это знать.

"Надо бы с ним поделикатнее, а то эти ребята с Вулкана - народ скрытный и обидчивый".

Спок втянул носом воздух и, как-то запинаясь, заговорил:

- Капитан.., все нормально. Уверяю, что мое состояние.., вполне приемлемо.

Кирк начал догадываться, что происходит с его научным консультантом.

- Прошу прощения, Спок, но у тебя, кажется, приступ морской болезни. Вернее, приступ непереносимости невесомости?

Ученый сморщился, видимо, решая, сознаться или нет, и после некоторой паузы кивнул головой.

- Кажется, да, капитан. Я очень редко бывал там, где нет гравитации, и мне это всегда не нравилось. Я привык ходить по твердой поверхности, и теперешнее мое состояние вызвано скорее боязнью высоты.

- Ну и что теперь делать?

- Я справлюсь, капитан. Мой организм способен приспосабливаться, хотя с большим удовольствием я бы вернулся к прежней гравитации и температурному режиму. Но свою работу я выполнять могу.

- Да уж, - Кирк слабо улыбнулся, - мне тоже уже надоедает это подвешенное состояние. Впрочем, мистер Спок, не буду вас больше беспокоить. Спасибо за откровенность.

- Не стоит, капитан.

Вулканец снова сжался в комок и вернулся к мыслям об испорченном компьютере, а Кирк направился к своему креслу. "Надо же, я ведь совершенно забыл о возможности развития космической болезни, - упрекал он себя. - Надо будет провести медосмотр команды, а то, неровен час, - придется половину экипажа списать из-за этой напасти".

Еще более чем за сто лет до рождения Кирка все космические корабли, станции и огромные орбитальные комплексы были оснащены генераторами искусственной гравитации в качестве стандартного оборудования. С тех пор нормальная сила тяжести и инерционный контроль стали на кораблях обычным явлением. И почти одновременно с этим гениальный ученый Зефрем Кохрейн подарил миру величайшее открытие - способ движения тел в искривленном пространстве или, так называемую, "скорость ворп". Все астронавты Федерации, участвующие в легальных полетах, должны были пройти испытание невесомостью. Но в последнее время к этому стали прибегать все реже, и установки нулевой гравитации использовались в основном для медицинских исследований, научных экспериментов и в профессиональном спорте. Никому уже не приходилось длительно работать в состоянии невесомости, и лишь Военная Академия Звездного Флота по-прежнему неукоснительно требовала, чтобы ее кадеты-выпускники владели искусством пилотирования корабля в отсутствии гравитации. Еще их обучали таким древним искусствам, как вождение парусника, управление безмоторным планером, рукопашному бою и многому другому.