Военное дело для чайников (СИ) - Кун Сергей

— Разработать и довести до офицеров хоть какой-то план развёртывания и боя. Потому что объяснить им свои идеи гораздо проще лично на собрании в штабной палатке, чем с помощью сигналов трубы и размахивания флагами прямо по ходу битвы.

— Выделить резерв. Блин, вот это реально важный момент, о котором часто забывают. Свежему человеку обычно кажется, что чем больше бойцов участвуют в первой атаке тем больше шансов на победу. И то, что чуть ли не четверть армии прохлаждается во второй линии, в контексте этого кажется идиотизмой. Но! Когда начался ближний бой, резерв — наш единственный способ влиять на ход битвы. Резерв — наш единственный способ влиять на ход битвы! Причина в том, что вступившие в рукопашный бой отряды почти не управляемы. Почему? Посмотрим на это с точки зрения солдата из первой линии. Прямо перед ним стоит злой мужик с копьём или мечом, который тычет в него своим оружием и пытается его убить, блин! Думаете, он в этот момент прислушивается к тому, что там где-то в стороне орёт офицер или разглядывает сигнальные флажки? Да ни разу, он смотрит только на врага и пытается выжить сам и по возможности убить его. А если будет отвлекаться на что-то иное, его с большой вероятностью тут же пырнут чем-нибудь острым. Так что пока не побежит либо враг, либо он сам — дёргать его на что-то ещё почти бесполезно. А вот резерв — другое дело, и если где-то нужно, к примеру, парировать внезапный фланговый обход или начать таковой самому — эти ребята как раз будут под рукой и готовы действовать. Опять же, чтобы грамотно применить резерв, нам самим лучше не лезть в гущу свалки, а расположиться позади первой линии, забраться на холм или спину боевого слона — и наслаждаться зрелищем руководить боем.

Как всегда, это только самые основы, но увы — статья уже и так приобрела совершенно непотребный объём, да и я притомился, так что высокие материи стратегии и тактики отложим до когда-нибудь потом. Всем удачи на полях сражений!

Почему полководцы древности не управляли боем?

Оружие младшего офицера — бинокль и рация, старшего — карта и карандаш!

©пёрто, уже забыл откуда

Сполйлер: на самом деле это ложь.

Некая беда многих наших современников в том, что руководство армиями в древности они представляют в стиле Мольтке-старшего. Командующий сидит за столом с картой, утыканной обозначающими отряды флажками, а принимает доклады и отдаёт приказы войскам по телефону через гонцов. Вот только в описываемую эпоху всё выглядело совершенно по-другому. Античные цари и стратиги зачастую лично вставали в строй фаланги или вели за собой отряды конницы. Да и средневековые короли иной раз поступали точно так же.

Внимание тем, для кого Вторая Мировая всё ещё не закончилась! Мужики с крестами на фото — Гинденбург, Людендорф и Вильгельм второй! К известным событиям и осуждаемому законодательством режиму они не имеют вообще никакого отношения!

В эпоху, когда руководители воюющих государств прячутся под многометровыми слоями стали и бетона, это кажется удивительным. Да и рассуждая рационально — человек, сражающийся с копьём или мечом в руках в первом ряду, слишком сосредоточен на непосредственном противнике и просто не способен оценивать обстановку на поле боя. А значит, руководить войском он тоже не может. Но всё же они это делали. Зачем?

Причины есть.

— Завоевание личного авторитета.

Редко в какой из стран древности существовала организация, хотя-бы близко похожая на современную. Соответственно, воины их армий повиновались не могучей и безликой государственной машине, а личности своего полководца. Дисциплина в войске тоже напрямую зависела от уважения, питаемого бойцами к своему командиру. И вот тут…

Хороший воин-профессионал, становой хребет армий античности или средневековья — это крутой отморозок, знающий толк в хорошей драке и не боящийся вида ни чужой крови, ни своей. Будут такие уважать пожилого пузана, протирающего штаны над картами, и беспрекословно выполнять его приказы? Да чёрта с два, не тот менталитет. Эти парни пойдут в огонь и воду только за тем, кто ещё более крутой и отмороженный, чем они сами. Так что полководцу волей-неволей приходилось демонстрировать соответствующие качества. А где это делать, как не на виду у своего войска, в самой гуще сражения?

