И тогда я сказал - согласен ! - Александр Лаптев

-- Действительно, -- пробормотал старик как бы с огорчением, -- все-то у вас складывается на удивление гладко, даже не за что зацепиться.

-- А вы и не цепляйтесь, -- проговорил я миролюбиво. -- Вам же легче будет!

Старик усмехнулся.

-- Занятно. Я впервые сталкиваюсь с подобным субъектом.

-- Пользуйтесь моментом, -- посоветовал я, -- быть может, другой возможности у вас и не будет.

-- Какой возможности? -- сразу насторожился он.

-- Поговорить с человеком, который побывал в будущем. Неужели вам не интересно знать, что будет на Земле через полтыщи лет?

-- Да знать-то мне интересно, -- пробормотал старик, -- но только, позвольте сказать вам откровенно: я вам ни капельки не верю.

-- Как -- не верите? -- удивился я.

-- А почему я должен вам верить? -- удивился тоже старик. -- Вы заявляете такие странные вещи, и хотите, чтобы вам поверили на слово, в то время, как на вас лежит подозрение в двойном убийстве с отягчающими обстоятельствами. Дорогой мой! -- он взял меня за руку. -- Я не первый год работаю в этом заведении и такого понасмотрелся и наслушался, что меня уже ничем не удивишь. Если хотите знать, однажды я беседовал с самим дьяволом! Он сидел вот на этом самом месте, и утверждал, что он Дьявол, или Сатана (он по разному себя называл). А еще я видел ангелов, чертов, ведьм, вурдалаков и прочую нечисть. Всему этому есть одно название -- галлюцинативный бред! Вот и все.

-- Сочувствую вам, -- сказал я. -- Но ведь вы же профессионал, я вижу это. И умный человек. Неужели вы не можете отличить больного человека от здорового?

-- Могу, -- охотно согласился старик. -- Между прочим, я прекрасный диагност. Таких как я, всего три человека у нас в городе.

-- А таких как я -- ни одного! -- признался я.

-- Может быть, может быть, -- быстро проговорил старик. -- Но я хочу закончить свою мысль. Так вот, я, конечно, вижу, что вы совершенно нормальный человек. Это и каждый скажет. Но если мы допустим, что вы нормальны, то тогда...

-- Что?

-- Тогда с неумолимостью следует, что вы все это придумали!

-- Я? Придумал?!

-- Ну конечно, -- радостно подтвердил старик. -- Ведь согласитесь, что ровно ничего вы не сообщили нам выдающегося, чего бы вы не могли вообразить! -- и подобный рассказ может сочинить любой человек, особенно если ему будет грозить смертная казнь. А вот если бы вы смогли предъявить какие-нибудь вещественные доказательства вашего необыкновенного путешествия, или, еще лучше -- доказательства вашей невиновности, -- тогда бы я вам поверил. И все бы вам поверили. А так что ж получается? Руки у вас, извините, по локоть в крови, на орудии убийства -- отпечатки ваших пальцев, и теперь уже доказано, что эти страшные раны нанесены именно вашим ножом, именно такой длины и ширины. Что вы на это скажете?

-- Скажу, что это все подстроено. Схема проста: вчера ночью, используя процедуру ноль-транспортировки, ко мне в дом были доставлены эти муляжи, правда, в целом виде. Потом их последовательно разрезают и разрубают, словно мясную тушу, моим кухонным ножом, а на рукоятку ножа наносят отпечатки моих пальцев. Затем следует звонок в полицейское управление, и вот -- я здесь!

-- Довольно логично, -- произнес старик. -- Но почему эти люди из будущего, почему они просто не забрали вас с собой? К чему такие сложности?

Я заулыбался.

-- Вот этого они как раз и не могут! У них на этот счет существуют жесткие ограничения. Меня можно переместить в будущее лишь с моего добровольного согласия. А я им такого согласия не давал, и не дал бы.

-- Не очень понятно.

-- Да я и сам не до конца понимаю их систему. Хотя, у нас здесь тоже есть много чего такого, что не сразу и не каждому можно объяснить. У каждой эпохи свои заскоки! -- закончил я несколько философски.

Старик недолго помолчал.

-- Ну так что? -- обратился он к остальным членам беседы, которые до этого молчали словно мороженные рыбы.

-- Дело ясное, -- разморозился один.

-- Вполне, -- ожил второй. "Мне тоже!" -- дополнил я про себя.

-- Тогда что, будем заканчивать? -- спросил старик. -- Вопросы у кого-нибудь будут? Вопросов ни у кого не было. Ко мне подошел сзади охранник, и я встал, не дожидаясь, когда он тронет меня за плечо. Кивнув на прощанье честной компании, я вышел в коридор.

Все встречные почтительно жались по стенкам и поедали меня глазами. Это мне немного льстило.

Конец дня я провел спокойно. Никуда меня больше не водили, ни о чем не спрашивали. Вечером я с аппетитом поужинал, а потом мне принесли книги и я улегся на жесткий топчан -- почитать что-нибудь глубоко историческое; но где-то на третьей странице глаза мои сами собой закрылись, и я преспокойно уснул. Утром меня снова повели на допрос. В комнате дознания меня ждал следователь -- Василий Иванович Щурский -- так понравившийся мне накануне человек с внимательным и добрым взглядом прищуренных от рождения глаз.

Мы дружески поздоровались и сели по обе стороны гладкого голого стола. Следователь, конечно, уже знал результаты вчерашнего медицинского освидетельствования, а потому окончательно перестал меня бояться.

-- Как продвигается следствие? -- поинтересовался я, словно бы мы сидели где-нибудь в пивной, а я был не подозреваемым, а посторонним и довольно равнодушным лицом.

Следователь посмотрел на меня, прищурившись, и молвил:

-- Ничего.

-- Тела обследовали?

-- Обследовали.

-- И что?

-- В каком смысле?

-- В смысле анализа тканей и крови.

-- Ах это... Не знаю.

-- Но вы передали мою просьбу?

-- Какую?

-- Провести анализ крови. Я же говорил вам вчера.

-- Да, я помню.

-- Ну и что?

-- Что?

-- Передали вы мою просьбу или нет? -- Я начал понемногу выходить из себя. Этот тип оказался не так хорош, как я, было, о нем подумал.

-- Нет, не передал, -- сказал он, опуская взгляд.

"Молодец! -- похвалил я про себя. -- Хотя бы не врет!"

-- Послушайте, -- я постарался придать голосу как можно больше убедительности, -- я очень вас прошу, пожалуйста, не забудьте сегодня им сказать.

-- Кому -- им?

-- Ну этим, патологоанатомам, или кто там у вас занимается вскрытиями. В общем, пусть они исследуют группу крови у этих двух тел. Уверяю -- вас ждет большой сюрприз!

Следователь потряс головой. Быть может, он надеялся в душе, что я одумаюсь за ночь и заговорю, наконец, серьезно.

-- О каком сюрпризе вы говорите? -- проговорил он вполголоса, думая о чем-то своем.

-- Увидите! -- пообещал я.

-- Ну хорошо, я передам, -- сказал он. После этого он вытащил из кармана ручку и стал заполнять бланк допроса -- число, фамилия следователя, номер дела и кое-что еще. Закончив приготовления, он посмотрел на меня своими замечательными глазами.

-- Ну что, будем говорить серьезно?