Двое из будущего - Максим Валерьевич Казакевич

— Подождите, пожалуйста, еще минутку. Не торопитесь.

Мы остановились. Управляющий медленно подошел к нам и вкрадчиво проговорил.

— Не уходите сразу же. Подождите какое-то время.

— А что так? — спросил я настороженно. Все же двадцать с небольшим тысяч за моей спиной не располагали к спокойствию.

Голубин прикрыл поплотнее дверь, подошел к окну, настороженно посмотрел из-под шторы на улицу.

— Ваш покупатель непростой человек, он очень ценит безопасность, — пояснил он, когда соизволил обернуться. — Дайте ему немного времени, чтобы отъехать с товаром подальше. А вам, чтобы не терять это время впустую, я бы рекомендовал открыть в нашем банке счет и положить на него основную часть суммы. Поверьте, так будет лучше. А через пару недель вы сможете спокойно забрать все деньги.

— Вы серьезно?

— Очень серьезно. Я не шучу и настойчиво прошу вас последовать моему совету.

Мы переглянулись. Управляющий явно намекал на что-то нехорошее и взгляд у него был такой серьезный, не располагающий к шуткам. Мы отошли в сторону на совещание.

— Ну, что скажешь? — спросил меня Мишка.

— У нас крупная сумма, — ответил я, оглядываясь на Голубина. — А покупатель наш, похоже, из криминала. Не думает же он, что нас могут ограбить? Миха…, у меня снаряженный револьвер в кармане. Если что — отстреляемся.

Мишка на секунду задумался и несогласно мотнул головой.

— Нет, не похож он на бандита — зачем нас ему грабить? Скорее всего, он просто жесткий бизнесмен, который может задавить не раздумывая. Деньги наши он отбирать не будет, тем более после того как мы намекнули ему на возможность приобрести еще одну партию. Но… кто его знает? Я бы поверил банкиру.

Я внимательно посмотрел на друга. Тот и в самом деле прислушался к предостережению.

— Нам нет никакого смысла переть все деньги домой. Все равно сюда придется возвращаться за скупкой драгоценностей, — ответил я. — Можно взять с собой рублей пятьсот на всякий случай, а остальные положить на счет. Потом, когда придем сюда опять, будем снимать по мере необходимости.

— Я тоже так думаю. Так и сделаем?

Я кивнул согласно, и Мишка озвучил наше решение управляющему. Голубин даже выдохнул облегченно от того, что мы прислушались к его мнению.

Оформление счета заняло по времени полчаса. Оформили его на двоих человек. Из общей суммы на руки мы взяли только тысячу, а остальное оставили в банке. Мишка решил совершить повторную вылазку в прошлое через пару недель.

Когда мы вышли из банка солнце светило уже по-летнему жарко. Посмотрев на свои драгоценные швейцарские часы, друг сообщил:

— Почти три часа. Целый день угрохали на вылазку, а во рту ни крошки не побывало. Ты как?

Мой желудок, вспомнив о еде, недовольно заворчал.

— Вот и я так же, — ответил он, усмехнувшись. — Жрать хочу — голод слюной запиваю.

— Миха, — усомнился я, — а мы домой-то успеем? Сейчас весна и темнеть должно рано.

Мишка, прищурившись, посмотрел на светило и отмахнулся:

— Успеем, Вась. Пара часов у нас с тобой в запасе есть. Поедим по-человечески, а потом на пролетке домчимся до леса, а там уже близко будет. Ну, так как? Согласен?

Я был согласен, и Мишка повел меня в ресторан «Старый двор». Целых полтора часа мы потратили на ожидание заказа и на его поглощение. Было очень вкусно, качество еды приятно удивило. Бойкий половой был вежлив и расторопен, за что получил свое от Михи на чай. Расшаркиваясь перед нами, он изображал искреннее подобострастие. Я к такому навязчивому обхождению не привык, мне было неловко и неуютно, так что, уходя, мне хотелось дать половому в ухо и сбежать из этого места подальше. Но, слава богу, под насмешливым взглядом друга я сдержался и, одарив полового сердитым и недовольным бормотанием, покинул ресторан.

Извозчик на пролетке охотно согласился подвезти нас до Апраксино. До места назначения мы, конечно же, не доехали — слезли раньше и бодрым шагом углубились в лес. Мишка по этой стороне уже ходил, поэтому наш поход был недолог. Очень скоро мы вышли к месту. Мишка остановился, оглядываясь, нашел приметный куст шиповника. Кивком пригласил следовать за собой и сам прошел вперед. Взял меня за руку.

— Ну что, Вась, готов? — спросил он, напряженно вглядываясь в невидимое марево прохода.

— Пионер всегда готов, — ответил я, решительно выдохнув.

Мишка тоже выдохнул, сжал меня крепче за ладонь и сделал шаг. И я, зажмурив глаза, следом за ним. Перехода, как и прошлый раз, мы не почувствовали. Я сделал глубокий вздох, желая ощутить запах своего времени, но… ничего не изменилось — лес пах по-прежнему. Тогда я разомкнул веки, недоуменно осмотрелся и к своему ужасу понял, что переход не состоялся. Пень с муравейником из нашего будушего не появился, а ощипанный куст шиповника словно издеваясь, рос на своем родном месте и колыхал молоденькими листочками.

— Что за…!!!

Мишка растерянно озирался. Для него несостоявшийся переход стал очень сильным потрясением. Не ожидал он такого подвоха от сил космоса.

— Почему мы не перешли? — спросил я с дрожью в голосе.

Миха непонимающе огляделся.

— Черт его знает! Давай еще раз.

Но и на второй раз ничего не получилось. И на третий и на четвертый. Миха матерился и я его поддерживал, ругаясь на неизвестного шутника. Друг ходил вокруг точки выхода, раздраженный, напуганный. Пробовал зайти в проход с разных точек. Но ничего не получалось. Наконец, севшим голосом он выдал:

— Вася, проход исчезает, — и дрожащим пальцем показал на невидимую точку в воздухе.

— Как! Ты что говоришь такое? Ты же уже несколько раз ходил сюда, как он может закрыться?

— А я знаю?! — выкрикнул он мне и зло пнул ногой издевательский куст. — Марево исчезает, проход исчезает, мы не можем через него пройти! И я не знаю почему!

Вот так, оказывается, перспектива навсегда застрять в прошлом может здорово напугать. Я теребил друга, требовал пробовать пройти снова и снова, мы пытались и каждый раз неудачно. Он пробовал пройти один, без меня, пытался я и всегда результат был один и тот же. А между тем стало темнеть. Тени удлинись, краски посерели и Мишка перестал видеть свое марево прохода. И только тогда мы поняли — мы застряли и временно, до утра смирились.

Глава 2

«Нас утро встречает прохладой, нас ветром встречает река. Кудрявая, что ж ты не рада веселому пенью гудка?»

Дурацкая песня привязалась ко мне под утро, когда уже показалось зарево. Толстое бревно в ночном костре прогорело, и холод сковал все тело. Конечно же, я