'Фантастика 2025-10'. Книги 1-31 - Макс Вальтер

class="p1">– Поверит, когда его сожрут, – поджала губы темноволосая гостья. – Я, жизни своей не жалея, прибежала, упредить вас хотела. А вы мне, значится, не верите!

– Да что вы, почтенная эрра, я не смею усомниться в ваших словах! Просто понять пытался, что же вы такое узрели?

– Не знаю я, и знать не хочу! Коли интересно, ступай – покажу, где я чудище видела! Может, оно ещё там…

– А что? Верно! Сидим тут, гадаем, время тратим… Идём, покажешь, эрра Эулина!

– Да вы умом тронулись, милорд рыцарь? – всплеснула руками Данушка. – В такую ночь из дома и нос нельзя показывать! А вы сами в пасть к людоеду этому собрались.

– Эй, эй, погодите! – подскочила Настя. – Я тоже против. Пусть оно там, по огородам, гуляет… Пока сюда не явилось, и спасибо Великой Матери! Зачем же судьбу испытывать и самому этой встречи искать? Может, ещё обойдётся… Как говорится: не буди лихо – пока оно тихо. Кайл, не ходи, не надо!

– А если там, в самом деле, кто-то есть? – возразил Северянин. – Представь, в сарай проберётся, пожрёт наших лошадей! Что ж пешком пойдём дальше?

– Лошадей жалко, – признала Настасья. – До слёз жалко! Но если эта тварь сожрёт тебя… Уж пусть лучше лошадок!

– Лучше, если она никого не успеет заесть, – и не думал сдаваться Кайл. – А для этого её опередить надо, пока она этого не ждёт. Пойдём, эрра Эулина! Только смотри, коли нападёт нечисть эта, сразу в дом беги!

– Да уж не сомневайтесь, милорд – ждать не стану, – согласно кивнула зеленоглазая соседка, подхватившись с лавки.

Данушка на пару с Рыжей попытались привести ещё какие-то разумные доводы и остановить затевавшееся безумство, но парочка отчаянных искателей приключений уже открывала тяжёлый засов двери…

***

– Куды все подевались? – испуганно воскликнула хозяйка, едва за ними хлопнула дверь.

Настя молча указала на женский угол. Как раз в этот момент из-за пёстрой занавески показалась ухмыляющаяся физиономия Эливерта.

– Милорд Далард, а друг ваш оказывается отчаянный! – хмыкнул он.

– Разве это смелость, это безумство! Должно быть, ему сегодня голову сильно напекло, – пробурчал невидимый за шторой Первый рыцарь. – Придумал тоже!

– Слушайте, это действительно опасно, – не скрывая своей тревоги, заявила Настя, вместе с хозяйкой проследовав к заветной ширме. – Может, стоит пойти следом за ними?

Данушка отдёрнула занавес и растерянно вопросила:

– Ой, а мои-то где?

Присев на краю топчана, в самом углу ютились гости: светловолосый лэгиарн и богатырь-рыцарь, тут же нетерпеливо переминался с ноги на ногу зловредный разбойник, от которого женщина старалась держаться подальше.

А вот Альда и детишки исчезли бесследно, будто корова языком слизнула.

– Не пугайся, тётушка! Тут они, недалече, – атаман непонятно указал тонким пальцем в землю, чем естественно напугал и без того боязливую крестьянку. – Да в погребе они! Я велел им крышку подпереть изнутри и нос не высовывать, покуда не позову.

– Ой, чтоб тебя! Там же студёно, – всплеснула руками хозяйка.

– Зато никто голову не откусит и сердце не вырвет, – безжалостно парировал разбойник.

– На вашем месте, я бы последовал за родными, – посоветовал Наир. – И не выбирался наверх до самого рассвета…

– В самом деле, ступайте и вы в укрытие, а уж мы тут сами разберёмся, – поддержал лэриана Первый рыцарь.

Данушке идея была не по душе. Она недоверчиво оглядела своих случайных гостей-защитников, размышляя, стоит ли послушаться их совета, или уж лучше остаться в доме и самой за всем приглядывать.

Но никто так не узнал, какое же решение приняла хозяйка дома…

В дверь застучали резко, громко, нервно. Прятаться в погреб было поздно.

– Откройте! Откройте! Ой, скорее!

Отчаянные вопли Эулины, полные ужаса, легко проникали в дом даже сквозь надёжную массивную дверь.

Настя и Данушка бросились отодвигать засов. Мужчины, как по команде, снова исчезли за цветастой занавеской и даже дышать перестали.

Вдова заскочила в дом, споткнулась на пороге, едва не упала, вцепилась в косяк дрожащими руками. С растрёпанных волос ручьями бежали струйки воды. Бледная, как призрак, и напуганная ещё больше, чем при своём первом появлении.

– Ой, бабы, беда! – обречённо выдала Эулина.

***

Настя выглянула на улицу, высматривая в кромешной ночи Кайла. В лицо тотчас хлестнуло порывом холодного сырого ветра. Дождь шумел, заглушая встревоженный стук собственного сердца. Огненная вспышка в небесах на миг осветила пустой двор.

Никого.

Где же Кайл? Почему не возвращается?

Эулина грубо втащила Романову обратно в дом, с силой захлопнула дверь.

– Запирай! Запирай скорее! – истерично закричала она и сама схватилась за задвижку.

Данушку не нужно было упрашивать, она тотчас помогла водрузить обратно тяжёлый засов.

– Где Кайл? – ошарашенно глядя на них, не удержалась от мучившего её вопроса Настя.

Эулина обернулась, поглядела на неё в упор огромными зелёными глазами, из которых внезапно брызнули слёзы.

– Беда, беда! Сожрал рыцаря урод проклятый! Заел на моих глазах. Мы к конюшне только сунулись, а он прям из темноты. Напрыгнул, с ног сбил… Бедняга даже меч не успел выхватить. И сразу в горло рыцарю твоему вцепился. А я… Ну, что я могла сделать? Убежала, как мне велено было.

– Врёшь! – только и смогла выдавить из себя Рыжая, чувствуя как слабеют ноги, как холодный пот выступает на лбу, как перехватывает дыхание. – Не может этого быть…

В голове всё поплыло, завертелось.

Кайл мёртв!

«Нет, не верю, не верю!»

Это какая-то нелепая чудовищная ошибка! Не мог он… Эта глупая курица что-то путает. У страха глаза велики. Ей показалось, просто показалось…

– Не может этого быть! – с яростью крикнула Романова. – Я тебе не верю!

Схватив свой меч, Настя решительно двинулась к двери. Она и сама не осознавала, куда и зачем собралась идти. Разве сможет она справиться с неведомым чудовищем, с которым даже полукровка не совладал? Разве сможет она помочь Северянину, даже если тот ещё жив? Разумеется, нет!

Но сейчас она не думала об этом…

Одна единственная мысль двигала ею – Кайл в беде! Каждый миг может стоить ему жизни. Ей даже не пришло в голову кликнуть друзей, всё ещё прятавшихся на женской половине дома.

По ту сторону двери, в ненастной грозовой ночи, остался тот, без кого она не мыслила своей