Да, ветеран многих победоносных кампаний уже может позволить себе отдыхать за боевой линией — на него работает его прошлая слава. Но вот для новичка выбор не велик.

— Воодушевление войск.

Кто бы там что ни говорил, а участвовать в сражении на холодном оружии страшновато, особенно первый раз. И хорошо, если на виду у новобранца окажется опытный воин, способный послужить примером отчаянной храбрости и тем самым придать ему душевных сил. А если уж сам командующий бросается в бой впереди всех — его решительность передастся всему войску, тот же Наполеон не даст соврать.

— Специфика управляемости древних армий.

Уже вступив в рукопашный бой разорвать контакт с противником сложно. Обычно если отряд сошёлся щит-в-щит с врагом, отдавать ему какие-то приказы практически бесполезно — он всё равно обречён сражаться, пока не обратит врага в бегство или не будет разбит. Из этого следствие: как только две армии столкнулись, командовать ими уже особо то и нет нужды. Часто роль полководца — собрать армию, довести её до поля боя, построить, дать команду «все вперёд» и ждать результата.

Собственно, лучшее, что командующий зачастую может сделать с точки зрения управления, так это лично возглавить резерв. В этом случае он по крайней мере сможет наблюдать со стороны за ходом битвы и выбирать, где и когда ввести этот резерв в бой для достижения наибольшей выгоды. А приняв это единственное в ходе боя решение — броситься в битву во главе этого резерва, своим примером воодушевляя воинов на подвиги.

Это, разумеется, если резерв вообще есть. Если же его нет — получается, что и командующий как-бы уже вовсе не нужен. Нет, на самом деле есть ещё одна ситуация, когда он может принести пользу. Если какая-либо часть армии обратится в бегство, авторитетный полководец может догнать бегущих, остановить и вернуть в бой. Конечно, удаётся такое не часто, но всё же шанс есть.

Опять же, всё вышесказанное не есть универсальная истина. Некоторые из армий древности — как например, та же римская в её лучшие годы — действительно могли совершать сложные и не подготовленные заранее манёвры на поле боя. Как ни удивительно, скифы, сарматы и те же монголы считались (с поправкой на то, что до финальной общей атаки они предпочитали вести только метательный бой) мастерами действий подвижных отрядов и ложных отступлений. Так же и швейцарские/итальянские/немецкие наёмные отряды эпохи Возрождения демонстрировали высокий уровень организации и управляемости. Но всё же на фоне большинства античных и средневековых армий они выглядят скорее исключениями из правил.

Немного о численности армий

И вновь продолжаю цикл статьей по псевдоисторическому военному делу. Сегодня возьму тему местами довольно скучную, но неизменно вызывающую бурю споров — численность древних армий.

Для начала пробегусь по истории нашего реального мира. И тут же начинается кошмар и ужас. Бату (Да, тот, который внук самого Чингизхана) собрал для похода на запад 300 000 воинов! Ксеркс I повёл на бедную маленькую Грецию чуть ли не миллионную армию! Ну что тут сказать… Ужасный бред. Так, ради интереса: 300 000 монгольских всадников с одним запасным конём для каждого стоя плотными рядами колено к колену и морда к хвосту занимают площадь в 2.5 квадратных километра. Колонна персидских воинов, выстроившихся по 8 человек в ряд (где бы ещё найти в те времена такую широкую дорогу), растянулась бы на 190 километров. А ещё они каждый день съедали бы примерно полторы тысячи тонн пищи, запивая это более чем двумя тысячами тонн воды. Снабжать такую орду заведомо нереально.